два: отказ от уголовного преследования за совершенные преступления и материальное вознаграждение[43]. В отличие от сотрудников Департамента полиции и жандармов, многие из которых вербовали агентов на идейной основе или используя, например, чувство мести потенциального «тайного информатора» по отношению к товарищам по революционной борьбе (бывало и такое), сотрудники контрразведки предпочитали действовать прямолинейно. А это, как показывает мировой опыт, не самая оптимальная и результативная тактика.
Кто следил за лояльностью армии
В предыдущей главе мы рассказали о существовавшей в семидесятые годы XIX века военной организации «Народная воля» и о том, что к 1883 году она была полностью разгромлена. Прошло меньше четверти века, и в Вооруженных силах снова началось брожение. Речь идет о вооруженных восстаниях на крейсере «Очаков» и броненосце «Потемкин». При советской власти официальная версия обоих мятежей была обильно разбавлена революционной романтикой. При этом о лидерах и организаторах антиправительственных выступлений старались говорить как можно меньше.
Бунт на крейсере «Очаков» возглавил лейтенант Петр Шмидт [44]. Назвать его идейным и пламенным революционером крайне сложно. По справедливым словам одного из ранних биографов офицера, в революционные события лейтенант вошел волею случая, как человек невероятно амбициозный, жаждущий славы и не отличавшийся особой честностью.
На военную службу он поступал несколько раз, и каждый раз его увольняли с громким скандалом. Непонятно, как офицеру с таким послужным списком и плохой репутацией вообще позволили служить капитаном крупного судна. Так, он впервые поступил на Балтийский флот в чине мичмана 1 января 1887 года. Был зачислен в стрелковую команду 8-го Балтийского флотского экипажа. Но высокое самомнение и крайняя амбициозность вызвали его неприятие офицерским коллективом — уже через 20 дней Шмидта отчислили по болезни с шестимесячным отпуском и переводом на Черноморский флот. В 1888 году женился на проститутке Доминике Гавриловне Павловой, что спровоцировало мощный скандал в офицерской среде. Прослужил в чине мичмана всего два года и уволился в запас по болезни.
Затем с 1892 года по 1898 год вновь находился на службе. Служил на канонерской лодке «Бобр», входившей в состав Сибирской флотилии на Дальнем Востоке. В 1898 году в чине лейтенанта снова ушёл в запас. Плавал на океанских торговых судах Добровольного флота и РОПИТ (Русское общество пароходства и торговли). Был капитаном парохода «Диана», который занимался перевозкой грузов по Чёрному морю.
В 1904 году с началом Русско-японской войны был мобилизован на Балтийский флот и назначен старшим офицером угольного транспорта «Иртыш», входившего в направляющуюся на Дальний Восток эскадру адмирала Ро-жественского. В сентябре 1904 года в Либаве, где готовился к походу «Иртыш», Шмидт устроил драку на балу, организованном обществом Красного Креста. По мнению сослуживцев, единственная цель потасовки — добиться увольнения из ВМФ. Во время похода эскадры Шмидт неоднократно подвергался взысканиям, на стоянке в Порт-Саиде, у входа в Суэцкий канал, лейтенанта Шмидта «по болезни» списали с «Иртыша» и отправили в Россию. Назначен командиром миноносца № 253, базировавшегося в Измаиле для патрулирования на Дунае.
В начале Революции 1905 года организовал в Севастополе «Союз офицеров — друзей народа», затем участвовал в создании «Одесского общества взаимопомощи моряков торгового флота». Ведя пропаганду среди матросов и офицеров, Шмидт называл себя внепартийным социалистом.
18(31) октября Петр Шмидт возглавил толпу народа, окружившую городскую тюрьму, требуя освободить заключённых.
20 октября (2 ноября) 1905 года на похоронах восьми человек, погибших в ходе беспорядков, произнёс речь, ставшую известной как «клятва Шмидта»: «Клянёмся в том, что мы никогда не уступим никому ни одной пяди завоеванных нами человеческих прав». В тот же день Петр Шмидт был арестован. 7 (20) ноября Шмидт был отправлен в отставку в чине капитана 2-го ранга.
14 (27) ноября возглавил мятеж на крейсере «Очаков» и других судах Черноморского флота. На корабле был поднят красный флаг. Шмидт объявил себя командующим Черноморским флотом, дав сигнал: «Командую флотом. Шмидт». В тот же день он отправил телеграмму Николаю II: «Славный Черноморский флот, свято храня верность своему народу, требует от Вас, государь, немедленного созыва Учредительного собрания и не повинуется более Вашим министрам. Командующий флотом П. Шмидт».
На следующий день мятеж был подавлен.
Петр Шмидт был приговорён военно-морским трибуналом к смертной казни. Расстрелян 6 (19) марта 1906 года на острове Березань. Кроме него были расстреляны Н. Г. Антоненко (член революционного судового комитета), машинист А. Гладков и старший баталёр С. Частник.
Вот такой вот идейный революционер. При советской власти такой сюжет мог присниться военным контрразведчикам только в кошмарном сне. Офицеру с таким набором «грехов» — не место в ВМФ.
Реальная история восстания на броненосце «Потемкин» тоже отличается от официальной советской версии. Из курса школьной истории, которую преподавали в СССР, все знали, что причиной бунта послужило протухшее мясо из борща. Матросы, увидев, как из кусков мяса выползают белые черви, не только утратили аппетит, но и отказались выполнять приказы офицеров.
В жизни все происходило иначе. Накануне восстания (13 июня 1905 года по старому стилю) командир броненосца капитан 1-го ранга Е.Н. Голиков отправил миноносец № 267 в Одессу для приобретения провизии. Ревизором мичманом А. Н. Макаровым и матросами-артельщиками было приобретено на базаре 28 пудов говядины.
В самой Одессе с 12 июня начались беспорядки и забастовки рабочих. 13 июня казаки в портовом районе разогнали демонстрацию, были жертвы. Местное революционное подполье в борьбе с войсками использовало самодельные бомбы и огнестрельное оружие. Поэтому и на корабле среди матросов царили революционные настроения. Организатором и первым руководителем восстания на броненосце стал уроженец Житомира артиллерийский унтер-офицер и член РСДРП с 1903 года Григорий Вакуленчук. Нужно отметить, что два года членства в партии большевиков свидетельствуют о том, что за плечами этого человека богатый опыт революционной деятельности. Поэтому и во время службы на корабле он занимался антиправительственной пропагандой. В советское время такого смутьяна сотрудники военной контрразведки быстро бы выявили и изолировали от остального экипажа. А тогда унтер-офицер мог относительно безнаказанно вести революционную пропаганду среди нижних чинов.
Утром 14 июня часть привезенного на броненосец мяса была положена в котёл для приготовления борща. В 11 часов на броненосце был дан сигнал на обед. Команда отказалась брать баки для борща и демонстративно ела сухари, запивая их водой. В корабельную лавку выстроилась очередь. Об отказе команды есть борщ было доложено старшему офицеру И. И. Гиляровскому и командиру корабля Е. Н. Голикову.
Командир приказал собрать команду. Борщ был освидетельствован старшим врачом броненосца С. Е. Смирновым, который признал его хорошим. После этого командир пригрозил
