племянника своего он любил, обожал и всячески баловал.
Митя был тем самым ребёнком, которого все просто облизать были готовы, такой нахоленный всеми, налюбленный мальчик, и поэтому, когда Зина припарковала машину возле гаража, я даже через в приоткрытое окно в кухне услышала вопль:
— Бабушка бабушка, бабушка!
Гордей ‚ который окончательно задремал в зале, встрепенулся, зевнул и заметил:
— Разбойник приехал.
Зина с мужем сегодня собирались все утрясать к выходному, поэтому и решили привезти Митю ко мне. А я никогда не была против, тем более Митя, тот ребёнок, с которым было комфортно находиться, он не вредничал, не капризничал и поэтому, когда я открыла дверь, внук с разбега влетел мне в ноги, обхватил их и начал верещать:
— А я говорил надо было раньше ехать, надо было раньше ехать!
— Малыш, я тебя обожаю. — Присела я на корточки и расцеловала Митю в обе щеки. Тот, как котёнок, сморщился, а потом вытянул губки трубочкой и коснулся моего носа.
— А я тебя, — тихо выдохнул внук и, увидев Гордея в зале, чуть прям так и не стартанул к нему, но я успела стянуть с него ботинки.
— Так, мам, вот тут вещи, — залетела Зина и поставила сумку на полку. — Я поехала, потому что капец, ничего не готово, все плохо, все плохо и ещё непонятно, чем все это дело обернётся. Я послушно кивнула и чмокнула дочь в щеку, а вечером, когда я накрывала ужин.
Митя, сидя на выдвинутом стуле, болтал ногами, играл с двумя машинками, а потом, так, тяжело вздохнув, перевёл на меня глаза и уточнил.
— Бабуль, бабуля, а вы в выходные же получается с тётей Эллой познакомитесь, да?
11.
Я нахмурила брови и перевела недоумённый взгляд на внука.
— Митюш, мальчик мой, почему ты об этом спрашиваешь?
Я отставила несколько тарелок с края и, шагнув к внуку, присела на корточки, но Митя тут же закрылся, засмущался, потер маленькими ладошками глаза и выдохнул.
— Ну... ну, все же будут Мне казалось, что деда с тётей Эллой тоже придёт.
Я прикусила нижнюю губу.
Нет, я прекрасно понимала, что некоторые мероприятия, которые будут происходить в нашей жизни, все равно незримо связывают на меня и Альберта. Но я никак не рассчитывала на то, что это произойдёт через полгода.
Скажу больше, когда мы разговаривали с Зиной по поводу праздника я немного окольными путями, но постаралась выяснить, собирается ли Альберт притаскивать в семью свою девку. Зина закатила глаза и сказала, чтобы я вообще об этом не думала. Как мне показалось, она этот вопрос решила взять на себя, и в моём понимании она его если и взяла, то она как-то добилась нужного результата, но если Митя спрашивал.
— Родной, — я отвела вьющиеся волосы внуку со лба и, оперевшись руками о стул, улыбнулась. — А дедушка об этом говорил или как дедушка об этом не говорил?
— Дедушка все время работает, поэтому, когда мама привозит меня, то я иногда остаюсь с тётей Эллой.
У меня дёрнулся глаз.
Нет, не надо считать меня какой-то нервной, истеричной бабенцией, которая будет ревновать внука к другой девке своего мужа.
Нет, нет, нет.
Но просто мне казалось, это не логично: если у меня была возможность находиться рядом с внуком какого черта Зина выстраивала какие-то непонятные трехходовые схемы для того, чтобы Митя оставался с чужим человеком. Я вот этого не могла понять, и незаметно для себя я ощутила, что по крови разогнался адреналин.
— Понятно. И то есть ты думаешь, что деда будет с тётей Эллой?
— Но они же везде вместе, — как маленькой объяснил мне Митя и покачал головой.
Я натянуто улыбнулась и, качнувшись вперёд, поцеловала внука в щеку.
— Понятно, давайте все-таки ужинать.
На волшебной фразе про ужин Гордей материализовался в кухне и, подхватив племянника, посадил к себе на колено. Я, вместо того, чтобы как-то вести куртуазные беседы за этим ужином ушла в себя.
Нет, я не боялась никакой встречи с его девкой. Ну, наверное, потому, что я с ней не соперничаю, я с ней не играю, и мне, собственно, наплевать, как она там живёт и на каком она месяце беременная ходит.
По моим прикидкам, она должна была уже родить, но если она до сих пор не родила, значит, она ходит с пузом.
Но иногда приходится быть честной с самой собой — это отличие взрослого человека, который готов принять ответственность, от инфантильного, который бежит от ответственности. И да, положа руку на сердце, я бы не хотела видеть Альберта с его новой девкой на важном для семьи мероприятии.
Я понимала, что она носит его ребёнка, и поэтому она тоже считается частью семьи.
Головой я понимала, но, как по мне, новая женщина Альберта к моей семье никакого отношения не имела. Моя семья осталась со мной, мои дети, мои родители. Альберт ушёл.
В итоге, свернув ужин на какой-то очень удачной ноте того, что Гордей высказался, что ему завтра рано вставать, я быстро собрала со стола, не уточнив про десерты и стала готовить Митю ко сну. Он обычно оставался со мной в одной комнате, и полночи я рассказывала ему сказки.
Сказки он любил, а когда я читала ему книги, он ещё очень пристально наблюдал за картинками. И поэтому сегодня, постаравшись умудриться уложить внука пораньше, я все же перед самым сном набрала Зину.
— Родная, привет.
— Что-то случилось с Митей? — Тут же встревоженно спросила Зина, и я вздохнула.
— Не знаю, почему у тебя сложилось мнение, что с твоим сыном в моём присутствии может что-то случиться, но да ладно, пропустим этот момент.
— А, фух, мам, не пугай. Ты же обычно не звонишь так поздно. — Выдохнула дочь, и я прикусила губу.
— Слушай, сегодня в разговоре с Митей всплыл такой факт, что на выходных Альберт, скорее всего, будет со своей новой женщиной, это так?
Я не любила ходить вокруг да около и использовать какие-то непонятные намёки.
Но Зина замолчала и тяжело задышала в трубку.
— Мам, вот мы с тобой вроде бы как бы эту тему обсудили.
— Нет, Зин, это было не так. Мы не обсудили с тобой эту тему, я просто тебе проговорила свои страхи, скажем так, ты мне сказала, что ты решишь этот
