Для меня ночёвка на обочине — дело давно привычное. При большой нужде я могу переночевать и без воды, и без огня, и на голом камне. Хотя любить такую необходимость, когда она возникает, я не научился… и вряд ли когда-нибудь научусь.
К счастью, лес условной средней полосы щедр; он не оставляет доверившихся ему без возможности напиться, согреться и прилечь на мягкое. Неподалёку от моста через очередной большой ручей я нашёл поляну, где, очевидно, уже не раз останавливались путники, и притащил на неё несколько здоровых валежин, а ещё — груду "еловых" лап. Груда, разделённая на две равные части и накрытая запасными плащами, превратилась в постели, а две валежины, положенные меж ними и подожжённые простейшим из огненных заклятий, стали бивачным костром, что должен был своим светом и теплом скрасить ночёвку.
— Устраивайся, — сказал я Ладе, жестом показав на импровизированное ложе. — Сейчас я создам Стража, и можно будет отдохнуть.
— Что есть Страж?
— Смотри и увидишь.
Хорошо знакомой бесплотной тропой я опустил свой разум в Глубину до шестой вуали. Мир материального исчез, полностью уступив место странным сущностям и перетекающим формам мира магии. Шестая вуаль для меня — далеко не предел, но такое погружение в Глубину почти идеально уравновешивает мои личные способности к наблюдению и действию. Выше я не смог бы достаточно хорошо контролировать сложные процедуры созидания; ниже — не смог бы сосредоточиться на осуществляемых изменениях, сохранив лишь способность наблюдать за происходящим.
С шестой вуали Глубины огонь костра выглядел бледным и далёким пятнышком, а вот аура, окружающая мою спутницу, предстала запредельной сложности узором: пульсирующим, сияющим ярче, чем иероглифы небес, полным тайны и внутреннего огня. С немалым трудом мне удалось оторвать взор от хилла и сосредоточиться на создании Стража.
Есть магия, требующая большой силы, и магия, почти не требующая силы, зато требующая максимальной концентрации. Любая магия созидания требует и того, и другого — потому-то мне и пришлось уходить в Глубину так далеко. Стоило мне приступить к деланию, как слух заполнился низкой и мощной мелодией, рыкающей, как бас-гитара: то истекала в подготовленную форму энергия, замешанная, как и большинство самых мощных моих заклятий, на энергиях Мрака, взнузданных сетью тёмного вдохновения. Одновременно передо мной замелькали строки базовых алгоритмов. Зачаточное сознание своих Стражей я предпочитаю контролировать при помощи отдалённого аналога программного кода — на мой вкус, это надёжнее, чем чисто эмоциональные узы. Мои пальцы (вернее, гибкие струи-манипуляторы, которыми с шестой вуали предстали мои конечности) неторопливо и тщательно выплетали контуры Стража.
На сей раз плод моей фантазии обрёл форму восьминогого скорпиона с пятью парами глаз на втягивающихся стебельках, двумя хвостами — один с парализующим, другой со смертельным ядом — и с циркулярной пилой вместо левой клешни. Короче, монстр без жалости и изъяна.
…подъём из Глубины шёл медленно, с сопротивлением. Добравшись до третьей вуали, я приостановил его, чтобы потраченные силы восстанавливались как можно быстрее, хотя это дополнительно нагружало сознание. Ничего, скоро отосплюсь.
— Ну, Лада, как тебе мой Страж?
Магический скорпион-мутант завис над костром на высоте метра в полтора и там неторопливо вращался, контролируя окружающее пространство во всех направлениях и на всех верхних вуалях. Помесь злобного пса с радаром. Сам Страж при этом оставался примерно на уровне пятой вуали. Мне было интересно, сможет ли хилла увидеть его.
Смогла. Хотя не сразу.
И тут же отшатнулась:
— Что это?!
— Успокойся. Я же сказал: это созданный мною Страж. Тебе он вреда не причинит, не бойся. Я включил тебя в его охранный контур.
Лада одарила меня довольно странным взглядом. И спросила:
— Ты не вызвал его, а сделал?
— Да. Конечно, призывать магических охранников проще, чем творить, и сами охранники могут быть куда сильнее, чем мой Страж. Зато в своей твари я могу быть уверен полностью. Она станет драться за меня до последней искры Силы и скорее рассыплется, чем подчинится кому-то постороннему. Надёжность, Лада — вот что я ценю прежде всего.
Не удержавшись от душераздирающего зевка, я добавил:
— А теперь давай спать.
— Спать?
— Да. Движение по дороге требует своей платы, создание Стража — тоже работа не из лёгких. Мне нужен отдых. А тебе? Может, — хмыкнул я, — хилла не знают, что такое сон?
— Знаю.
— Тогда ложись.
Подав пример, я накрылся плащом, разворачиваясь к костру лицом. Плащей среди моих вещей было всего три, поэтому мне достался только один, зато самый широкий, половины которого хватало, чтобы укрыться, даже когда другая половина отделяла меня от груды лапника.
— Рин…
— Спрашивай, Лада.
— Твоё искусство велико, — сказала она осторожно. — Почему же ты бродишь по земле?
— А что, странствия подобают только безыскусным? Объясни, будь так любезна.
Вежливое (на людской манер) обращение ненадолго сбило мою спутницу с мысли.
— Есть три Права, — начала она. — Первое — Право Силы. Второе — Право Знания. Третье — Право Гармонии. Второе выше первого, а третье выше второго, хотя риллу считают иначе…
Ого, подумал я. И стал слушать вдвое внимательнее.
— Меня захватили по Праву Силы, и по этому же Праву ты освободил меня. Но когда ты не стал убивать того глупого и пугливого… шамана?
— Да, шаман поселения — так зовётся его должность.
— Я запомню. Когда ты уступил шаману, не отправив его к новому воплощению, я поняла, что тебе знакомо не только первое Право. Этот Страж, которого ты создал, довольно силён, и всё же он создан больше по Праву Знания. Но…
Хилла явно пребывала в затруднении с формулировками. И я окончательно уверился, что она ещё очень молода — по любым меркам.
— Если бы я владела и силой, и знанием, как ты, — начала Лада снова, — я бы оставила бродячую жизнь и начала плести ивенай. Средоточие, гнездо. Я бы поставила у порога десяток таких вот Стражей и жила в покое.
— Понимаю. Но, видишь ли, жизнь в покое не приносит гармонии. По крайней мере, для магов. Оседлая жизнь хороша для крестьян, для ремесленников, для чиновников. Маг, сидящий на одном месте, может хорошо выполнять свою работу. Он может копить знания и даже учить других. Но вот двигаться вперёд, не странствуя, нельзя. По крайней мере, на том Пути, который избрал я.
— О!
— Кроме того, — добавил я заметно суше, — как ты сама заметила, властительные риллу не считают, что Знание должно главенствовать над Силой. И если маг, не принадлежащий к их роду и не находящийся под покровительством одного из Высоких кланов — покровительством, цена которого выше той, что я готов платить — так вот, если такой маг начинает укрепляться на одном месте, его укрепления… стирают с поля. По Праву Силы. Я не раз слышал, как это происходит, а однажды принимал… участие в… стирании. Как наёмник. Тот, против кого мы выступали, был куда сильнее меня и старше раз в десять. Но против одного-единственного риллу с его наёмным войском он и его слуги продержались менее суток. Поэтому я ищу гармонию в странствии. И спустя несколько часов я отпущу Стража, а не стану привязывать его к питающему талисману и не возьму с собой в дорогу, хотя вполне мог бы сделать это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
