полков. В числе сподвижников Матвея Ивановича здесь находился и Андриан Карпович Денисов, будущий герой Итальянского и Швейцарского походов Суворова 1799 года. «Он очень меня обласкал, – вспоминал Денисов в своих «Записках» эту встречу, – и скоро предписал… составить из мужиков казачий полк в 1400 человек»[80]. Несмотря на ряд трудностей, весной этого же года полк был сформирован, обмундирован, укомплектован лошадьми и вскоре перешел под крепость Очаков. До этого времени Матвей Иванович лично провел учения полка и остался «всем и во всех частях доволен».
Очаков, располагавшийся на правом берегу Днепровско-Бугского лимана, являлся сильной турецкой крепостью с мощным гарнизоном и контролировал весь Днепровский лиман. Под руководством опытных французских инженеров турки возвели со стороны суши многочисленные земляные укрепления полевого типа. На крепостной стене и валах Очакова стояло около 300 крепостных пушек, а в ретраншементе – до 30 полевых орудий. Гарнизон крепости составлял около 20 тысяч бойцов[81].
Еще в июне 1788 года главные силы Екатеринославской армии князя Потемкина, куда входили донские казачьи полки Мартынова, Денисова, Кумшацкого, Исаева, Грекова, Машлыкина, Астахова, Иловайского, Мартынова, Платова осадили Очаков, но турки успешно отбили все атаки русских.
Прошло жаркое лето, наступила осень, а с ней пришли дожди, туманы и холода. Вскоре выпал обильный снег. Ноябрь 1788 года под Очаковым отличался большой стужей и чрезвычайно сильными метелями. Спасаясь от холода, казаки Платова рыли землянки, утепляли их сухим камышом, заготавливали дрова, топливо из высокой травы и камыша. Полуголодные казачьи лошади бродили по степи и, не находя корма, слабели, падали и, случалось, гибли. Да и сами казаки жестоко страдали от недостатка пищи, подвоз которой был чрезвычайно затруднен из-за глубоких снегов и слабости казачьих лошадей. В соседнем полку Василия Орлова замерз от лютого холода один казак. Однако и в таких условиях действовала знаменитая казачья разведка, доставляя русскому командованию «языков», а себе скот для пропитания.
Наконец, пятого декабря Потемкин решился на штурм, ибо зимовка под стенами Очакова могла обернуться для русской армии большими потерями от холода и болезней. Для штурма было сформировано шесть колонн. По диспозиции, объявленной войскам накануне штурма, Платов со своим полком должен был занять место на правом фланге колонны генерал-майора Палена и штурмовать крепость «по обстоятельствам и рассмотрению генерала Меллера». В четыре часа утра шестого декабря при двадцати трех градусном морозе русские войска построились перед фронтом своего лагеря. Уточнялось месторасположение различных колонн армии. Два часа спустя колонны бесшумно заняли свои места и изготовились к штурму. Строжайше предписывалось хранить полное молчание во время перехода от траншей к городу. Сигналом к атаке должны были служить три выстрела бомбами из орудий. По первому выстрелу солдаты и офицеры сбрасывали на землю шубы и меховые башмаки. Взрыв третьей бомбы являлся сигналом к атаке.
Шестая колонна, в которой со своим полком находился Платов, имела при себе деревянные лестницы. По сигналу к атаке его казаки, несмотря на глубокий снег, быстро преодолели расстояние до крепостных стен. Турки встретили донцов ожесточенным ружейным и артиллерийским огнем. Тогда Платов стремительно изменил направление атаки и зашел противнику в тыл со стороны земляных окопов, располагавшихся перед замком Гассан-паши. Завязалась кровавая рукопашная схватка. Крики сражающихся, предсмертные стоны убитых покрыли поле сражения, валы и крепостные стены. Наконец, турки были выбиты из земляного ретраншемента, а вскоре общими усилиями русские ворвались в крепость. Бой в самой крепости длился около часа. К девяти часам дня Очаков пал.
Убитыми турки потеряли 8700 человек, в том числе 283 офицера. В плен попало 4000 турок вместе с комендантом Гуссен-пашой, три паши и 448 офицеров[82]. В качестве трофеев было захвачено 310 орудий и 180 знамен. У русских во время штурма погибли генерал-майор С. А. Волконский, бригадир И. П. Горич, три штаб-офицера, 25 обер-офицеров и 936 солдат; ранено было почти 5 тысяч человек[83]. По другим данным, общие потери русских убитыми и ранеными составили 4800 человек[84].
Взятие сильноукрепленного с опытным, храбрым и многочисленным гарнизоном Очакова произвело гнетущее впечатление на европейские государства, завидовавшие воинской славе россиян. Союзники-австрийцы говорили, что теперь «русский флот из Очакова в два дня может приплыть к Дарданеллы»[85]. Российский посол в Турции Булгаков с радостью сообщал светлейшему князю Потемкину: «Взятие Очакова привело здесь не только турок вообще, но и известных наших врагов и завистников в крайнюю робость. Султан, совет, большие бороды – плачут; все желают мира»[86]. Вскоре султан Абдул-Гамид, уверенный в неприступности Очакова, скончался при ошеломляющем известии о падении этой крепости.
Россиян же взятие Очакова весьма обрадовало. В восторге от долгожданной победы Екатерина Вторая писала князю Потёмкину: «За уши взяв тебя обеими руками, мысленно тебя целую, друг мой сердечный… С величайшим признанием принимаю рвение и усердие предводимых вами войск, от высшего до нижних чинов. Жалею весьма о убитых храбрых мужах; болезни и раны раненых мне чувствительны; жалею и Бога молю о излечении их. Всем прошу сказать признание мое и спасибо…»[87].
Командный состав русской армии и часть наиболее отличившихся солдат были награждены боевыми орденами и медалями. Георгиевский крест 4-й степени, указом от 14 апреля 1789 года с формулировкой «за отличную храбрость, оказанную при атаке крепости Очаков», получил и Матвей Платов[88]. К награждению его представил императрице Екатерине Второй светлейший князь Г. А. Потёмкин[89]. Сам князь получил орден Святого Георгия 1-й степени, шпагу с алмазами на золотом блюде и сто тысяч рублей.
В штурме Очакова участвовали младший брат Платова Петр, старший сын Иван и племянник Николай Демьянович[90].
Раздраженный упорным многомесячным сопротивлением Очакова, князь Потемкин велел разрушить город и крепость. В письме Екатерине Второй он мотивировал это, казалось, нелогичное, решение желанием «истребить предмет раздора, который при заключении мира мог бы произвести вредное замедление в переговорах». Впрочем, опасения эти были напрасны, ибо по Ясскому мирному договору 1791 года Очаков остался во владении России.
С начала 1789 года Платов с казачьим полком находился на левой стороне Днепра в составе Первой дивизии русской армии. В расписании армии говорилось: «Казачье войско левой стороны Днестра, команды казачьего атамана Платова»[91]. В военной кампании этого года одной из важнейших задач являлось овладение нижним течением Днестра. Здесь у турок имелось две сильных крепости – Бендеры и Аккерман. Русской армии предстояло по возможности быстро овладеть обеими крепостями и очистить нижнее течение Днестра. Для разрушения неприятельских коммуникаций между Бендерами и Каушанами князь Потемкин направил к Каушанам
