— И ты побываешь там, дорогая, — включился в разговор Сомертон, наклонившись к жене. — Непременно!
Виктория вспыхнула и улыбнулась мужу в ответ. Эго согрело сердце Николаса — видеть всех такими счастливыми. Он очень сомневался, что ему удастся найти такую любовь, как у собравшихся в этой гостиной. Терпение его отца лопнуло — он хотел внуков. Николас понимал, что пришло время начать поиски жены.
— Венеция действительно великолепна, — спохватился Николас. — Это красивейший город, в котором тебя всюду окружает вода. Зимой там чуть теплее, чем в Лондоне.
Он заметил, что женщины переглядываются друг с другом, и на их лицах написано странное смущение.
Первой заговорила Жанетт:
— Несколько странно, что один из красивейших городов мира описывают, рассказывая о тамошней погоде, а не о его красоте.
— Что вы имеете в виду?
— Да так, ничего особенного, — пробормотала та, покачав головой.
Вошел лакей и объявил, что кушанья сейчас будут поданы. К счастью, не было карточек с именами, и Николас сам выбрал место рядом с Сомертоном и Викторией. Он чувствовал себе гораздо уютнее рядом с женатой парой, чем с женщиной, которая считала его всего лишь другом.
— Николас, — сказала Жанетт, собираясь сделать глоток лимонада. — До меня дошел слух, что ты планируешь обратиться за помощью к мисс Рейнар, чтобы найти себе жену. Это правда?
Николас напрягся и метнул взгляд на Сомертона, который лишь виновато пожал плечами.
— Возможно. Я почти не думал об этом с того момента, как покинул Англию.
— Но теперь, когда ты вернулся, пора и в самом деле посетить ее. Эта сваха лучше всех в городе способна находить людей, которые идеально подходят для того, чтобы стать хорошей парой.
— Я пока что не решил, насколько это своевременно, отбился Николас, пытаясь подавить нарастающее раздражение. Меньше всего он нуждался в том, чтобы жены его друзей сватали его. Это было уделом его отца.
— О, — с улыбкой сказала Элизабет, — она ни за что не станет спешить, если время еще не настало. Так что нет причины для того, чтобы отказаться от визита к ней.
— Я непременно подумаю об этом, дорогая, — улыбнулся Николас.
— Не сердись на нас, пожалуйста, — виновато пробормотала Виктория. — Ты наш друг, и мы хотим видеть тебя счастливым, вот и весь наш интерес. Извини, если он тебе неприятен.
Николас сделал глубокий вдох. После встречи с Софией никакая другая женщина не влекла его. Ни разу. И идея посетить сваху не вызывала в нем особого энтузиазма.
— Я все понимаю. И как уже сказал, подумаю о том, чтобы нанести визит мисс Рейнар.
Сомертон и Селби хмыкнули, а Блэкберн и Кендал изумленно уставились на женщин.
Когда обед закончился, мужчины задержались, чтобы выпить по бокалу бренди. Беседа, начавшаяся неторопливым разговором о политике, перетекла в обсуждение красоты итальянок.
— Они действительно так хороши? — с интересом спросил Селби.
— У меня было не слишком много возможностей это уточнить, — уклончиво ответил Николас.
Конечно, все считают, будто он нарочно уходит от ответа. Ему хотелось скорее покинуть эту компанию, ведь он пришел сюда с одной целью — поговорить, наедине с Сомертоном. Поболтав еще немного, мужчины наконец покончили с бренди.
Когда они поднялись, чтобы присоединиться к своим женам, находящимся в гостиной, Николас положил ладонь на руку приятеля. Тот понимающе кивнул.
— Извините, — сказал Сомертон остальным. — Мне нужно кое о чем переговорить с Николасом.
— Спасибо, — поблагодарил тот, когда остальные ушли. — Я знаю, что ты человек проницательный — в отличие от многих других.
— Ладно, ладно, — улыбнулся на похвалу Сомертон. — Чем могу быть полезен?
Николас вынул бриллиантовую серьгу из кармана жилета.
— Мне нужно выяснить, кому принадлежит эта вещица.
Приятель взял украшение из рук Николаса и, нахмурившись, стал его рассматривать.
— Понятно, что твоя поездка была гораздо интереснее, чем ты нам рассказывал. Небось, утаил самое главное, хитрец ты этакий?
— Восхитительной оказалась лишь одна ночь в Венеции. Я даже не знаю имени девушки. Она, правда, назвала мне его, но сомневаюсь, что оно истинное.
— Почему?
— Потому что я тоже не открыл ей своего.
Сомертон пожал плечами:
— Никаких опознавательных меток на сережке.
— И нельзя ничего установить?
Приятель задумался. А потом, будто спохватившись, быстро сказал:
— Отнеси ее мисс Рейнар. Возможно, она выскажется более определенно.
Черт побери! И этот туда же!
Сомертон усмехнулся и покачал головой.
— Эта девушка к тому же еще и медиум. Она помогала мне много раз, когда я работал на Эйнсуорта.
— Ты думаешь, эта провидица может сказать мне, кому принадлежат эти серьги?
— Убежден, что она тебе поможет. — Сомертон отодвинул стул и поднялся. — Извини меня, пожалуйста.
Николас кивнул. Вместо того чтобы сразу присоединиться к компании, он некоторое время задумчиво смотрел на украшение, пытаясь угадать, где в этот момент находится его итальянская ундина.
Софи слышала, как Хендрикс открыл парадную дверь, и удивилась, кто мог прийти к ней так рано. Никто из ее клиентов не являлся раньше полудня, а сейчас было всего десять часов. Услышав тяжелые шаги, она поняла, кто это может быть, и мысль о возможности увидеться со своим единокровным братом сильно улучшила ее настроение.
Но чем ближе Энтони подходил к маленькой гостиной, тем мрачнее она становилась. Что-то явно было не в порядке. Софи это чувствовала.
Он остановился на пороге, внимательно глядя на сестру.
— Ты знакома с Энкрофтом?
Сердце у Софи дало сбой. Откуда брат узнал?
— О чем ты говоришь, Энтони?
Он презрительно прищурился.
— Ты спала с ним в Венеции, не так ли? Только не лги!
— Он вычислил меня? — прошептала она. — Понял, что это была я?
— Нет, пока еще не в курсе. Николас считает, что занимался любовью с какой-то итальянкой, которая не открыла ему своего настоящего имени. — Сомертон взялся за поручни кресла и наклонился к сестре. — Как ты могла? Распутство не в твоем характере, дорогая.
Софи знала, что брат, по обыкновению, пытался запугать ее, но сейчас было самое неподходящее для этого время. Страх разоблачения гнался за ней по пятам с того самого момента, как она покинула Венецию.
— Я не знала, что это он, — пробормотала она. — Не имела понятия, что это Энкрофт, до тех пор пока…
Брат с гневом отвернулся от нее. Час от часу не легче.
— Ты позволила ему совратить себя, даже не подозревая, кто лег с тобой в постель?
