нет.
— Хорошо, Огонек, — я ее так назвал впервые. Она тут же встрепенулась, заулыбалась, будто вспыхнула. — Видишь эти деньги на столе? Они, можно сказать, цена любви. Хотя нет, я не прав. Это в корне неверное сравнение. Просто, она разозлила немного меня этим подарком. Но по порядку…
И пока Флайма убирала в комнате, вытирая пыль и раскладывая вещи в более приятный порядок, я рассказывал ей о знакомстве с Ольвией и Ионой. Разумеется, имя графини я не назвал, но сказал, что моя возлюбленная замужем и у нее тяжелые отношения с мужем, а брак ее, скорее, вынужденный. Хотя я сам не знал подробностей, почему вышло так, что Ольвия связала жизнь с Малгаром. То, что он овладел ей когда-то, не могло быть веской причиной, так как нравы в Вестейме и Арленсии вполне вольные. Рассказал я о том, как меня чуть не убили по пути к ее дому, и именно это заставило меня задержаться на ночь у Ольвии и потерять эльфийку. Поведал много чего из моей истории отношений с Ионой и Ольвией, не посвящая Флайму в то, кем на самом деле была госпожа Арэнт.
Когда я закончил рассказ, Флайма молча проследовала в водную комнату, долго не выходила, потом появилась, вытирая руки о полотенце.
— Печальная история, Райс. Не знаю, почему она так поступила. Наверное, эта богатая госпожа тебя не любила по-настоящему. Терпеть не могу притворство! Я бы на твоем месте вернула ей эти деньги и навсегда о ней забыла. Это поначалу трудно, а потом будто тяжесть с сердца падает и живешь себе лучше, чем прежде. Ну я тебе уже говорила, как было со мной. Так что денежки зря не трать, — она кивнула на кошелек на столе. — Спрячь от греха подальше. Как она вернется, верни ей и дело с концом. Ты же маг, сам говорил. А маги умеют хорошо зарабатывать.
— Да, моя прелесть, маги много что могут, — я покинул кресло и подошел к ней. — Вот только маг Райс никак не может добиться от тебя ответа на простой вопрос.
— Напомните, пожалуйста, маг Райс, — она нахмурилась, делая вид будто не понимает, о чем речь.
— Я спросил, нравится тебе мой намек или нет? — напомнил я.
— Ах, это… Да, нравится. Интересный намек. Знаешь, почему? Потому, что тебе сейчас тяжело после письма и всякого такого. Представляю себя на твоем месте. Тебе нужен кто-нибудь, кто бы помог отвлечься от тех двух женщин. Особенно последней. Вообще-то я думала, что твое сердце целиком с красивой как богиня эльфийкой. Неужели богатая госпожа, имя которой ты скрываешь, еще красивее Ионэль? — она прищурилась, скомкав в руках полотенце.
— Флай, любят же не по принципу, кто красивее. И мою любовь не так легко понять. Сложная она, — я отобрал у нее полотенце, но не стал оспаривать выводы Флаймы насчет тяжести моих переживаний. Да, мне было очень неприятно, я не ожидал такого от Ольвии, но произошедшее точно не окунуло меня в омут беспросветного горя. Жизнь продолжалась, и я наслаждался ее вкусом, даже если они были для меня в данный момент горькими.
— Если бы с тобой это не случилось. Не было бы письма, о котором ты сказал и такой печали в твоих глазах, — продолжила Флай развивать свою мысль, — то я бы сказала, что мне твой намек не нравится. А так, я готова его принять. Но… — она не успела договорить — я обнял ее и прижал к себе.
— Продолжай, Флайма. Я просто вспомнил о нашем первом поцелуе. Помнишь его, — я потянулся к ее губам.
— Райс, постой! — она прижала пальцы к моим губам. — Я не хочу, чтобы ты играл мной, и сама этого не посмею сделать. Скажи, что я тебе просто нужна на время, чтобы отвлечься от мыслей от той женщины. Скажи, что я для тебя просто развлечение. Я терпеть не могу фальшь, и если ты будешь честен, то ты сорвешь этот поцелуй.
— Ты мне интересна, Флай. Если честно, то мы могли бы дружить, но вряд ли получится, что-то большее. Понимаешь, мужская природа такова, что иногда хочется большего. Обманывать, будто ты заменишь мне Ольвию… — я осекся, случайно назвав имя госпожи Арэнт. И договорил после заминки: — В общем, не собираюсь тебя ни в чем обманывать.
— Ольвию? Теперь хоть знаю ее имя. И еще знаю, что у тебя в мыслях такой беспорядок, что ты сам не знаешь, что хочешь. Ладно, целуй. Будем считать, что это по-дружески, — она прикрыла глаза и потянулась ко мне.
Я прижал ее к себе крепче, коснулся ее юных губ своими. Мне показалось, что эта рыжая девочка не так часто целовалась. Делала она это как-то излишне трепетно.
— Все, Райс, хватит. Для дружеского поцелуя вполне достаточно. А захочется чего-то большего, — она отстранилась, тряхнув волосами, словно стараясь выбросить подобные мысли из головы.
— Позволь уточнить: тебе захочется большего? — Флайма уже раздразнила меня и, конечно, сама это почувствовала.
— Конечно, тебе. Думаешь, я в этом не понимаю? У меня был парень — я же говорила. А ты уже завелся, — она хохотнула, краснея и отвернувшись к окну. — Вот скажи, сейчас думаешь о своей Ольвии?
— Сейчас нет, — в самом деле, маленькими шалостями и разговорами Флайма меня отвлекла.
— Вот и хорошо. На этом на сегодня распрощаемся, — она бросила тряпку в пустое ведро. — Кстати, я не должна здесь убирать. Сделала это тоже по-дружески. Знаю, наша уборщица не всегда делает это хорошо. Ты мне нравишься, Райс. С тобой очень легко и весело.
— Может останешься? Вечером можем прогуляться или поужинать под хорошее вино? — предложил я.
— Нет. Обещала появиться дома. Если хочешь, завтра могу заглянуть вечером, — она подняла ведро, не дожидаясь ответа, направилась к двери.
— Хочу, Флай! — громко произнес я.
Мой возглас вызвал ее смех, да так, что рыжая насмешница с грохотом задела ведром стену.
— Тогда увидимся, — она хитровато улыбнулась мне и исчезла. А потом вдруг дверь открылась, снова появилось личико моей подруги, и Флай спросила: — Райс, а твоя Ольвия, это, случайно не ее распрекрасное сиятельство графиня Ольвия Арэнт?
Я застыл от неожиданности. Сказать, что она угадала, я не мог: откуда мне было знать, насколько
