Тропинка, по которой шли ученые, довела их также до широкаго потока, который они сегодня на разсвете видели из своего шара. Это наверно был один из знаменитых каналов Марса; насколько хватал взгляд, этот поток был заключен в искусственно укрепленные, прямые, как стрела, берега. Мост со смелой аркой, опирающийся на многочисленныя колонны — чудо архитектурнаго искусства, вел на противоположный берег. На Марсе, казалось, все было проникнуто размеренным спокойствием; самыя прозрачныя, светлозеленыя воды огромнаго канала текли тихо и спокойно и несли на своих гребнях множество элегантно построенных судов.
У моста стоял корабль, из котораго несколько человек выгружало на берег плиты разноцветнаго мрамора, глыбы гранита и сиенита. Работа эта совершалась с ловкостью, заставившей остолбенеть наших ученых. Не обладают ли эти жители Марса необычайной телесной силой, не представляют ли они собою род атлетов?
— Какия удивительно развитыя грудныя клетки у этих людей! Разсмотрите-ка их получше! — С этими словами Пиллер указал своим спутникам на работников. — Уже сегодня утром меня поразило, как прекрасно сложены эти люди и какия у них широкия плечи. Даже и дети в этом отношении крайне выгодно отличаются от своих земных собратий. Это совершеннейшие экземпляры расы с крепкими легкими, которым вряд ли знакома чахотка, — продолжал Пиллер.
В это время Бруммгубер подошел к работающим марситам и попытался поднять одну из мраморных плит.
Этот мрамор кажется мне удивительно легким. Неужели это, действительно, другая порода камня, чем наша? — крикнул он вопросительным тоном своим товарищам.
Замечание это возбудило любопытство остальных, и они подошли ближе, чтобы исследовать камни.
— Нет, это безукоризненно прекрасный мрамор. Заметьте только тонкое строение и нежно окрашенныя жилки, которыя пронизывают его! — ответил Пиллер после тщательнаго изследования.
— А этот великолепный красный камень — лучший сиенит, или я совершенно утратил всякую способность различать минералы, добавил Гэммерле, тщательно осмотрев камень.
— Попробуемте-ка поднять эти плиты! решил Пиллер.
— Верно; здесь мрамор, как кажется, имеет меньший удельный вес, чем у нас на Земле. Теперь я понимаю, почему эти люди в состоянии так легко поднимать подобную ношу. Отчего это может произойти? Быть может, вам известна причина этого явления, Штиллер?
— По моему мнению, это явление зависит от малой плотности Марса, которая составляет всего 0,7 плотности земли, — ответил Штиллер.
— Теперь мне становится понятным, почему сегодня, во время обеда бокалы и вообще вся серебряная посуда показались мне такими необычайно легкими, — добавил Тудиум. — Тогда у меня не было времени долго раздумывать об этом — музыка слишком овладела всем моим вниманием.
— То же самое произошло и со мною, — объявил Штиллер.
— А какова здесь плотность атмосферы? — поинтересовался Фроммгерц. — В этом отношении я не нахожу никакой разницы с нашей земной атмосферой летом. Наоборот, мне даже легче и приятнее дышится здесь, наверху, чем на родине.
Слой воздуха, окружающий эту планету, значительно ниже того, который окружает нашу Землю. Представьте себе, что вы стоите на горе умеренной высоты — тогда слегка поредевший воздух вокруг будет приблизительно соответствовать здешнему; к сожалению, наши земные барометры на Марсе не могут быть применены с уверенностью в абсолютной точности их, — объяснил Штиллер.
Так как солнце зашло, профессора решили закончить прогулку на нынешний день и вернуться в свое жилище. Они хотели дождаться там посещения старца, чтобы под его предводительством отправиться на обсерваторию.
Не успели они дойти, как ночь начала развертывать свои темныя крылья над всей страной. Только на востоке становилось все светлей и светлей. Луна вынырнула из-за горизонта и облила ясным светом тихий, миролюбивый пейзаж.
— Это большая луна Марса, называемая Деймосом, так ярко освещает нам путь, — объяснил профессор Штиллер своим спутникам. — Пройдет всего несколько минут, и вы увидите второго спутника Марса, с которым мы уже пришли сегодня ночью в непосредственное соприкосновение, хотя, по счастью для нас, и довольно легкое.
И действительно: не успел он окончить фразы, как маленький Фобос также поднялся над горизонтом.
— Какое восхитительное зрелище! — воскликнул Штиллер, останавливаясь на минуту, чтобы полюбоваться обеими лунами, свет которых, по силе почти равняющийся дневному, производил очаровательныя теневыя картины.
— Ожившая волшебная сказка! — сказал Дубельмейер.
— Луны здесь, наверху кажутся мне гораздо больших размеров, чем, например, наш спутник, — заметил Фроммгерц, прерывая наступившую тишину.
— Это простой обман зрения, дорогой мой! — объяснил Штиллер. — Луны Марса значительно меньше нашей земной луны, но оне находятся гораздо ближе от главной планеты: Фобос, например, отстоит всего приблизительно на 9000 километров от Марса, а большой Деймос не дальше, как на 23520 километров. Потому-то эти спутники и кажутся такими большими.
Среди подобных разговоров ученые достигли своего роскошнаго жилища. Здесь их ждал внимательный хозяин, который сегодня уже оказал им столько любезностей. При лунном свете высокая фигура старца показалась ученым еще величественнее, чем днем, а его длинные волнистые волосы еще серебристей и пышнее.
— Не похож ли он на патриарха древне Иудейскаго периода? — тихо спросил Штиллер у своего коллеги Фроммгерца.
— Вы совершенно правы! — ответил тот. — Назовем этого старца, имя котораго нам еще неизвестно, попросту Патриархом. Это имя отлично подходит к нему.
После молчаливаго поклона старец повел сыновей Земли к украшенному куполом зданию.
Построенное в форме ротонды, здание было украшено в нижнем этаже рядом бюстов на цоколах из краснаго мрамора. Эти бюсты, повидимому, изображали людей, работавшие раньше здесь в обсерватории. Широкия ступени вели вверх в помещение, служившее для наблюдений, в котором уже сидело несколько человек за своей молчаливой работой. Патриарх наверно уже успел поговорить с ними, потому что, при входе чужеземцев, они сейчас же встали и предложили жестом руки занять их места.
Штиллер был поражен удивительной роскошью и величием устройства всего здания. Какой ничтожной показалась ему по сравнению со всем этим его собственная обсерватория там внизу на холме, возле Штутгарта! Он приблизился к одному из гигантских телескопов.
И принялся внимательно разсматривать Небо. Кое-где сверкали созвездия или отдельныя звезды, хорошо знакомые ему. На самом западе стояла поразительно крупная, сверкающая красным огнем, звезда, которая особенно заинтересовала профессора. Судя по ея сравнительно большой близости к Марсу, это была несомненно сама Земля! Ученый старательно навел телескоп на заинтересовавшее его небесное тело. Предположение Штиллера оказалось верным. Благодаря отличавшимся поразительной силой стеклам и чистоте атмосферы Марса, он мог отчетливо разсмотреть матушку-Землю. Различные материки и моря выступали на ней совершенно ясно. От севернаго полюса книзу можно было даже проследить контуры отдельных стран, выделявшихся на Ледовитом так же, как и на Атлантическом океане, а вон то — да, теперь он это ясно разсмотрел — то, что теперь резко обрисовалось в телескопе, по всем приметам должно было быть Германией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
