Девушка понимала, что брат имеет в виду Николаса, но сомневалась, что тот захочет снова с ней увидеться. Она была всего лишь коротким эпизодом, одним из многих в его насыщенной острыми ощущениями жизни. Однако не хотелось спорить с Энтони из-за того, что он пекся о ее безопасности и делал это из любви к ней.
— Спасибо, Энтони. Пусть будет по-твоему.
Брат хотел было подняться, но снова сел.
— Николас — благородный человек, Софи. Если он найдет тебя, очень большая вероятность, что сделает тебе предложение.
Она покачала головой.
— Это не имеет значения, Энтони. Я не подхожу для него. А он — для меня.
Энтони посмотрел на нее недоверчиво.
— Ты так считаешь?
— Конечно.
— Ну что ж, — сказал он со вздохом. — Только не удивляйся, если Энкрофт скоро пожалует сюда.
Софи вскочила на ноги.
— Ты сказал ему!
— Нет. Это твои подруги подбивают Николаса зайти к тебе, чтобы помочь ему найти жену.
Девушка засмеялась.
— У меня очень мало клиентов-мужчин. Большинство из них считают, что я шарлатанка, оплачиваемая амбициозными мамашами.
Энтони хмыкнул.
— Я не думаю, что тебе стоит волноваться по этому поводу. Николас хотел узнать, не могу ли я найти хозяйку сережки. Я сказал, что ему надо обратиться к тебе за помощью. — Энтони поднялся и направился к двери. Задержавшись у порога, он повернулся и улыбнулся. — Так что все зависит от того, как ты поступишь.
Брат удалился, и печаль легла ей на сердце. Что она могла сделать? Николас не для нее, это ясно. И ей лучше всего избежать встречи с ним.
Глава 4
Николас поднимался на верхнюю площадку лестницы мисс Рейнар в третий раз за эту неделю. Каждый раз, когда он здесь появлялся, дворецкий говорил ему, что та примет его завтра. Но сколько же можно твердить одно и то же? Он увидится с ней, даже если придется прорваться в дом силой.
— Добро пожаловать, лорд Энкрофт, — сказал дворецкий, открыв двери.
— Мадам примет меня сегодня, мистер Хендрикс?
Тот попытался скрыть улыбку.
— Я посмотрю, дома ли она.
Николас снова был приглашен в маленькую гостиную в передней части дома. Вместо того чтобы сесть в то же самое светло-зеленое кресло, как это было в предыдущие дни, принялся нетерпеливо расхаживать по комнате. Остановившись, он обратил внимание на пейзаж, изображающий небольшой коттедж, который был похож на дом Бэннинга. Николас посмотрел на подпись художника и покачал головой. Он должен был бы знать одну из живописных работ Жанетт, которая висела в доме ее подруги.
— Милорд, мисс Рейнар будет рада видеть вас вечером в восемь часов. Если у вас нет других планов, — заявил появившийся дворецкий.
— Вот как? — Он подошел поближе. — Скажите мне, мистер Хендрикс, вы верите в то, что она действительно будет дома в это время?
Дворецкий кивнул и протянул ему записку:
— Это для вас.
Николас пробежал глазами текст. Мисс Рейнар извинялась за то, что откладывала встречу. Причина заключалась в том, что существовала договоренность с другими клиентами. Она обещала принять его сегодня вечером.
— Очень хорошо, — сказал Николас, пряча записку в карман. — Передайте ей, что, если она не позволит войти к ней в назначенный час, я все равно непременно ее увижу.
— Конечно, сэр. — Хендрикс направился к входной двери и открыл ее. Увидимся в восемь, милорд.
Николас вернулся к себе домой. Он прошел в детскую, где Эмма и ее гувернантка занимались уроком истории. Его дочь посмотрела на него, и ее карие глаза радостно сверкнули.
— Папа! — Не дожидаясь, когда гувернантка позволит ей оторваться от урока, она бросилась к нему с распростертыми объятиями.
— Дорогая, — проговорил он, улыбаясь и обнимая маленькую девочку. — Ты ведешь себя так, словно не видела меня несколько недель.
Ощущая тепло ее объятий, он на миг позабыл обо всем на свете. И все отчетливее понимал, что его дочери нужна мать. Хорошая мать. Такая, которая любила бы Эмму, несмотря на тот факт, что малышка была незаконнорожденной.
— А теперь скажи, — он ласково потрепал девочку по волосам, — что ты изучаешь сегодня? — Николас подошел к столу, где стояла гувернантка. — Здравствуйте, миссис Гриффон.
Та сделала почтительный реверанс.
— Добрый день, милорд.
— Надеюсь, я не помешал вам.
— Что вы, сэр. Мы всегда рады вас видеть.
— Эмма старается? — спросил Николас.
— Да, сэр. Она очень умненькая.
— Приятно слышать. — Он бросил взгляд на грамматику, лежащую на столе. — Ну, раз она успевает хорошо, малышке не повредит, если я ненадолго уведу ее полакомиться мороженым у Гантера.
Миссис Гриффон улыбнулась девочке.
— Я думаю, что это будет справедливо, милорд. Эмма отлично потрудилась, изучая латынь.
— Замечательно. — Он нанял миссис Гриффон, потому что та без колебаний согласилась обучать Эмму, и, кажется, преуспела в этом. Его умная дочь должна получить самое лучшее образование. Он протянул малышке руку.
— Ты готова?
Ее радостная улыбка наполнила его сердце счастьем.
— Да, папа.
Когда они приехали к Гантеру, кареты заполняли Беркли-сквер. Официант принял у них заказ, пока они сидели в фаэтоне, наслаждаясь необыкновенно теплым апрельским днем. Николас рассеянно поглядывал по сторонам. Он бросил взгляд на двух леди, сидящих в карете, и в одной из них узнал леди Сомертон. Но его внимание привлекла и другая женщина. У нее были темные волосы и красивое лицо, она улыбнулась и что-то сказала в ответ своей собеседнице.
Николас покачал головой. Показалось… София была в Италии, а не в Лондоне. Однако он не мог отвести взгляда. Внезапно леди повернула голову и в упор посмотрела на него. Даже с почтительного расстояния, разделявшего их, он уловил удивление на ее лице. И в этот момент карета тронулась.
Ему не привиделось. Это была она. Его София. Если бы не Эмма, Николас тут же последовал бы за каретой и определил, где она живет. А теперь ему остается только ждать, а потом зайти к леди Сомертон и получить от нее объяснения. Он подумал, уж не могла ли София приехать в Лондон, чтобы найти его. Возможно, она забеременела, и ей нужно было поставить его в известность об этом.
Но откуда она могла знать леди Сомертон?
Как только Эмма доела свое лимонное мороженое, он отвез ее домой, затем сразу же направился к дому приятеля на Дьюк-стрит. Дворецкий проводил его в гостиную и попросил подождать.
— Лорд Энкрофт?
Он повернул голову и увидел на пороге Викторию со смущенным выражением лица.
