Читаем без скачивания Пришлите FX-18 - Поль Кенни

— Ладно. Буду через полчаса.

— Куда-нибудь пойдем или нет?

— Пока не знаю.

На том конце провода положили трубку. Д'Эпенуа, почесывая затылок, пошел в ванную. Какая муха укусила Фабиани?

Дипломат надевал легкий шелковый халат, когда прозвучал звонок. Слуга пошел открыть дверь, а д'Эпенуа прошел в гостиную и подкатил маленький бар к низкому столику между двумя креслами.

Фабиани вошел в комнату и рассеянно пожал другу руку.

— Я ждал тебя самое позднее позавчера вечером, — пробурчал он, садясь в кресло. — Почему ты задержался?

Подняв брови, д'Эпенуа заметил:

— А ты разве не получил сообщение от Лемуана? Я просил его предупредить тебя, что заеду в Ану.

Фабиани удивленно наморщил лоб.

— А? Впервые слышу. Фельдман не подавал признаков жизни.

Д'Эпенуа стал разливать виски. С озабоченным видом он сказал:

— Странно. Лемуан добросовестный человек, и я уверен, что он отправил тебе письмо. Может быть, Марта не отнесла его в чайную сразу после получения?

— Должна была принести. Я ей намылю голову. В такой период, как этот, связь должна быть быстрой. Ну, короче, как твоя поездка?

— Очень интересно, — ответил д'Эпенуа, в свою очередь садясь в кресло, открывая ящичек с сигаретами и протягивая его Фабиани. — Первое: Халид в неприятном положении. Я даже не спрашиваю, не должен ли я был отдать ему официальный приказ исчезнуть.

Поскольку глава организации смотрел на него вопросительно, он продолжил рассказ о своей встрече с метрдотелем.

Он рассказал, как тот был вынужден совершить убийство, перечислил офицеров, чьи голоса были записаны, подчеркнул факт, что полковник принадлежит к части, расквартированной в Иордании.

Однако самое лучшее он оставил на конец:

— А вот полный букет: моторизованное подразделение, что погрузило ящики в окрестностях Т-1, входит в этот же полк. И оно прошло через Ану, хотя считается, что стоит в Аммане!

От пристального внимания, с которым Фабиани слушал рассказ д'Эпенуа, черты его лица заострились. Он положил подбородок на кулаки.

— Ладно, — заключил он твердым голосом, — подведем итоги: пять офицеров различных родов войск в Мосуле разрабатывают в общих чертах заговор, направленный против короля и правительства. Один из этих офицеров представляет дивизию, посланную в Иорданию. Король ее не отзывал: об этом узнал бы весь мир. Однако один ее батальон свободно передвигается по эту сторону границы и охраняет груз оружия, вероятно предназначенного для революционной организации. Вот что означают кусочки головоломки, когда их собираешь.

Д'Эпенуа согласно кивнул. Фабиани имел дар анализа, восхищавший его.

— Этого вполне достаточно, чтобы составить мой следующий рапорт Старику, — продолжал тот. — Теперь наша задача совершенно ясна: надо узнать, что это за организация собирает оружие, кем она финансируется и вдохновляется; находится ли она под влиянием военных или же, наоборот, управляет ими.

Услышав эту программу, д'Эпенуа почувствовал себя ужасно усталым. Он одним глотком выпил содержимое своего стакана.

— Ну и планы у тебя, — произнес он со скептической гримасой, берясь за бутылку, чтобы налить себе еще. — С какого конца ты собираешься взяться за такую работу, которую не осилит сама государственная полиция?

— Достаточно разыскать одного офицера из бывших в «Рице», — отрезал Фабиани, — и заставить его говорить. Халид может нам в этом помочь: он их видел, и они все еще преследуют его. Мы имеем запись как средство шантажа. Дашь на дашь: возвращение катушки в обмен на информацию, или мы отправляем их на виселицу.

У д'Эпенуа перехватило дыхание. Внимательно глядя на Фабиани, он медленно выговорил:

— А… кто займется этой работой?

— Ты, — категорически заявил Фабиани. — Ты же дипломат, верно?

На следующий день, когда д'Эпенуа вновь выехал в Мосул, Фабиани решил выяснить, почему письмо, отправленное Лемуаном, до сих пор не пришло к нему.

Он не мог простить никакой небрежности и хотел знать, виновна ли в этом Марта Ланже или Макс Фельдман, официант из чайной.

С работы он позвонил в «Левант Эйр-Транспорт», офис которой находился в какой-то сотне метров. Спросив отдел бронирования и услышав женский голос, он сразу понял, что это не Марта.

— Мисс Ланже, пожалуйста… По личному делу.

— Мисс Ланже отсутствует со вчерашнего дня, сэр, — очень любезно ответила служащая.

— Спасибо, — сказал Фабиани, — простите.

Он положил трубку. Две вертикальные морщины прорезали его лоб.

Снова взявшись за аппарат, он набрал номер отеля «Зиа».

— Могли бы вы соединить меня с мисс Ланже, номер двадцать три? — спросил он телефонистку.

Послышались щелчки, затем урчание, потом пять секунд спустя снова голос телефонистки:

— Никто не отвечает, сэр. Дама, должно быть, отсутствует… Подождите, пожалуйста, я позвоню в бар и ресторан.

Прижав трубку к уху, Фабиани нервно черкал карандашом свой блокнот.

Прошла добрая минута.

— Нет, мисс Ланже сейчас нет в отеле, — сообщила телефонистка. — Следует ли ей сообщить о вашем звонке, когда она вернется?

— Нет, спасибо. Я перезвоню.

Фабиани положил трубку. Что бы это значило? Марта не имела права уходить в отпуск, не предупредив его. До сих пор она выполняла этот приказ.

Охваченный легким беспокойством, Фабиани постарался сосредоточиться на своей работе.

Через полчаса он не выдержал и еще раз схватился за телефонный аппарат. Он набрал номер швейцарской чайной и попросил позвать официанта Макса.

Кассирша ему ответила, что Макс сегодня на работу не вышел и ей неизвестно, болен он или отсутствие вызвано другой причиной: он ей ничего не говорил.

Теперь Фабиани по-настоящему волновался. Он попытался убедить себя в том, что у Марты и Макса любовная связь, что может случиться в разведсети, где мужчины и женщины работают вместе.

Он будет вынужден сурово наказать их. Успех работы не может зависеть от любовной интрижки.

Но мало-помалу он пришел к желанию, чтобы исчезновение двух его агентов не имело другой, более важной причины.

До самого закрытия банка он ломал голову, пытаясь объяснить себе правдоподобным и не очень тревожным образом одновременное исчезновение двух своих сотрудников.

Уже выведенный из себя пассивностью, которая была навязана ему его ролью руководителя организации, озабоченный опасной миссией, порученной им д'Эпенуа, Фабиани просто не мог вынести перспективу запереться в своей квартире и ждать развития событий. Оставив машину у тротуара возле банка, он прошел по эр Рашид-стрит до отеля «Зиа», вошел в холл.

Он обошел его, разглядывая людей, сидящих в креслах, как будто кого-то искал, потом прошелся недалеко от стойки портье и воспользовался этим, чтобы бросить взгляд на ячейки с ключами.

В ячейке номера двадцать три было письмо, а также ключ.

Фабиани вышел еще более раздосадованный, чем раньше.

Письмо было наверняка от Лемуана, единственного, посылавшего депеши в отель: Халид свои отправлял в «Левант Эйр-Транспорт», а Лавирон — до востребования. По словам д'Эпенуа, это письмо должно было прийти в Багдад двумя днями раньше.

То, что оно до сих пор лежало в ячейке, показывало, что Марта исчезла в тот момент, когда вышла позавчера из офиса авиакомпании. Если бы она появилась в отеле после работы, она бы забрала письмо.

Первое, что надо было сделать — предупредить д'Эпенуа, затем Лемуана и Лавирона, дать им запасные адреса.

Он прошел до телеграфа, который находился на той же самой улице, и подумал, что можно прожить в Багдаде целые годы, не удаляясь от этой артерии: все важные учреждения были сконцентрированы здесь, за редким-редким исключением.

Он составил телеграмму на французском:

М. ИСЧЕЗЛА. ЧЕРЕЗ Б.Н.И. ЮРИДИЧЕСКИЙ.

Несмотря на лаконичность, д'Эпенуа поймет сообщение: он сам и Халид должны впредь посылать свои письма тайнописью в юридический отдел банка, почту которого читает Фабиани.

Для Лемуана и Лавирона это было не так срочно. Он предупредит их обычным способом: приказом на обороте корешка их счета в конверте банка.

Фабиани испытывал сильное желание сходить домой к Максу Фельдману, но не мог этого сделать.

Если действительно гарсон из чайной и Марта арестованы — гипотеза, стоившая любой другой, — было бы ошибкой открыто проявлять интерес к кому-нибудь из них.

В тот момент, когда в Багдаде Фабиани наконец решил вернуться к себе домой, Эктор д'Эпенуа входил в отель «Риц» в Мосуле. Гораздо охотнее он спрыгнул бы с парашютом в район, полный кобр…

Ему не очень-то хотелось возвращаться в этот обветшалый дворец и подвергнуться бдительной слежке, особенно после обещания, данного Халиду.

По дороге он составил план, по крайней мере первую часть: контакт с Халидом. Ему надо было быть очень осторожным: не засветить и не разозлить иракца.