– Что-то потеряли? – спросил он, и Холли, поторопившись, ударилась затылком о чугунную раму кровати.
– Ой! Ничего я не потеряла, – прорычала она, наконец поднявшись и выпрямившись. – Я включала водонагреватель.
– Там, внизу?
– Электрик решил, что будет забавно поместить выключатель в таком месте. – Она вздрогнула, коснувшись пальцами ушибленного затылка. – Что за ужасный день сегодня!
Франко не сдержал улыбки, услышав разочарование в ее голосе, причиной которого он стал. Но сейчас он может улыбаться, потому что получил то, что хотел.
В отличие от Холли.
– Ну-ка. – Взяв ее за плечи, он развернул Холли к себе спиной, нисколько не чувствуя себя виноватым в том, что застал ее врасплох. – Дайте я посмотрю.
Холли напряглась еще до того, как он к ней прикоснулся.
– Где болит? – спросил Франко, его теплые и тяжелые ладони по-прежнему лежали на ее плечах.
Ее сердце билось в груди так громко, что она решила, будто он услышит его стук. Холли ответила, желая отвлечь его, прежде чем он услышит сумасшедшее биение ее сердца.
– Где-то там. – Она затаила дыхание, когда он запустил пальцы в ее волосы, собранные в хвост, и стал ощупывать голову.
– Это нужно снять, – сказал он, стягивая с ее волос резинку, отчего кожу ее головы стало покалывать.
Волосы рассыпались густым облаком вокруг ее головы. Франко снова запустил в них пальцы. Холли ойкнула, когда он прикоснулся кончиком пальца к ушибленному месту.
– Дайте посмотреть. – Он раздвинул пряди ее волос и опустил голову, чтобы лучше рассмотреть ушиб в тусклом свете.
Холли не смела дышать. Она просто прислушалась к ощущениям. Каждая клеточка ее тела вибрировала от напряжения. Холли задалась вопросом, что она почувствует, когда Франко прикоснется к ее напряженным соскам, если изнемогает от его простого прикосновения к своей голове.
– Всего лишь ссадина, но у вас будет шишка, – сказал он, и Холли переступила с ноги на ногу, чувствуя, как его дыхание ласкает ее волосы. На нее нахлынули непривычные волнующие ощущения. – Приложите лед, когда вернетесь домой.
Он убрал руки, и Холли непроизвольно качнулась назад.
О да. Домой. Куда она так торопилась несколько минут назад, пока этот человек не запустил пальцы в ее волосы.
Франко Четсфилд, несомненно, привык к тому, что потенциальные любовницы выстраиваются в очередь по щелчку его пальцев. Она должна скорее убираться отсюда! Холли обернулась и поняла, что стоит напротив Франко, зажатая между двумя стенами и кроватью.
– Так вы еще и врач? – рявкнула она.
Франко моргнул, глядя на нее сверху вниз холодными серыми глазами, потом покачал головой и сел на кровать.
– Что? – Он стал снимать дорогие ботинки.
– Помимо того, что вы наследник сети отелей и владелец виноградников, я имею в виду.
Он снял носки:
– Вас это смущает?
– Просто мне кажется, вам нравится опускать детали и заставлять людей думать о вас не то, что есть на самом деле.
– Ничего подобного. Вы сами решили, что я ничего не знаю о виноделии. – Стянув свитер через голову, он швырнул его в угол.
От испуга Холли стало трудно дышать.
– Что вы делаете?
– Раздеваюсь. Вы можете остаться и продолжать спорить, если хотите, а я ложусь спать. – Он встал, обнаженный по пояс, его кожа оливкового оттенка мерцала в тусклом свете. Он положил руку на брюки, и Холли поняла, что должна немедленно исчезнуть отсюда.
– Я ухожу, – произнесла она, практически прижимаясь к стене, чтобы пройти мимо него.
У дверей она повернулась, пристально глядя на стену, чтобы не видеть Франко раздетым.
– Вы все-таки были правы.
Он вздохнул:
– Я вас не понимаю.
– Вы мне действительно не нравитесь, – бросила она.
Вчерашняя непогода закончилась. Утренний туман повис, как облако, между каучуковыми деревьями, оставляя влажные поцелуи на щеках Холли, обрезавшей молодые побеги у второй почки на виноградной лозе. Бывало, пока она работала на винограднике, рядом паслись один или два кенгуру, а один раз забрел ягненок.
Обычно ей нравилось работать на винограднике в это время года. Но не сегодня. Сегодня рядом не было ни кенгуру, ни ягнят, которые могли вызвать у нее улыбку. Сегодня в ветвях эвкалиптов хохотали кукабарры.
Сегодня рядом с ней будет работать Франко.
Холли неуверенно держала секатор в руке, то и дело поглядывая на часы. Она не в первый раз спрашивала себя, зачем интересуется временем. Еще рано. Впереди много часов работы. Видимо, Джош отвез Франко в город за рабочей одеждой, и, без сомнения, они решили хорошенько позавтракать до открытия магазина.
Джош молодец. Ей не хотелось стучать в дверь Франко и будить его. Не хватало еще снова пялиться на его голую грудь или длинные волнистые волосы, взъерошенные после сна, или решительный подбородок, поросший щетиной.
Она обрезала лозы в ряду, мучаясь от предвкушения. Сегодня Франко пройдет тест – покажет, как он умеет обрезать виноградные лозы. Если ему не хватит опыта, сделка не состоится. Сегодня выяснится, говорил ли он правду или просто решил хитростью добиться своего.
Холли услышала Франко и Джоша до того, как увидела. Они над чем-то смеялись. На мгновение ей показалось, что они смеются над ней.
Она дала Франко достаточно повода для шуток. Рассказал ли Франко Джошу о том, как она сбежала из спальни, когда он разделся?
Приказав себе не реагировать так резко, она увидела, что мужчины выходят из тумана. Заметив Холли, оба перестали смеяться, и она почувствовала себя еще хуже.
Джош помахал ей. Франко держал руки в карманах.
На Франко были облегающие джинсы, сапоги, темная куртка и широкополая шляпа. Он выглядел как модель со страниц модного журнала и казался совершенно расслабленным.
Она сглотнула и приказала себе сохранять спокойствие.
– Холли? – позвал ее Джош. – Посмотри, как я его приодел. Он запросто сойдет за местного жителя.
– Конечно сойдет, Джош, пока не откроет рот.
Франко промолчал.
Он вспоминал о том, как Холли выглядела вчера вечером с распущенными волосами. Он решил просто проверить рану на ее голове, но потом она повернулась и посмотрела на него большими голубыми глазами. Волосы обрамляли ее лицо и касались плеч, и на секунду Франко оцепенел.
– Доброе утро, Холли! – сдержанно сказал он. – Я вам кое-что принес.
Она моргнула, озадаченно глядя на него.
– Вы оставили это в коттедже вчера вечером.
Он положил что-то невесомое на ее ладонь. Посмотрев вниз, она увидела черную резинку для волос. У нее екнуло в груди. Холли покраснела, сжав резинку пальцами, и поняла, что Джош за ними наблюдает.
– Большое спасибо, – процедила Холли сквозь стиснутые зубы, засовывая резинку в карман куртки.
