class="p1">Растления малолетних, кровосмесительство, лиги любви — о чем только не пригодилось читать в русских газетах последнего времени.
В духовной жизни успех выпадал на долю всего, так или иначе было связанно с половыми вопросами.
Появилась целая плеяда молодых беллетристов, специализировавшаяся на самой грубой порнографии.
Какая то свистопляска похоти, разнузданности.
Кровь, женщины (а для женщин мужчины) и деньги.
Таковыми стали главные элементы русской жизни.
И разве не характерно, что в ответ на жалобы и упреки по этому поводу лучших людей в России, один из прославленных русских беллетристов последней формации, творец современного героя, Санина, смотревшего, как известно, плотоядными глазами даже на сестру свою, заявляет:
— Все эти газетные толки о падении нравов мне просто надоели.
Человечество всегда было, остается и останется одним и тем же по существу.
Современное общество ничуть не развращеннее, чем и сто и тысячу лет тому назад.
То, что теперь в каждом номере газеты мы читаем о насилиях, о растлениях, о сожительствах отцов с дочерьми и т. д. знаменует только развитие печати, а не развращенность общества.
Этих эксцессов было и всегда много, только газет было меньше и потому меньше телеграмм о преступлениях.
Когда мне говорят о прежней крепостной семье, ныне якобы разлагающейся, мне смешно слушать этот вздор: в крепостное время, например, семья была крепка формально, но снохачество процветало так, как теперь не может процветать, ибо свекор крестьянской семьи лишился своего обаяния, своих прав.
Помещичья семья не распадалась, не только потому, что жены мирились с насилиями мужей над крепостными бабами, и девичья существовала бок о бок с патриархальной спальней.
Преступление против нравственности есть нарушение существующей морали и далеко не всегда — разврат и падение.
Если многое, что совершается ныне и что есть выпад из нравственных рамок, установленных нашими отцами, признать грехом против духа вообще, то отчего же и не взойти до морали более отдаленных предков.
Тогда оказалось бы, что весь уклад нашей жизни, все наши понятия о нравственности, все положительно есть преступление.
И нам пришлось бы всех себя поголовно предать анафеме.
Надругательство и клевета по отношению к существующему и фарисейско-сентиментальные восторги перед прошлым, есть вечная скверная черта человеческая.
Там хорошо, где нас нет, что прошло, то мило, что есть — то гнило, это незыблемые законы человеческие. —
Это, именно, заявление популярного писателя и есть наиболее яркое доказательство нынешнего падения нравов в русском обществе.
Это падение произошло не сразу, а подготовлялось постепенно и упорно.
Российское правительство, покровительствовавшее в 1906 году всякого рода игорным притонам, знало, что делает.
Азарт всосался в русскую жизнь, как чума и захватил всех.
А разврат плоть от плоти азарта.
Все легко достающееся должно быть также и легко растрачиваемо.
А вес, что можно одним, вызывает зависть и у других.
В погоне за женским телом сошлись аристократ-сибарит, миллионер, купец, студент, рабочий.
Животное пробуждалось в русском человеке все с большей и большей силой.
И вот уж понесся рев этого животного по всей России, начиная шикарным Петербургом и, кончая захудалым уездным городишкой.
Рушились общественные идеалы, — испарилась любовь к правде, — распадался брак.
Правительству приходилось только радоваться на плоды своих рук.
XIV.
В полную противоположность Арцыбашеву, по словам которого, в современной России все обстоит благополучно и никакого особенного распада нет, мы читаем в одной распространенной русской газете:
— Никогда не было такого громадного количества бракоразводящихся. Бракоразводные адвокаты богатеют, а консистория навалена делами, как никогда, по 800—900 дел, как свидетельствует старейший член консистории прот. А. И. Исполатов в и давно напечатанной в «Пет. Газ.» беседе.
Какие причины падения высокого по своим задачам брачного института, и есть ли такие меры и средства, коими можно было бы остановить прогрессирующий брачный распад?
Приводим отзывы известных писателей:
А. И. Куприн.
— Брак должен быть свободным в лучшем смысле этого слова. Только при условии такой человеческой свободы от бесчисленных условностей и неизбежной у нас «формалистики» даже при заключении брака, достаточно характеризующей бездушное отношение наше к брачному институту, только при условии абсолютной человеческой свободы и настоящего уважения к браку может быть остановлен его распад.
П. П. Гнедич.
— Брак имеет значение только по отношению детей.
По отношению жены он имеет значение только на случай получении пенсии мужа из правительственного учреждения, где он служил.
Пока не изменятся у нас отношения к тем обязанностям, которые возлагаются на родителей воспитанием детей, — до тех пор брачность будет падать.
Дети, у которых на глазах родители безобразно прожигают свою жизнь, едва ли сами в будущем могут быть хорошими родителями, то есть устроить свой прочный семейный очаг.
И брачность, с каждым поколением, все больше будет падать.
Попа не явится сознание о необходимости для государства твердо сплоченной семьи, пока родители не станут закладывать в своих детей точных определенных понятий о выполнении человеческого долга, — до тех пор ничего хорошего ожидать нельзя, и брачность все будет падать и падать.
Князь Д. П. Голицын (Муравлин).
— Обилие несчастных браков объясняется тем плохим воспитанием, которое было дано молодому поколению родителями.
Молодым только на словах (да и то не всегда) внушали, что брак — святыня.
Брак по расчету противен, но брак без всякого нравственного расчета, то-есть брак легкомысленный, брак ради минуты, не менее того заслуживает осуждения и осужден на распад.
Не думаю, чтобы брак, основанный на глубокой любви, на взаимной беззаветной дружбе, на единстве усилий по воспитанию детей и на уважении к домашнему очагу, — мог почитаться роскошью даже для бедняков.
Для здорового и здравого большинства такой брак не роскошь, а сила.
Какие можно принять меры к оздоровлению брака?
Все те, которые проистекают из разумных воспитательных стремлений.
Каждому должно быть внушено воспитанием и примерами старших, что браком и освещается и осмысливается его жизнь.
Т. Л. Щепкина-Куперник.
Современный брак переживает какую то эволюцию, это несомненно. Прежние формы, установленные веками, становятся тесными.
Что этому причиной?
Вы ждете от меня неизбежного ответа.
Главным образом, изменение социально-экономических условий жизни. Ну, конечно, это. С этим спорить нельзя.
Но, кроме того, мне кажется, много значит в этом та нравственная перемена, которая начинает совершаться в женщине.
Прежний брак был рассчитан и установлен по принципу: «муж — повелитель», властелин, но и кормилец, защитник, полубог; «жена — подчиненное существо» в лучшем случае предмет роскоши, в худшем — рабыня.
Теперь женщина выходит из прежних ролей; ей дали свободу; она больше не раба... а мужчина все еще — повелитель, «король
