Ивонна. Я надеюсь, что раз в жизни Жорж сумеет проявить характер и безжалостно отрубить…
Жорж. Безжалостно отрубить… Пустые слова!
Ивонна. Допустим даже, что это не басня. Предположим, что эта женщина действительно хочет бросить своего… покровителя… и рискнуть выйти замуж за Мика, тогда твой долг — освободить Мика от ответственности, которую из ребячества он готов на себя взвалить. Нельзя все-таки, чтобы Мишель бросил ее, лишив поддержки этого господина.
Леони. Наконец-то слышу осмысленные речи.
Ивонна. Как он собирался ее содержать?
Жорж. Он заявил, что ему надоело бездельничать, и что он решил работать.
Ивонна. А жить, конечно, за наш счет, за счет своей тетки.
Леони. Те небольшие деньги, что у меня есть, принадлежат вам…
Ивонна. Но это еще не значит, что они должны принадлежать этой женщине. Теперь у меня прояснилась голова, и я начинаю разбираться в этой истории. Совершенно необходимо, чтобы Жорж действовал, Лео! Разве это не его роль?..
Жорж. Роль господина Дюваля.
Ивонна. Разве я не права, Жорж?
Жорж. Ты и прав и не права.
Ивонна. В чем же я не права?
Жорж. Ты права в том, что мне необходимо действовать. Я буду действовать, я буду говорить. Но мне незачем разыгрывать из себя господина Дюваля, вести беседу, не снимая цилиндра, чтобы в итоге Мишель бежал бы к ней, как только я выйду.
Ивонна. Ты должен проявить твердость и запретить ему.
Леони. Ты видела когда-нибудь, чтобы влюбленные подчинялись приказам?
Ивонна (пожимая плечами). Мик не любит эту девку. Ему только кажется, что он ее любит. Это его первое увлечение. Ему чудится, что он встретил идеальную, вечную любовь.
Леони. Воображение в данном случае равносильно любви.
Ивонна. Ничего подобного! Чувства его найдут выход в рисунках, прогулках, метах. Он излечится от навязчивой идеи. Я знаю Мика.
Леони. Когда-то знала.
Ивонна. Вы просто невероятны! Я уже двадцать два года изучаю его. Какая-то мадам Икс не могла полностью изменить его за три месяца.
Жорж. Не за три месяца, Ивонна. За три минуты. Это свойство любви.
Ивонна. О, будь я мужчиной! Я бы нашла, что ему сказать.
Леони. Мишелю больше ничего не нужно.
Ивонна. Не думает ли он, что я стану выполнять его приказы?
Жорж. При чем тут приказы? К чему трагическая поза? Ивонна!
Ивонна. Постойте, постойте, если я правильно понимаю, вы с Жоржем хотите…
Жорж. Я ничего не хочу…
Ивонна. Но вы считаете возможным, чтобы я вместе с Жоржем отправилась к этой женщине… и чтобы Лео замыкала шествие.
Жорж. Разведка, простая разведка в стан врага.
Ивонна. Весь табор, все святое семейство с новогодним визитом.
Леони. Ты не так все это понимаешь, Ивонна. Можешь ты представить себе жизнь с Мишелем, который будет молчать, избегать тебя или лгать тебе с утра до вечера? Можешь ты представить себе жизнь без Мишеля? Можешь ты допустить мысль о том, чтобы Мишель ушел из дому?
Ивонна. Замолчи!
Леони. Дура ты моя дорогая… а знаешь, что произошло бы? Ты была бы готова на любое унижение, ты бежала бы за ним, обнимала бы его колени, умоляла бы эту женщину.
Ивонна. Замолчи! Замолчи!
Леони. А надо просто применить хитрость, привлечь Мишеля, завоевать его доверие, посмотреть на этот визит не с мещанской точки зрения, а с вашей, господа мечтатели… Ты уже не приказываешь мне замолчать…
Ивонна. Мы обманули бы Мика. Он потом еще горше стал бы упрекать нас.
Леони. Обмануть для его же блага, Ивонна. Что же и кто, наконец, мешает тебе помочь этому браку, если девушка окажется настоящей жемчужиной?
Жорж. Поверь, Ивонна, первое впечатление, конечно, подобно неожиданному удару. Я реагировал так же, как ты. Но, поразмыслив, видишь, что Лео не предлагает нам ничего безумного.
Ивонна (ходит взад-вперед по комнате). Нет, нет, нет и нет! Я слишком большая трусиха! Я сама себе противна. Ноги моей никогда не будет у этой женщины.
Леони (приблизившись к Ивонне и останавливая ее). Подумай еще о другом, Ивонна. Разве для нас не самое худшее страдание, когда мы не знаем обстановки, в которой укрываются от нас те, кого мы любим? Разве ты не хочешь увидеть женщину, из-за которой Мик ранил тебя, а глубину этой раны ты не… Разве ты не хочешь узнать, где находится украденная у тебя вещь?
Ивонна. У воровки…
Леони. Ты отправишься к этой воровке, Ивонна. Ты пойдешь и отберешь свое украденное добро. Ты пойдешь вместе с Жоржем. Я вас одних не оставлю.
Закрыв лицо руками, Ивонна садится на край постели и лишь позой своей и молчанием выражает согласие.
Жорж. Я восторгаюсь тобой, Ивонна. Ты всегда оказываешься сильнее, чем я думаю.
Ивонна. Или слабее.
Леони. Ты считаешь себя слабой потому, что не можешь выдавить из себя слово «пойду».
Ивонна. Если бы вчера еще мне сказали…
Леони. А смелость проявишь в том, что выйдешь из своей темной комнаты на солнце.
Ивонна. Это ты называешь солнцем. Тогда я права, предпочитая потемки.
Леони. Будьте очень, очень осторожны, объявляя эту новость Мику. Новость, не забывайте этого, «не-ве-ро-ятную»!
Ивонна. «Не-ве-ро-ятная» — самое подходящее слово.
Леони. Подумай — одним махом он с кучи грязного белья перенесется в рай. Нужно быть готовой к этому, Ивонна. Ты должна быть ловкой. Если он примется плясать, прыгать, скакать, не показывай дурного настроения. Мик может почуять западню.
Жорж. Пойди за ним, Лео… Уговори его, скажи, что у нас есть для него сюрприз, хорошие новости.
Леони. Мужайся!.. (Уходит в дверь в глубине сцены налево.)
Сцена десятая
Жорж, Ивонна.
Ивонна. Кошмар!
Жорж. Кому ты это говоришь?
Ивонна. Если я и пойду с вами… мы с Леони не должны быть при твоем разговоре с этой женщиной.
Жорж. Обещаю говорить с ней с глазу на глаз.
Ивонна. Не заставляя меня с ней говорить, Жорж, я могу потерять самообладание. Я не привыкла иметь дело со шлюхами.
Жорж. Я тоже. В известном возрасте это уже трудно.
В глубине налево открывается дверь. Показывается Мишель, подталкиваемый Леони.
Мишель растерзан, волосы растрепанные вид настороженный и недоверчивый.
Сцена одиннадцатая
Леони, Жорж, Мишель, Ивонна.
Леони. Иди…
Жорж. Входи, Мишель.
Мишель. Чего вы от меня хотите?
Жорж. Твоя мать скажет.
Мишель проходит вперед, Леони закрывает дверь.
Ивонна (потупившись, с трудом). Мик, я провела ужасную ночь и чуть не отравилась инсулином. Я была нездорова, Когда резко и сухо ответила на твою откровенность. И сожалею об этом. Твой отец очень добр. Он поговорил со мной. Мик, милый, ты знаешь, мы не желаем тебе ни малейшего зла. Наоборот, я хочу тебе лишь добра. Ты попросил нас о вещи почти невозможной.
Мишель. Но…
Жорж. Не перебивай мать.
Ивонна. Этот почти невозможный поступок… этот шаг, что ты от нас требуешь, Мик, мы решили сделать ради тебя. Мы пойдем к твоей подруге.
Мишель (бросается к матери). Софи, папа! Неужели это возможно! Боже мой!
Жорж. Да, Мишель. Мы разрешаем тебе завтра же объявить ей о нашем посещении.
Мишель. Мне это, неверно, снится… Папа, как мне отблагодарить тебя? Мама… (Хочет поцеловать Ивонну.)
Ивонна (отвернулась). Благодарить нужно не нас, а твою тетку.
Мишель. Тебя, тетя Лео! (Бросается к Лео, хватает в объятия, поднимает и кружит ее.)
Леони (кричит). Ты меня задушишь, Мик! Ну и медведь! Я ни при чем. Не меня нужно благодарить. Благодари табор.
Занавес
Акт второй
На первом плане большая светлая комната. Справа винтовая лестница на второй этаж. Под ней дверь в ванную комнату. В глубине налево входная дверь. Посередине, на первом плане, — диван и маленький столик. На стене, в глубине комнаты, стеллажи с книгами. Предполагается, что в воображаемой стене большое окно в сад. Образцовый порядок.
