Читаем без скачивания Смотрящий по неволе - Игорь Чубаха

– Совершенно тупой поступок. Такое только черные придумать могут из зависти к чеченам, – Шрам остановился у старенькой двадцать первой «Волги», заботливо хозяином загнанной на газон, – А вот по газонам ходить западло, – глубокомысленно изрек Шрам, заглядывая в салон. Внутри ему понравилось, и он локтем высадил боковое стекло... А через секунду отрубил сигнализацию и уже оказался в салоне сам. Сигналка и вякнуть почти не успела, – Чего пасть раскрыл? Грузи зад, – вежливо пригласил Сергей подчиненного занять место рядом в машине.

Леха послушно забрался на свободное сидение:

– Храм, не подумай, что дрейфлю, но не в правилах Пырея все подробно посторонним людям разжевывать. А я ведь типа теперь для него чужой, а он вдруг душу распахнул. Похоже на лажу.

Шрам на это ничего не ответил. Завел тремя спичками внахалку чужую тачку и преспокойно выкатил на проспект. Если хозяин и слышал короткий мявк сигналки, то пока решался выскочить с дубьем в это не жалуемое рядовыми виошевцами время суток...

– Храм, у них человек двадцать. У них стволы. Какой бы ты крутой ни был, с голыми руками нам рога поотшибают! – машинально, выдавая трудное детство, шаловливые Лехины руки обшарили бардачок. Ни шиша. Тогда Леха врубил приемник. Дряхлый аппаратик не мог подцепить ни «Радио Петроград», ни «Русский шансон», зато нашарил в эфире криминальную сводку по «Маяку»:

– «...В башкирском городе Стерлитамаке погиб старший оперуполномоченный МВД республики Азат Хисматулин. Как сообщило ИТАР-ТАСС, возвращавшийся вечером с дежурства милиционер по просьбе жителей одного из домов в центре города попытался успокоить группу пьяных хулиганов. Но один из хулиганов оглушил его ударом кирпича по голове, а другие забили до смерти ногами. На следующий день двоих преступников удалось задержать...»

И на это ничего не сказал Сергей Шрамов. Покружив по уже узнаваемым сонным Виршевским улицам, попугав зеленоглазых котов, он тормознул на заправке.

– Полный бак закажи и прикупи пару канистр, – распорядился Сергей ерзающему на месте попой подчиненному, – Их тоже под завязку залей.

– Мы рвем когти из города? – вроде как облегченно вздохнул Леха.

И именно этого вздоха от него Сергей и ждал. Потому как обыкновенным словам давно отучился верить. А так – все пучком. Рекрут честно бздит. Страшно ему всего вдвоем с бравым командиром против хачиковской грядки выступать. И нетути у него никакой задней мысли завлечь Храма в объятия прежних корешей. А по сути Лехиного вопроса Шрам ответил коротко и неясно:

– Рвать сейчас когти – не самый умный поступок.

По «Маяку» круто серьезным голосом продолжали читать сводку:

– «...В Москве застрелили президента финансово-строительной корпорации „Росзападстрой“, бывшего замминистра строительства СССР Андрея Малахина. Его корпорация участвовала в восстановлении Чечни после первой войны, ремонте Белого дома и строительстве многих крупных объектов. По данным агентства „Интерфакс“ мотивы преступления пока не установлены. Но скорее всего это начало борьбы за деньги, которые правительство собирается выделить на Чечню после завершения идущей сейчас войны...»

Пока Шрам звонил кому-то из телефонной будки, Леха заправил машину и водрузил две сыто булькающие бензином канистры на заднее сидение без уважения к салонному велюру.

Чахлый приемник не останавливался:

– «...В воскресенье вечером в Петербурге было совершено нападение на магазин „Диадема“, входящий в систему госпередприятий „Ювелирторг“. Преступник, действовавший в одиночку, тяжело ранил охранника, разбил шесть витрин и похитил несколько десятков изделий из золота и драгоценных камней. Стоимость похищенного до сих пор не подсчитана, однако уже ясно, что речь идет о сотнях тысяч долларов...»

– Алло! – вдруг за окном «Волги» нарисовался бдительный шустрик с заправки, – Что-то мне тачка ваша знакома, – попытался он то ли наехать, то ли мзду выклянчить, то ли светскую беседу от скуки начать. Жаль сумрак уличный не позволял более точно прочитать намерения шустрика по роже.

– А вас то мне и нужно! – мигом сориентировавшись, Шрам оказался вне машины и радушно протянул шустрику ладонь для пожатия.

Растерявшийся работник заправки руку-то пожал, а вот освободить ее не смог.

– Слышишь, урод? – процедил Шрам титановым голосом, – Будешь в гляделки слякотно играть, я тебе левый глаз проткну указательным пальцем. Усек, будущий Кутузов? – а за сим Шрам, как ни в чем не бывало, заулыбался по-американски, а не по-человечески.

– Усек, – сдавлено пискнул шустрила.

Сергей развел руки, будто собирается обнять шустрика. Но тот, воспользовавшись освобождением, быстро испарился. На своем посту он привык своевременно схватывать суть, когда с ним толкуют таким тоном.

И опять внагляк угнанная «Волжана» покатила по улицам. Последней в рассказанной «Маяком» сводке оказалась история про то, как «...Дезертировавший из Чечни военнослужащий был убит при задержании у хутора Виноградный Курского района Ставропольского края. Солдат пытался скрыться от преследовавших его милиционеров, а когда они настигли его, бросил гранату. Как сообщает РИА „Новости“, осколки не нанесли вреда милиционерам, и ответным огнем они смертельно ранили преступника.»

– Прямо... Направо... Здесь, – некультурно ткнул пальцем Леха в типовое двухэтажное здание с вывеской «Торговый Дом „Баку“ 24 часа», – А этот хмырь с заправки нас не заложит?

– Нет.

– Почему?

– Потому, что торгует, не пробивая чек, – выдал сквозь зубы шуточку командир.

Сергей прорулил еще чуть-чуть, чтоб тормознувшую машину не было видно из окон за деревьями, и прижался к поребрику. Прежде чем спрятать руки в карманах, придушил начавший втюхивать рекламу зубной пасты «Маяк». Черная турбаза на Шрама не произвела впечатление. Не крепость, колючей проволокой не огорожена, сторожевые псы с цепей не рвутся. И пусть его ждут внутри горячие азербайджанские парни, особых проблем Сергей не видел.

На окнах опущены жалюзи. Сквозь жалюзи кое-где пробивается свет, а кое-где нет. Наверно, пара бойцов пасет в щелочки или телекамеры окрестности. Наверное, жильцы турбазы худо бедно вооружены. Плевать.

– Закрыто! – очень удивился потный от напряга Леха, – Чтоб азеры торговлю остановили!?

– Серьезно готовятся, – недобро улыбнулся Сергей. Он уже был собран и настроен. Настроен на предстоящую схватку. Больше никаких приколов-отчебучек. Нервы – гитарные струны.

– Закурим? – Шрамов протянул соседу пачку светлого «Мальборо».

Пока ни во что не врубающийся Леха послушно закурил.

– Теперь, братишка, бери канистру.

– Дай докурить.

– После кайфовать будем, дорогой товарищ, – с нажимом процедил Шрам. Затемненное, и чуть освещенное только красным огоньком сигареты его лицо было страшнее, чем у Терминатора, – Теперь бери канистру!

Леха послушно потянулся за канистрой, держа тлеющую сигарету в как можно дальше отнесенной левой руке.

– А теперь, Леша, ты сцедишь весь бензин на запертую дверь и бросишь окурок, – даже краешком глаз не глядя на бойца, обрисовал Сергей тому дальнейшие планы. И говорил непростые слова Шрам, как нечто само собой разумеющееся. Чтоб молодой раньше времени не обделался.

– Я!? – сжался парень.

– Так надо, Леша. Теперь наш черед в сводку попадать, – только и сказал Шрам.

Но прозвучало это с такой интонацией, что Леха сразу стал готов ко всему. Выплеснуть бензин на дверь? Пожалуйста. Выломать дверь голыми руками? Легко. Вцепится в глотку первому встречному азеру? Без проблем! Лишь бы не выглядеть в глазах сидящего рядом человека последним чмом.

Очевидно, Шрамов просек бурление внутри бойца и посчитал разумным дружески хлопнуть по плечу:

– Будя психовать. Не надо бросаться на амбразуру попой вперед, – дал установку Шрам голосом спокойным, как шелест листьев.

И пересилив себя, Алексей с канистрой и сигаретой неловко выбрался из лайбы.

– А бросишь окурочек, тихо и спокойно отчаливай. Вот тебе четыре тонны баков, – напутствовал Шрам, – Кстати, залегай на дно неглубоко. В офисе еще розетки поставить надо. Вот ними и займись, а то наемным работягам ничего доверить нельзя. И только если я не вернусь к утру, дуй на все четыре стороны. А если вернусь, у тебя до утра еще одна работа будет.

– Какая? – растерянно промямлил Леха.

– Хозяина «Волги» вычислить и три штуки баков ему заслать.

– Так этот драндулет больше пятисот баков никак не тянет! – совсем уже ошалело промычал подчиненный.

– Вот именно. Нафиг нам надо обижать невинного человека. У него и так с ментами проблем будет выше крыши. Ну все, ступай с Богом.

Нелепо прижимающий к животу канистру Леша двинулся к дверям. А Шрам глубоко затянулся и выпустил идеальное кольцо дыма. Не успело курчавое колечко растаять, как Сергей перегнувшись через сидение, свинтил крышку и опрокинул сзади вторую канистру. Пущай себе хлещет на коврик. Тут же запах бензина защекотал ноздри.