— А показать его кому? Из вашего же института?
— Ты вообще слушаешь, что я рассказываю? Или в голове мозги отсутствуют? Это целая планета! Да всплывет такое, и через меня переступит кто угодно. Власти, бандиты, американская разведка и… Да кто угодно! Замочат и не поморщатся. Да на самом деле и жалко. Может, там бриллианты под ногами валяются?
— Или хищные динозавры бродят. Полезут на эту сторону и всех сожрут.
— Вот в этом и проблема. — Отец замялся.
— Ну-ну, колись уже до конца.
— На ту сторону пройти можно, но ничего нельзя пронести. Обратно тоже. Ситуация, как в «Терминаторе». Прибываешь в голом виде. Проверили.
Никита изумленно уставился на отца.
— А кто мне впаривал про бриллианты под ногами? — спросил он. — Какой тогда толк во всей этой лабуде? Что бы я там ни нашел, сюда это пронести нельзя. Ну, погуляю, а дальше что? Лучше иди в Нобелевский комитет, там хоть деньги реальные.
— Такой шанс выпадает раз в жизни. Не обязательно золото одно, знания тоже пригодятся. Может, тебе там так понравится, что возвращаться не захочешь. Если люди мотают за границу, не зная, что их там ждет, и просто надеются на лучшее, почему не попробовать? Хуже не будет. Ты авантюрист или нет?
— На «боюсь» ловишь? Пользы-то от этой экскурсии ноль, а риск вполне вероятен. Бегать от тамошней полиции или саблезубого тигра особо не тянет, можно занятие и поинтереснее найти.
— Квартира.
— Что «квартира»? — не понял Никита.
— От Федора осталась квартира. У него денег не было, а работа совсем не на час, вот он сам и предложил. На меня по завещанию оформлена. Прямых родственников нет. Получишь или жилпощадь в личное пользование, или деньги после продажи.
— А ты его… не того? — почти не шутя, спросил Никита. — Прибор, да еще и деньги.
— Мне стыдно, — скорбно сказал отец, — что из тебя выросло. Подумать обо мне такое! А ведь хороший мальчик был… в детстве.
— Ну, хорошо, проехали. А вот квартира… Хе, так с этого надо было начинать! Совсем другое дело. Я отрабатываю заказ, ты выплачиваешь гонорар. За приличные деньги можно и побегать в голом виде. Хотя на фиг деньги, собственная квартира гораздо интереснее. Мы все-таки люди не чужие, накалывать друг друга не будем, но давай оговорим условия. Как я смогу вернуться и в какие сроки? Если меня там захотят скушать или на каторгу отправить? Действовать я буду по обстановке и не стану бегать советоваться постоянно. Но для гарантии каждые сутки ровно в полдень включаешь этот свой транспортер. В таком роде. Имеешь, что предложить?
— Квартира твоя в любом случае. Принесешь в клюве что-то интересное или нет… Сам на месте решай, что правильно. А здесь все равно должен кто-то остаться, чтобы включать переход. Автоматике в таком деле доверять нельзя. Вырубят свет, как на прошлой неделе, и останешься там навсегда.
— То есть в принципе договорились, — развалившись на стуле, подвел черту Никита. — А теперь объясни мне, что за странности? Человек ведь тоже материя, и он переносится, а одежда нет? Ну, вот пломба у меня в зубах, она вывалится?
— Если бы я сам понимал, — с сожалением сознался отец. — Да и Федор ничего подобного не ожидал. Вставные зубы его остались здесь при первой попытке. Одежда тоже. Ты думаешь, мы совсем дебилы? Натянул нормальный такой балахон, врачебный, что при инфекциях применяется. Тоже тут остался. Я пока сообразил и начал суетиться… Был он там буквально десяток секунд, мне так вообще показалось, что еще меньше, но это, скорее всего, от нервов, но вернулся, хоть и в голом виде, вполне самостоятельно, и никто за ним не гнался. На той стороне нормальный такой лесок: березки, осинки. Ничего экзотического. Он успел прихватить травинки, листок, а здесь их не оказалось. Федор еще и поэтому задергался. Получается, рано радовался. Вроде открытие есть, а вроде и нет. Доказательств — пшик. Мы успели нормально поговорить, он собрался уже домой идти, потом ему плохо стало, и помер от банального инфаркта. Любые гарантии. Я все тщательно проверил. Очень нехилые бабки заплатил за вскрытие, пришлось одну не слишком законную работу делать. Будут теперь сигнализацию на машинах отключать на раз-два автоугонщики, но я ведь тоже хотел убедиться! Никаких отравлений или ядов в организме.
— Ладно, — подумав, отмахнулся Никита, — риск — благородное дело. Шампанское, и все такое… Даже если просто кому-то продавать этот твой прибор, лучше иметь представление о чудесах на той стороне. Будет звучать авторитетнее. И как это выглядит?
— Пойдем, — сказал отец и повел его к дверям кладовки. Раньше там складывали старые вещи, которые и выкинуть жалко, и оставить незачем. Вроде тазов для варки варенья. Отец этим никогда не занимался и забивал узкий шкаф всевозможными деталями и драными штанами, которые можно было надеть, отправляясь на природу. Теперь в помещении была абсолютная пустота. На полу нарисован белой краской не слишком ровный круг, и из специально установленной розетки, раньше ее не было, тянулся кабель. — Вот, — с гордостью сказал он, подкатывая тумбочку на колесиках, на которой стоял железный ящик с завлекательными кнопочками. Вид у прибора был таинственный. Все спрятано под крышку от происков жадных шпионов. — Кабель вставляется сюда через трансформатор. Жрет это открытие столетия электричества, как свинья помои, — объяснял он, не замечая скептический взгляд, — ты становишься в круг, и я нажимаю на кнопку…
— Стоп! — с негодованием воскликнул я. — Ты что несешь, сказочник?! Впаривай тому, кто твои кривые круги на полу не видел! Дважды уже мотался, правда, понятия не имею куда, но вполне себе в одетом виде.
— Правильно, — подтвердил Никита, — первый раз Гагарин тоже в космосе не летал. Шмальнули его ракетой, один виток вокруг Земли, и упал. Потом уже болтались на орбите и даже в космос прогуляться выходили. Мы тоже на одном месте не стояли, это дело слегка подправили, как начали регулярно ходить и присматриваться, что использовать можно. Нашелся один умник, кое-что подсказал, так что теперь запросто можно и так. Украл — и не в тюрьму, а домой с кучей разного добра. Просто я честно рассказываю по порядку, и любопытно, заметишь по ходу одну тонкость или нет. Ну, я продолжаю?
— Давай, — разрешил я. — Завлекательно врешь.
Земля ощутимо ударила по ступням, и от толчка Никита невольно сел на голую задницу и чуть не взвыл, обнаружив под собой камешек с острыми краями. Раздраженно отшвырнул его в сторону и мысленно покрутил у виска пальцем. Почему правильные мысли всегда приходят в голову задним числом? Нет, риск — дело замечательное, но если бы он катапультировался со второго или, не дай бог, с пятого этажа? Так бы и летел с веселыми криками вниз? А потом подпрыгивал вверх, пытаясь попасть назад домой? Хотя… Вернулся же папашин приятель. И ноги у него были на месте. Короче, считай, пронесло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
