- Ты видел, как я прыгал? - дернул Конана за рукав Хок. - Брат говорит, что я прыгаю лучше всех моих ровесников и лучше многих из тех, кто на много зим старше меня. А уж он-то зря не скажет.
Конан кивнул, стараясь не рассмеяться. Оказалось, что селение на ветвях мало чем отличалось от любой нормальной деревни. Все было на своих местах: дома, небольшие загоны, в которых были заперты какие-то жующие листья животные. На толстенцых ветвях были разбиты настоящие грядки. Вокруг ствола одного из гигантских деревьев была сооружена большая платформа, на которой могли бы разместиться с полсотни человек. Наверное, место для чайных ритуалов, подумал Конан. Бог его родной Киммерии, Кром, жил на вершине древнего утеса. Интересно, каких богов создали себе люди, живущие на деревьях?
Конан и его спутники подошли к одному мосту, на который свалилась откуда-то сверху тяжеленная ветка, изрядно продавив подвесное сооружение. Четверо мужчин возились на мосту, безуспешно пытаясь сбросить ветку.
- Я сильнейший во всей нашей роще, - сказал Таир. - Сейчас я покажу этим слабакам, как надо сбрасывать ветки.
Он выпятил грудь и направился к соплеменникам. На мосту закипела перепалка. Похоже, те четверо вовсе не жаждали принять помощь Таира. Ведь если ему удастся сделать их работу, то в каком же неприглядном свете предстанут они сами. Конан только улыбался, глядя на все это.
Наконец Таир добрался до ветки и попытался одним движением поднять ее. Но даже когда он напряг все мышцы и уперся покрепче, злополучная ветка не сдвинулась с места.
Конан подошел к покрасневшему от натуги Таиру и негромко спросил:
- Тяжелая?
Таир оторвался от работы и вздохнул:
- И не говори. Если уж я не смогу ее сбросить, значит, это никому не под силу.
- Дай я попробую.
- Ты, конечно, мужик здоровый, но ведь сила-то не всегда в росте.
- Конечно.
- Ну ладно, можешь попробовать.
Конан расставил ноги пошире и крепко обхватил ветку. Напрягшись, он почувствовал, как она зашевелилась, и понял, что сможет скинуть ее с моста, хоть и не без труда. Тут его взгляд упал на Таира, наблюдавшего за киммерийцем с плохо скрываемым волнением. Еще бы, если Конану удастся сделать эту работу, то рухнет авторитет Таира как самого сильного человека в гигантской роще.
Киммериец пораскинул мозгами и понял, что такой поворот будет очень болезненным для Таира. В конце концов, подумал Конан, для него самого достаточно осознания своей силы, а Таиру нужно подтверждение своей славы.
Конан сделал резкий выдох и отпустил приподнявшуюся ветку. Таир тоже вздохнул и облегчением.
- Очень тяжелая штука, - сказал Конан.
Таир согласно кивнул.
- Те четверо не смогли сбросить ее, ты тоже. Мне удалось лишь пошевелить ее.
- Ну? - недоверчиво произнес Таир.
- Может быть, мы вдвоем сделаем то, что не удалось четверым?
Губы Таира расплылись в улыбке.
- А почему бы и нет?
Таир, встав рядом с Конаном, вцепился в ветку. Киммериец старался не тянуть слишком сильно, чтобы его помощник чувствовал свою долю веса и не раскрыл обмана. Ветка дрогнула, покачнулась и наконец полетела вниз. Освободившись от лишней нагрузки, мост резко качнулся вверх, что лишь добавило радости стоявшим на нем.
Таир повернулся к своим соплеменникам и довольно сказал:
- Видели, что могут настоящие мужчины? Ладно, знакомьтесь: это Конан, пришелец из далекой северной страны. И он мой друг.
Таир еще несколько минут похвалялся перед своими приятелями дружбой с черноволосым великаном, затем, захватив Хока, друзья продолжили свою прогулку.
Конан понял, что на этот раз его голова помогла рукам не нажить врага и обрести друга. Настроение у него было отличное.
Сайла встала с ложа, на котором спал беспробудным сном измученный любовными утехами Райк. Она улыбнулась сама себе, выпивая колдовское снадобье, которое должно было обезопасить ее от последствий тех самых утех. Сейчас было не время для того, чтобы обзаводиться детьми. Не сейчас, когда она взялась за дело, которое превратит ее из хозяйки клочка пустыни в повелительницу огромной империи. Этому делу следовало отдаваться целиком. Сайла вовсе не собиралась упустить хоть одно из наслаждений, которые могло предоставить ее будущее положение. А уж толк в наслаждениях и удовольствиях она знала. Особенно в некоторых.
Когда пайлам удавалось захватить в плен человека, для всего народа людей-ящеров наступал праздник. Не было для них ничего вкуснее, чем человечина, правильно выдержанная и приготовленная. Частенько перед тем, как отправить очередную жертву в котел, пайлы держали ее некоторое время в специальной клетке, чтобы откормить и сделать мясо более ароматным при помощи особого продуманного питания. Сайла на правах Царицы имела доступ к пленникам.
Одна мысль, пришедшая Сайле в голову, сначала напугала ее. Но со временем Царица пришла к убеждению, что имеет право на кое-какие удовольствия. Райк, разумеется, оставался в неведении. Лишь самые доверенные слуги знали о тайнах Царицы, да и то лишь немногие. На самом деле Сайла занималась с пленными тем же, чем она занималась в постели со своими мужем. Законы пайлов запрещали это, но Сайла ощущала себя Царицей, для которой никакие законы не писаны. Мужчины отличались от самцов пайлов. Они по-другому пахли, двигались, а еще.... некоторые части их тела были заметно внушительнее. Сайле нелегко было решиться на такое впервые. Она не была уверена, что выдержит такое вторжение в свое тело. Однако она не только не разочаровалась, а, наоборот, получила больше удовольствия, чем от близости с Райком или с людьми из пайлов, которых она знала как любовников.
Увы, не так уже часты были пленники-люди, и недолго они жили в клетке, прежде чем отправиться в котел. Большинству из тех, кто отваживался на переход через пустыню, хватало ума обходить стороной владения пайлов. Так что в плену оказывались лишь отчаянные смельчаки или путешественники, даже не знавшие о существовании племени людей-ящеров. Но если пайлам удастся увеличить свою численность, найти место, где их не будут беспокоить, пока они вновь не наберут сил, тогда люди будут попадаться к ним в плен куда чаще. И добиться этого было делом ее личной гордости. Райк силен, но глуп. Сайла знала, что при старании она сможет заставить его плясать под ее дудку в этом деле, как это было всегда раньше.
Сайла снова улыбнулась. Жизнь - отличная штука для того, кто знает ей цену и умеет жить.
Глава 4
Ночь накинула черное покрывало на долину и укутала своим плащом гигантские деревья. В темной листве перекликались птицы и не умолкали цикады. Ночные бабочки и москиты кружились вокруг чадящих факелов, освещавших большую платформу, виденную Конаном днем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
