локтем.
- Кстати, о крайнем дне холостой жизни. Мальчишник ты зажал, брат, - Арон слегка запрокидывает голову, смотрит на Ника. - Или просто не позвал?
- Хочешь прийти? - Ник отдает номерки гардеробщице.
- Не люблю навязываться.
- Тогда в чем вопрос?
Арон жмет плечами, забирает пальто.
- Так, для общей информации. Думал, что у нас с тобой временные разногласия. Но сейчас вижу - нет, это обрыв связи. Хорошего девичника, Алиса, - желает он.
И шагает к дверям.
Глава 10
- Веселись и не жалей, что выходишь замуж! - кричит Вика, и ее голос тонет в басах музыки.
Торопливо поднимаю свой коктейль. Делаю глоточек и ставлю стакан обратно на стол.
Это уже сотый тост, наверное, у девочек рты не затыкаются. Позади километры музыки и танцев, и я немножко устала.
Мне жарко.
- Уф, - откидываюсь на диванчике и поправляю подол короткого белого платья.
Замуж я решила выходить в темно-красном, цвета вишни. Оно длиннющее, с тяжелым атласным шлейфом.
И очень мне идет.
А белый…он цвет невинности, неопытности, и я немножко стесняюсь в день свадьбы красоваться в нем. Мой будущий муж стал моим первым мужчиной.
Но есть в нашей светлой истории порочные пятна. С той же самой фамилией, что и у моего жениха.
Поэтому простенький белый сарафанчик сегодня.
А завтра красный - цвет страсти.
- Так, - Вика встает на ноги и передвигает стаканы на столе. - Коктейли закончились, давай закажем еще!
Одногрупницы поддерживают ее и одобрительно хлопают в ладоши.
- Девочки, давайте в другой раз продолжим, - зевнув, смотрю на часы и тоже поднимаюсь, - мне утром рано вставать и ехать на прическу. Ну и свадьба все таки.
- Вот именно, Алиса, - поддакивает Вика. - Ты выходишь замуж. И даже никого не пригласила. Отметить это важнейшее в жизни событие. Ты завтра улетишь косточки греть на пляже. А нам в универе тухнуть.
- Что-то еще желаете? - перед столиком вырастает официант и переставляет пустые стаканы на черный поднос.
- Да, еще коктейли, - заказывает Вика.
- Нет, лучше счет, - твердо перебиваю ее, и подруга резко поворачивается с разобиженным видом.
- Алиса, это отвратительно.
- Переживешь, - усмехаюсь. - Мы с Николасом через две недели вернемся. И всех приглашаем к нам.
Девочки сразу оживляются, и я невольно улыбаюсь - всем интересно, как мне удалось захомутать моего красавчика-киношника и есть ли у него холостые друзья, такие же молодые.
И перспективные.
А я своим секретом не делюсь, потому, что нет его. Просто нам с Ником хорошо вместе. И самое главное - Генерал и Бубочка его полюбили - а это о многом говорит.
Начинаем собираться, официант приносит счет. Вкладываю карту в кожаную папочку и за руку притягиваю к себе Вику.
- Ник позовет друзей из своей тусовки, - обещаю ей на ухо. - Отметим с размахом. Не дуйся.
- Я не дуюсь. Но душа требует еще праздника, - Вика отбрасывает за спину волосы цвета пожара и пританцовывает на месте. - Может, хотя в другой клуб рванем, если в этом надоело? Или, девочки! - она щелкает пальцами. - Давайте к нам в сауну, м? Щас я позвоню админу и договорюсь.
- Вик, - одергиваю подругу. - Перестань.
Подхватываю с диванчика наши сумки, вытягиваю шею и высматриваю официанта. Так душно здесь, и щеки горят, невозможно, как хочется на свежий воздух.
- Ну где там официант шастает? - злюсь.
- Расплачивайся пока, мы на улице подождем. Такси закажем, - одногрупницы пробираются мимо столика в зал.
- Такси берите до сауны! - кричит им Вика. И, оглядедвшись по сторонам, украдкой толкает мне в сумку красивую светящуюся табличку с меню. - Вот, вещи тоже возьмите.
- Вика, - с укоризной качаю головой.
- Что такого? - подруга хлопает ресницами. - Все так делают. Забирают трофеи из клуба, чтобы вернуться снова. Не слышала что ли? Традиция. У Рождественских ведь тоже куча традиций. Они везде.
Отмахиваюсь от ее глупостей, как от мухи. Беру за руку и киваю на голубую периливающуюся стойку в глубине зала.
- Куда-то он пропал с моей карточкой. Оплатить что ли не может? Пошли, поторопим.
Глава 11
…Он отступает от дивана.
Усмехается.
- С праздником, Алиса, - говорит хрипло, еле слышно, шепотом почти.
И под музыку начинает медленно расстегивать брюки.
Я словно во сне нахожусь в этой комнате, и мысли в голове путаются, встают с ног на голову.
Этот мужчина, такой красивый, такой суровый - он сейчас будет стриптиз мне показывать? В приват-кабинке ночного клуба?
В ночь перед моей свадьбой?
- Ч-что ты делаешь? - заикаюсь и приподнимаюсь, одергиваю платье.
И заваливаюсь обратно на диван, когда он приближается.
От страха вздрагиваю.
Но меня он не трогает. Правой рукой обхватывает металлический шест, и мягко скользит вокруг него.
Теряю дар речи, во все глаза смотрю на представление. На него. Высокий и подтянутый, с темными волосами зачесаными назад и в черной блестящей маске на поллица.
Пухлые губы приоткрыты. На них застыла полуулыбка.
Пряжка ремня позвякивает в такт музыке.
- Смотришь, Алиса? - спрашивает он негромко, низко. Ладонью проводит от груди вниз по рельефному животу, и еще ниже, накрывает ширинку и кратким движением сжимает член. - Нравится?
Он поворачивается ко мне широкой спиной.
Перевожу глаза на стену. Черная драпировка, красный рояль в углу.
И мои щеки такие же красные, их будто огонь лижет.
Его голос в ушах эхом разносится, такой знакомый, дьявольский, запретный.
Играет музыка, играет, играет на моих нервах. Боковым зрением вижу мужскую фигуру. Я смотреть не должна, я приличная невеста, а когда перед тобой раздевается посторонний самец - это за гранью.
Ну, как, посторонний.
Не совсем.
С завтрашнего дня я буду носить его фамилию.
И это в голове не укладывается, что он здесь и танцует, раздевается для меня - я поверить не могу. Поэтому сижу и жду.
Когда брат моего жениха снимет брюки.
Мелодия медленная, тягучая, он поворачивается ко мне. И стягивает кожаные брюки, обнажает крепкие мускулистые ноги.
На нем черные боксеры.
И черная ушастая маска.
На ногах черная обувь с тяжелой ребристой подошвой.
Он двигается под музыку, складывает мощные руки на весу и закрывает лицо, запястье обхватывает коричневый ремешок дорогих часов.
- Не молчи, Алиса. Нравится?
Он
