– Подожди, – сказал он и быстро, она и мигнуть не успела, перехватил ее локоть. – Проверять пойдем вместе. – Придерживая ее, он поднялся расслабленно и грациозно.
Оливия попыталась вывернуться, однако хватка у него была крепкая. Его грудь уперлась в ее груди, соски затвердели, как свинцовые пульки. Как и вчера, когда он мял их пальцами. Она подавила стон.
Нет, ей с таким не по пути. Держись, Оливия. Однако под его жарким многообещающим взглядом ее воля словно плавилась. Улет. Полное… желе.
– Стерва, – пробормотал он, губы в губы. Почти осязаемо.
Затем нехорошо улыбнулся и пошагал в комнаты, предоставив ей выбор. Следовать за ним. Или нет.
Нет! Ей захотелось это выкрикнуть и добавить для ясности. Схватить его за шиворот, пусть прочувствует на своей шкуре, чем пахнет реальное лихо. Однако ни к чему перекладывать на его плечи свои личные проблемы и портить семейную идиллию – столь редкое событие в его жизни.
Самоуверенность этого наглеца действовала на нервы, а ей и без того тошно. Кто он такой, чтобы называть ее стервой? С сексуальным подтекстом, как и вчера вечером. Что ж, ей недолго осталось терпеть его присутствие. Всего несколько часов. Хорошая девочка, подольше бы так терпеть. Ради Бри. Завтра неведомый океан унесет их далеко-далеко.
Глава 4
– Ну как тебе, Джетт, сочная говядина с йоркширским пудингом? Вполне профессионально? – заботливо спрашивала Бри, когда они втроем приступили к изысканному обеду из четырех блюд, поданному в их люкс с великолепным видом на залив.
Серебро переливалось на воде и пускало радужные блики по потолку и хрустальной посуде. Он подлил всем шампанского.
– Я просто отдыхаю. Потому мясо вполне нежное, пудинг пышный и в меру пропеченный.
– Однако ваше профессиональное чутье вряд ли имеет право отдыхать в праздники? – предположила Оливия.
– Нет. Но иногда мне нравится обедать, не вникая в лабораторные тонкости. В частности, сегодня.
– Разумно. – Она кивнула. – Расслабиться, насладиться и выразить признательность. – Горло словно обожгло. Угораздило же ляпнуть. Дура, дура, дура. Она сосредоточенно вертела ножку фужера, возя донышком по скатерти. Понимала, он сейчас оглаживает ее взглядом, интерпретируя те слова в контексте их недавней личной пикировки.
Она принудила себя взглянуть в глаза Джетту и сказала:
– Вынесите свое профессиональное суждение, которое из ваших блюд особенно популярно?
Он прожевал, прежде чем ответить.
– Мое суфле – умереть не жаль. Так мне сказали.
Это, несомненно, сказано женщиной. Его рот скривился, глаза зажмурились. То ли ела с его ложки, то ли свалилась с ног навзничь. А может, совмещала оба удовольствия. Ей не хочется додумывать этот сценарий.
– Вам нравится суфле? – хрипловато спросил Джетт, в упор глядя на нее полночными глазами. Похоже, он читал ее мысли.
– Пыталась как-то приготовить. Неудачно. И на том остановились?
– Одной неудачи более чем достаточно.
– Терпение и труд, Оливия, залог успеха, – подмигнул он. – Вам как-нибудь придется попробовать суфле «Амаретто» в моем исполнении. – Его вкрадчивый тон, словно упомянутый ликер, пролился теплым бальзамом на ее затылок.
Вилка Бри замерла на полпути ко рту.
– Ты собираешься посвятить нас в таинства улетного рецепта фанатов Джетта Сеттера? Такого нет в его книгах, – пояснила она Оливии.
– Что, если я как-нибудь покажу вам, как это делается? Мастер-класс, а?
Что, если вы улетите первым? Оливия сглотнула контрольный вопрос и зарделась. Нерадивая школьница.
Конечно, ей давно полагалось его опознать по красочному фото под пыльной обложкой роскошного издания. «Ночное пиршество». Классическая мужская красота на отлично вылепленной косточке, невозможно не запасть. Дала маху.
– Бри подарила мне одну из ваших книг на прошлое Рождество. Вам понравилось? – Он подложил себе на тарелку соуса с хреном.
– Да, там есть несколько лакомств. – Она припомнила интригующие фото, где шеф-повар колдует над своими шедеврами. Правда, никак не разглядеть, кто там и что делает. – Признаюсь, попробовала всего пару деликатесов. – Она пристально глянула на него поверх хрустального ободка. – Вам никогда не надоедает возиться с едой?
– Только что отсняли телесериал на сезон грядущий. По отзывам критиков, все гурманы будут просто тащиться. Так что, ввиду предстоящего мертвого сезона буду стряпать начинку для поваренных книг. Пожалуй, начну в Тасмании после фестиваля.
Когда он упомянул о новогоднем празднике в доках, совпадающем с финишем регаты, Оливия сказала:
– Пожалуй, только шеф-повару под силу оценить фиесту в полной мере.
– Надеюсь.
– И куда же потом?
– Заказал себе местечко под горой Крейдл.
– Признайтесь, вы, верно, однажды настряпали нечто катастрофическое.
Его рот насмешливо покривился, глаза озорно блеснули.
– Не припоминаю.
– Ладно уж, расскажите мне по секрету. – Оливия улыбнулась и сразу раскрепостилась, едва отметив краем глаза, что Бри, извинившись, поднялась с бокалом шампанского и вышла на балкон.
Оливия поняла, он притягателен. Усмешка во взгляде, непринужденность реплик, жесты. Она невольно следила за его руками, и, когда он рассеянно начал поигрывать миниатюрным стеклянным ангелочком на декоративной настольной елочке, она представила, как он таким же манером поигрывает с ней.
«Прекрати немедленно!» – приказала она себе.
Он приехал не ее развлекать. Повидаться с Бри и вместе отпраздновать Рождество.
– Вы увлекаетесь терапевтической стороной природной красоты, как и Брианна? – спросил Джетт, глянув на сестру, которая плавно фланировала, готовясь спикировать на свое законное место за столом.
– Я работаю в области натуральной медицины. В небольшом филиале, вместе с Бри, массажистом-терапевтом и кинезиологом. Взяла месяц отпуска, чтобы поучаствовать в регате и собрать средства для нашего фонда.
– Ливви – высококвалифицированный натуропат, – похвастала Бри, прежде чем Оливия успела вставить слово. – У нее и ученая степень есть в области здравоохранения, и…
– Бри… – Оливия поежилась, энтузиазм подруги явно зашкаливает. Она давно намотала на ус: коллегам-мужчинам не нравятся женщины, которые превосходят их своей ученостью. Правда, раньше это ее ничуть не беспокоило. Странно, отчего теперь она так озабочена? Потому что важно выглядеть в глазах Джетта женщиной, прежде всего. Нелогично. Просто глупо.
– И мы будем совместно вести бизнес, как только тот центр встанет на ноги и наберет обороты. – Бри улыбнулась и присела, скрестив руки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
