было проявления ничего из этого. Принц Даэль вытянул руку и прошептал какое-то заклинание над обоими телами, в то же мгновение они начали таять, превращаясь в пыль вместе с одеждой и оружием: на месте двух эльфов лежали теперь только камни, которые были вставлены в их лук и копье, эти камни поднял эльф с рубином в копье и убрал в мешочек за поясом.
– Ты стал свидетелем ритуала погребения павших воинов, незнакомец,– встал рядом со мной и произнес приятным негромким голосом приближенный принца, делая ударение на последнем слове,– эти камни будут помещены в специальную усыпальницу в замке короля.
– Меня зовут Эрик,– также негромко, но чтобы принц расслышал мои слова, представился я, поняв намек в словах приближенного.
– Я – Бэзаф, личный советник принца Даэля,– назвал себя эльф с красным камнем в оружии.
Я достал и осыпал пылью свою голову, хотя скорее это был мелкий песок. Я провел пятерней сквозь волосы, но не почувствовал и намека на песчинки, как будто они впитались мне в кожу головы. Больше никаких перемен не случилось, а чувствовал себя я также хорошо, если не считать потери прошлого и несколько воспоминаний про ранения последних часов. Я присоединился к отряду королевских охотников и последовал в замок Иаркли по приглашению принца Даэля, где надеялся наесться от всей моей гуманной души, спасшей жизнь этим эльфам, еще и везучей, потому что один из них оказался принцем.
– Наш мир населяют множество различных представителей Разумных,– начал разговор Бэзаф спустя короткое время,– но такого как ты, я вижу впервые.– Он старался добродушно произносить эти слова, но в его тоне явно чувствовалась нотка холода, говорящая о подозрительности этого эльфа, но, думаю, что подозрительность входит в его обязанности по долгу службы.– В молодости я очень много путешествовал и объездил все земли светлой стороны, и никогда не видел подобных тебе.– Голос его умолк, но пристальный взгляд оставался на мне еще некоторое время
– Все просто, я – с темной стороны,– солгал я, чтобы отвести его излишние подозрения.
– На нашей стороне еще никогда не было Разумного с темной стороны, там никто не выжил после катастрофы.– Личный помощник принца подозрительно покосился в мою сторону,– впрочем, вы, наверняка, считаете также про светлую сторону,– погасил он назревающий конфликт.
– Когда я решился на это безумное путешествие, все вокруг решили, что я шучу или сошел с ума, а теперь, скорее всего, считают меня мертвецом,– продолжил гнуть свою линию повествования я. Главное в достаточной степени самому поверить в свою историю, тогда она будет достоверна для других.
– Телепатируй им, что у тебя все хорошо, возможно, мы сможем наладить контакт через тебя между нашими мирами.– Бэзаф отвел глаза и их оттенок изменился, потускнел, будто сигнализируя, что сознание отлучилось в мир грез. Его руки дернулись в неконтролируемом жесте, и он потер ладони.
– О существовании телепатии я узнал несколько часов назад,– сказал я, чтобы умерить его мечтания. Советник нахмурил лоб и подозрительно покосился в мою сторону, однако ничего не ответил. Его рассеянный взгляд и невнимание к окружающим событиям говорили о том, что он крепко задумался над своими мыслями. В полном молчании мы преодолели остаток пути до замка. Принц со мной так и не заговорил на протяжении всего пути.
Когда наш отряд вышел из леса, то моему взору предстал величественный замок с высокими башнями, из окон которых то и дело вылетали разноцветные магические шары, или же окна освещались очень яркими вспышками света, видными даже при свете солнца.
Солнца… Этот желтый диск, кажется, все-таки свел меня с ума, и, хотя, мысли о жаре вытиснились недавними событиями, а по ощущениям я почти привык к ней, галлюцинации все же есть: за все время, что я нахожусь здесь, где бы это «здесь» не находилось, солнце не сдвинулось с места ни на дюйм. Мой здравый смысл подсказывает мне, что оно должно двигаться по небу. Но может ли здравый смысл действительно подсказывать здравые вещи человеку с нездоровой головой? Есть ли вообще этот пресловутый здравый смысл? Одни вопросы, а те, кто может дать ответы, немногословны с чужаками вроде меня.
Я таращился на высокие башни, в которых кипела деятельность с открытым ртом, хотя понятия не имел предназначения этих вспышек и вылетающих шаров. Чувство подсказывало, что это учебное заведение, училище для магов или что-то в этом роде. Бэзаф заметил мое любопытство и пояснил, что башни отстроены для тренировки магических стражей:
– Эти шары – результат колдовства общей точности, или КОТ,– пояснил мой спутник. В этот момент я задумался, а спутник ли он мне, возможно, что я пленник или будущий арестант, что не имеет особой разницы, однако, открытой враждебности ко мне не проявляли ни стражники, ни принц, они просто делали вид, будто меня нет, только советник королевской крови со мной перебрасывался редкими фразами. Он продолжал говорить, пока я обдумывал положение, я его слушал вполуха.– КОТ – универсальное заклинание, которое подчиняется желанию мага. Например, этим шаром можно убить, подчинить себе жертву, усыпить ее и многое другое.
Он замолк, продолжая смотреть на меня с видом, будто учитель поймал ученика за сном во время занятия, я поспешил его успокоить:
– Почему среди охотников не было магов?
– Хорошие маги – это единицы среди эльфов, они входят лишь в королевскую стражу, а принцу не полагается управлять королевской гвардией, пока он не станет королем,– ответил он
– Можно взять в личную гвардию принца магов не очень хороших,– резонно заметил я.
– Маг бывает либо хороший, либо мертвый, а посредственным потенциалом обладают многие, но от посредственности не дождешься результата.– Я заметил, как у принца вздулись ноздри и руки сжались в кулаки, он часто задышал, как будто услышал наш разговор и старательно сдерживал ярость, чтобы не обрушить ее на своего человека…эльфа. Сам Бэзаф с опаской глядел на принца, осознав, что мог сказать лишнего слишком громко, резко сменил окрас сказанного,– поэтому наиболее искусному магу, нашему принцу Даэлю, не требуются, мешающиеся под ногами, ничтожества.– Как бы грубо и неуклюже не звучала эта лесть, но она сработала, и внешний облик принца выдавал в нем внутренне успокоение, во всяком случае, на эту минуту. Советник заметно приободрился, но вдруг переменил лицо на сосредоточенное выражение, как будто вспомнил важную мысль, посмотрел на меня оценивающим взглядом и снова отвернулся к фигуре принца. Такое ощущение, что эльфы не умеют совершенно контролировать выражение своих лиц, чтобы нельзя было считать их внутреннее состояние.
– В магическую стражу
