вид, что вытираю остатки воды с волос, а затем роняю полотенце на землю, вместо того чтобы прикрыться им.
— Я знаю, что ты пытаешься сделать, — ворчит она.
— И что это? — Я посмеиваюсь, хватая пару боксеров.
— Ты пытаешься заманить меня обратно с помощью силы своего пениса.
— Черт возьми, с помощью какой силы?!
— Ты пытаетешься заставить меня вернуться на жеребца — или, что еще важнее, вернуться на твоего жеребца.
— Я даже не знал, что ты здесь, принцесса, но я восприму этот комментарий о жеребце как комплимент.
Она что-то бормочет про себя, но я не уловил.
— Ты уже в приличном виде? — требует она после нескольких мгновений.
— В таком же приличном, как в тот день, когда ты вышла за меня замуж.
Она убирает руки от лица и в отчаянии запрокидывает голову, глядя на мою все еще почти обнаженную фигуру.
— Ради бога, Энди, ты не можешь здесь так разгуливать.
— У меня ленивое воскресенье дома с моей красивой женой, могу носить все, что захочу.
Я собирался хотя бы надеть штаны, но ее явное раздражение по поводу отсутствия этих самых штанов только усилило во мне решимость оставаться как есть.
— Я не твоя жена, — отвечает она утомленным тоном.
— Закон говорит иное. — Я подмигиваю ей, направляясь к двери.
— И это не твой дом! — она кричит мне вслед.
— Пока нет, принцесса, но подожди недельку, — кричу я в ответ.
* * *
Я посмеиваюсь, когда она босиком идет на кухню, следуя на запах. Дилан никогда не была из тех девушек, которые боятся хорошей еды, и мне это в ней нравится.
Приближаясь, она подозрительно разглядывает меня сверху вниз. Я добавил к своему наряду кухонный фартук, так что, по крайней мере, она должна быть этому рада. Наклоняется над кухонной плитой и всматривается в кипящие кастрюли и сковородки:
— Хорошо пахнет, — наконец протягивает она.
— Ты кажешься удивленной.
Моя рыжуля прислоняется бедром к столешнице. Она переоделась в крошечные пижамные шорты и облегающую футболку. И выглядит как чертов ходячий секс.
— Учитывая, что ты не умеешь готовить, конечно, я удивлена.
— Ты сама сказала, принцесса: все изменилось.
Я возвращаюсь к помешиванию соуса, ожидая, пока она не выдержит и спросит, что я имел в виду. Полагаюсь на природную любознательность Дилан, которая поможет мне пережить эту неделю — она более любопытна, чем когда-либо хотела бы признать — и я чертовски надеюсь, что ее любопытство распространится и на меня. Мне нужно, чтобы она захотела снова узнать обо мне.
— А что это такое?
— Баранина, — отвечаю я с усмешкой.
— Вот дерьмо, — шепчет она.
Я неслучайно готовлю ее любимое блюдо. Моя жена всегда обожала хороший кусок мяса, и не только тот, что у меня между ног.
— Жареная картошка? — Она прикусывает нижнюю губу и смотрит на меня.
Я приседаю и широко открываю духовку, чтобы она могла видеть, что я действительно вспомнил и о картофеле.
— Ты действительно выкладываешься изо всех сил.
Я встаю так, чтобы оказаться прямо перед ней:
— Я хочу, чтобы ты вернулась, Дилан. И знаю, что этого не произойдет, если я не приложу усилий.
— Энди… — предупреждает она.
— Просто посиди, ладно? Я принесу тебе вина.
— Отлично. — Она вздыхает от поражения. — Расслабь меня еще и алкоголем; я прикинусь, что такое со мной впервые.
Она садится на один из табуретов, и я наливаю ей большой стакан красного вина. Чувствую на себе ее взгляд, пока работаю, и это ужасно бьет по моему пульсу. Я нервничаю, и для такого парня, как я — парня, который обычно спокоен и держит себя в руках — это сводит с ума.
— Хорошо, я все же спрошу, — наконец говорит она. — Где ты научился готовить?
— За решеткой, — говорю я, поворачиваясь к ней лицом.
Волна чего-то болезненного пробегает по ее лицу, прежде чем она берет себя в руки и снова смотрит на меня нормально.
— Тебе разрешили там готовить? — она спрашивает.
— Надо как-то заполнить дни — я работал на кухне.
— Ха… Я думала, они сделали мастерскую или что-то в этом роде.
— Они сделали. Я выбрал кухню.
Она делает глоток напитка и внимательно наблюдает за мной:
— Почему?
— Ты всегда говорила, что тебе нужен мужчина, который умеет готовить.
Она чуть не подавилась глотком:
— Ты научился готовить для меня?
— Возможно, ты и пыталась забыть обо мне, принцесса, но все, что я там делал, было для тебя — для нас.
— Ну тогда… — Она неловко оглядывается вокруг, прежде чем сделать еще один большой глоток напитка.
— Расскажи мне о гараже, — слышу я ее слова после нескольких минут молчания.
— Что ты хочешь знать?
Я оставляю готовку и сажусь напротив нее. Открываю одну из бутылок пива, которые купил сегодня.
— Что ты хочешь знать?
— У тебя настоящий бизнес, — заявляет она.
Я делаю глоток золотой жидкости:
— Технически у нас теперь бизнес.
Ее глаза расширяются от удивления:
— Ты вписал мое имя?
Я посмеиваюсь:
— Что? Твой маленький детектив не рассказал тебе об этом?
Она медленно качает головой:
— Нет, он не сказал
— Он? — Удивляюсь я. — Что случилось с Джиной?
Джина была ее напарницей в расследованиях. И во времена, когда меня посадили — они работали вместе.
— Я сменила работу два с половиной года назад.
— Что? Почему?
Возможно, я пропадал без вести в течение трех лет, и наверняка есть вещи, о которых я не знаю, но эта новость меня по-настоящему удивляет. Дилан любила свою работу в журнале, я никогда бы не подумал, что она уйдет.
Ее глаза стеклянные, и она качает головой:
— Просто пришло время перемен.
— Принцесса, что случилось?
Она снова качает головой, на этот раз с большей выразительностью:
— Ничего. Я в порядке.
Она не в порядке. Я много облажался в своей жизни, но я все еще не настолько глуп, чтобы думать, что ее сейчас ничего не расстраивает.
— Дил…
— Оставь это, — резко останавливает она. — Я хочу услышать о гараже.
Я долго наблюдаю за ней и подумываю о том, чтобы продолжить обсуждение этой проблемы, но знаю, что это будет пустой тратой ее времени — я не могу заставить Дилан поговорить со мной, если она этого не хочет. Женщина подобна банковскому хранилищу.
— Джефф проделал большую часть тяжелой работы — ему принадлежит половина здания, — объясняю я ей. — Но я уверен, что ты уже это поняла.
— Как долго он работает?
— Около года. Я отложил твою долю прибыли. Я чертовски шокирован тем, насколько хорошо у него идут дела.
— Я рада, что это удалось, но мне не нужны твои деньги,
