— Вот это.... Оно было внутри меня... а я...
Дядюшка Доббин уже вернулся к столу, сел и взял свою трубку.
— Волшебство, — сказал он, прежде чем раскурить ее вновь.
— Мое... мое волшебство?
Дядюшка Доббин кивнул:
— Было твоим. Ты ведь не верила.
— Но я даже не знала! — взвыла Нори.
— Теперь тебе придется заработать право снова обладать им, — объяснил дядюшка Доббин. — Вон те клетки, сбоку, не мешало бы почистить.
Нори прижала к груди ладони, потом крепко обхватила себя обеими руками, как будто это могло уменьшить ощущение пустоты внутри.
— За-заработать? — переспросила она еле слышно, то и дело переводя взгляд со своего хозяина на птицу, которая только что вышла из нее и теперь сидела, охорашиваясь, в витрине. — З... здесь, в магазине?
Дядюшка Доббин покачал головой:
— Ты ведь и так работаешь здесь, и я плачу тебе за это, разве нет?
— Но тогда как же?
— Ты должна завоевать его доверие. Научиться верить.
Эллен едва заметно покачала головой.
«Научиться верить, — подумала она. — Но я всегда верила».
Может быть, недостаточно сильно. Она бросила взгляд на своего спутника, потом в окно. На улице почти стемнело.
— Пойдем пройдемся по пляжу, — предложила она.
Рис кивнул, выходя следом за ней из ресторана, когда она расплатилась по счету. Свежий аромат эвкалиптов стоял в воздухе, но пряный бриз налетел с океана и унес его с собой.
6
Весь пляж оказался в их распоряжении, хотя на пирсе было полно рыбаков и гуляющих. Там, где длинная деревянная конструкция встречалась с песчаным берегом, толкались подростки со скейтбордами и велосипедами. Ровный гул прибоя заглушал вопли их переносных стереосистем. Прохладный ветер доносил с океана резкий запах соли. На горизонте новогодними елками сияли нефтяные вышки.
Эллен скинула туфли. Положила их в свою вместительную сумку и босиком зашагала по мокрому песку у самой воды. Приподнятый противоположный конец пляжа скрывал от их глаз дома на набережной, пока они шли в южном направлении, к каменистому мысу, за которым начиналась территория военно-морской базы.
— Хорошо здесь, — заговорил наконец Рис. Всю дорогу от ресторана до пляжа оба молчали.
Эллен кивнула и внимательно на него посмотрела. Начиная с полудня угрюмые нотки в его голосе куда-то исчезли. Сейчас он рассказывал ей о своих родителях, о том, как ему тяжело и с ними, и со сверстниками, а она внимательно слушала.
— Похоже, шестидесятые тебе порядком насолили, — сказала она, когда он замолчал.
Рис пожал плечами. Он тоже был бос, набегающая волна то и дело облизывала края его джинсов.
— Идеи у них были в общем-то правильные — у таких как мои родители, я имею в виду, — ответил он. — Но чтобы все получилось так, как они хотели, надо, чтобы все думали одинаково.
— Но это не обесценивает того, во что они верят.
— Не обесценивает. Но мы-то живем в реальном мире, а здесь, если хочешь уцелеть, надо просто идти и брать, что тебе нужно.
Эллен вздохнула:
— Наверное, ты прав.
Она оглядела пляж, но они были по-прежнему одни. Никто не желал прогуляться по прибрежному песочку. Ни бугер. Ни Круглые Люди. И все же трепет темных крыльев внутри не унимался. Тоска, столь же явная, как и та, что звучала в голосе Риса всего миг тому назад, только она тоскует по встрече с волшебством, а он — по людям, рядом с которыми он чувствовал бы себя дома.
Она размахнулась и забросила свою сумку на сухой песок, подальше от волн. Рис посмотрел на нее с любопытством, но тут же отвернулся, как только юбка упала к ее ногам.
— Не волнуйся, — успокоила она его, забавляясь про себя такой неожиданной щепетильностью. — Я в купальнике.
Когда он снова повернулся к ней, ее юбка и блузка уже лежали комом поверх сумки, а Эллен встряхивала волосами, распуская их.
— Идешь? — спросила она.
Но Рис стоял и следил за движениями ее бедер, пока она шла к воде. Купальник на ней был белый. В темноте могло показаться, что на ней вообще ничего не надето, бикини походило на полоски незагорелой кожи. Без малейшего плеска она ушла в воду, потом вынырнула, голова светлым поплавком закачалась на темных волнах.
— Иди! — крикнула она ему. — Как окунешься, вода совсем не холодная.
Рис колебался. Еще днем он хотел искупаться, да решил, что не стоит сверкать своими бледными тощими конечностями на виду у всех этих бронзовотелых купальщиков. Зато сейчас его никто не увидит, подумал он и проворно стянул с себя все, кроме плавок.
Вода ударила его ледяным кулаком, едва он нырнул вслед за Эллен, и он вынырнул на поверхность, задыхаясь от неожиданности. Все тело горело, каждая клеточка стонала от напряжения. Эллен плыла впереди, легко скользя с одной волны на другую. Едва он начал грести к ней, большая волна накатила и вынесла его, бешено молотящего руками и ногами, обратно на берег.
— Подныривай или ложись прямо на нее грудью, — донесся до него голос Эллен, когда он поднялся на ноги и снова вошел в воду.
Плавал он не ахти как, но у берега было неглубоко, пока не приходила большая волна. Он поднырнул под следующую и выплыл, отфыркиваясь, но гордясь тем, что, по крайней мере, не оказался снова на пляже.
— Люблю купаться по ночам, — сказала Эллен, когда они бок о бок покачивались на воде.
Рис кивнул. Теперь, когда прошел первый шок, море и впрямь казалось на удивление теплым. Волны убаюкивали, стирая всякое чувство времени.
— И часто ты так делаешь? — спросил он.
Эллен отрицательно качнула головой:
— В одиночку это опасно. Если попадешь в подводное течение, оно унесет тебя в открытый океан и никто даже не узнает.
Рис опустил голову на воду и стал смотреть вверх. Хотя до ближайших пригородов Лос-Анджелеса был всего час езды по шоссе, небо здесь выглядело совершенно иначе. Оно не отражало зарева бог знает скольких миллионов огней. Звезды казались ближе или, быть может, небо глубже.
Он бросил взгляд на Эллен. Оба уже забыли, что привело их на пляж. Больше всего ему хотелось сейчас набраться смелости, подплыть к ней как бы невзначай, обвить ее руками и прижаться всем телом. Наверняка она окажется скользкая на ощупь, но зато такая приятная.
Он слегка оттолкнулся ногами, очередная волна приподняла и опустила его, на этот раз чуть ближе к Эллен, только лицом в другую сторону. Когда он снова развернулся к ней, то увидел, что она, не отрываясь, смотрит куда-то на берег. Он проследил за ее взглядом, и леденящий холод, который он почувствовал, едва войдя в воду, нахлынул на него снова.
Бугер пришел.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
