Читаем без скачивания Последняя битва Пономаря - Баян Ширянов

– Так, помнишь, кому чаек-буек в клювике притаранить должен?

– Помню. – Кивнул Грибоконь. Шестерка, поняв зека по-своему, удалился удовлетворенный.

Через полчаса завхоз приказал отряду строиться и, когда, прихватив с собой наволочки, все собрались, отряд тронулся в магазин. Михаил Львович ходил «в ларь» первый раз и, заняв очередь ближе к концу, наблюдал за отоваркой других зеков. Ассортимент товаров разнообразием не отличался: один сорт сигарет без фильтра, один – с фильтром, маргарин, повидло в литровых стеклянных банках, хлеб, соль, спички, карамель и вожделенный всеми чай.

Перед тем, как зеков запустили в магазин, Рак втолковывал Грибоконю:

– Из хавчика не бери ничего! Кишку тешить потом будешь, когда настоящие деньги пойдут. Покупай пару тюбиков гуталина, нитки, а на остальное – курево.

Очередь двигалась неспешно, и у Шамана было вдосталь времени наглядеться, как стоящие у окошка выдачи арестанты набивают наволочки продуктами и сигаретами. Наконец, подошла очередь и Михаила Львовича. Продавщица, женщина лет сорока пяти с круглыми щеками и бородавкой над левой бровью, без лишних слов положила перед ним пятидесятиграммовую пачку чая.

– Что еще? – Спросила она. Грибоконь давно не видевший женщин застыл, слушая не грубую речь зеков, а нормальный человеческий голос.

–Ну? – Продавщица начала проявлять нетерпение и Шаман, решив последовать совету Рака, промямлил:

– Два гуталина, а на остальное «Примы».

Получив почти сотню пачек, Михаил Львович запихал их в свою наволочку и вновь стал ждать. Зеков не выпускали, пока не отоварится последний опущенный.

Пока другие заключенные получали свои добавки к скудному казенному рациону, Грибоконь вдруг решил посмотреть энергетику этого места. Далось ему это с превеликим трудом: слишком сильно было давление чего-то черного, злобного и изначально деструктивного. Но, преодолев это давление, экстрасенс обнаружил еще одну черную паутину. Ее нити тянулись непосредственно к нему. Просмотрев откуда они берутся, Шаман увидел четырех блатных. Те стояли и, казалось, не обращали на Михаила Львовича никакого внимания. Но тот сразу понял, что ему предстоит пережить еще одну экзекуцию.

Отряд пришел обратно в жилую секцию, Грибоконь, на виду всего отряда отнес свой чай в каптерку, покурил с Банзаем и Пиратом, а когда он вышел, его уже поджидали. Знакомый уже Шаману шестерка Репья подбоченясь перегораживал проход и обойти его не представлялось возможным.

– Ну, и где? – Ощерился шестерка.

– Где надо. – Михаил Львович поискал глазами Рака, но тот, как на зло, куда-то запропастился.

– Ну, пройдемся, что ли?

– Отчего ж не пройтись?

Шестерка провел Грибоконя в красную комнату. Там их уже дожидались четверо знакомых Шаману блатарей. Впихнув Михаила Львовича в комнату, шестерка припер дверь столом и разборка началась.

Ему задавали вопросы. Он отвечал на них и, по мере этих ответов видел, как заводят себя блатные, как они начинают яриться. Их глаза засверкали, кулаки сжались.

«Сейчас.» – Понял Шаман. Он, собрав в кулак все свое мужество, сперва дождался удара блатного, умудрился увернуться от него и, схватив стул, сам пошел на «черных». Он смог ударить лишь одного. Блатной, получив металлической ножкой в живот, рухнул на спину, сметая за собой стулья. Зато остальные времени не теряли. Пока Грибоконь пытался достать своим импровизированным оружием второго блатаря, двое оставшихся, оказавшиеся в тылу у Шамана, сами огрели его стульями по спине. От двойного удара Михаил Львович повалился на пол. Его тут же принялись избивать ногами. Как он не пытался отгородиться от ударов чудом оставшимся в руках стулом, это помогало мало. Нападавших эта защита не смущала и Грибоконь, после очередного удара по ребрам, услышал, как в боку что-то хрустнуло и он потерял сознание.

Глава 3

1.

После ужина, Игорь Сергеевич, не в силах больше сдерживать свое любопытство, сел медитировать. Витя, как всегда был рядом, и совершал астральное путешествие вместе с Дарофеевым. Сегодня объектом изучения должен был стать Михаил Кагарлицкий.

Привычно выйдя на тонкие уровни восприятия, целитель вместе с Витей перенеслись в свой Центр. Где находится кабинет Кагарлицкого Пономарь знал и поэтому сразу оказался в нужном месте. Но чтобы вычленить из работы Михаила нужный момент, пришлось немного попотеть.

Дарофеев стал просматривать события минувшей недели, которые произошли в этих стенах. На первый взгляд, ничего непонятного не случалось. Кагарлицкий размахивал руками, писал, впускал и выпроваживал пациентов, принимал подарки. Обычная работа народного целителя.

И лишь Витя заметил нечто необычное. Хотя Дарофеев и его воспитанник работали в унисон, что видел один, то воспринимал и другой, но парень чувствовал несколько тоньше, чем Игорь Сергеевич.

– Вот, смотри, дядя Игорь! – Вдруг воскликнул Витя.

Пономарь приостановил ход событий. Все было как прежде, лишь у Кагарлицкого самую малость изменился его обычный энергетический фон. Но стоило взглянуть на его ауру, отражающую физическое состояние, как становилось видно, что экстрасенс не в себе.

Эту ауру Игорь Сергеевич изучил со всей возможной тщательностью. У него создалось впечатление, что у Михаила внезапно открылся какой-то дремавший ранее канал связи с высшими пластами мироздания и он, будучи не в силах обработать поступающие к нему энергии, просто отключился. Но при этом экстрасенс оставался стоять на ногах и, даже, продолжать процесс лечения. А лечения ли?

– Постой! Нет, ты посмотри, что он творит! – Возмущенно воскликнул Пономарь.

– Ну, каналы перекрывает. – Витя не мог понять, в чем криминал таких манипуляций.

– Какие каналы, ты посмотри!

Парень пригляделся. Действительно, вместо того, чтобы прочистить засорившийся энергетический меридиан, Кагарлицкий просто уничтожал его. Энергия в человеческом теле могла циркулировать многими путями, но когда производилась такая биоэнергетическая операция, пациент мог забыть о здоровье.

– Да… – Протянул Витя, сообразив, какие будут последствия. – У этого мужика теперь все время будет болеть голова!

– Мало того, – Целитель вздохнул, – Он теперь не сможет просто сконцентрироваться!

– Что, исправим? – Предложил Витя.

– Подожди пока. – Пономарь решил не торопиться, – давай глянем, кто это такой. И пока же непонятно, зачем все это делалось.

Мужчина-пациент оказался референтом директора средних размеров холдинга. Бывшим референтом.

Когда Дарофеев и Витя посмотрели ситуации, в которые попал этот мужчина благодаря «целительству» Кагарлицкого, они пришли в ужас.

На этом человеке была подготовка доклада о финансовом положении одного из партнеров холдинга. Но, не имея возможности избавиться от головной боли, тот не обратил внимания на некоторые документы, говорящие, что эта фирма на грани краха. И вместо того, чтобы помочь и профинансировать, совет директоров, напротив, отозвал часть денег. Результат последовал немедленно. Фирма просто развалилась. Исполнительный директор моментально сбежал с остатками наличных, сотрудники остались безработными, РУБЭП принялся изучать документацию.

– И все это из-за пяти секунд? – Ужаснулся Витя.

– Да. – Пономарь поджал губы. – Вот бы понять, кому и для чего это надо…

2.

Утром Дарофеев должен был вести прием на своей квартире на Филях. Позавтракав и сев в свой Форд, Игорь Сергеевич уже готов был тронутся с места, как внезапно он почувствовал, что его телепатически вызывают.

– Изотов. – Сразу сказал Витя, примостившийся на заднем сидении. – У него что-то случилось.

Сам Сергей Владимирович телепатической связью владел не очень хорошо, но смог сообщить, что должен срочно приехать. Пономарь в ответ послал картинку дома на Кутузовском. Майор понял и прервал контакт.

У квартиры, как всегда, уже стояло несколько ранних пациентов, Дарофеев поздоровался с ними, автоматически отметив у кого на что надо обратить внимание, и прошел в квартиру. Больные вереницей потянулись за целителем, разбираясь по ходу, кто за кем в очереди.

Пока Игорь Сергеевич и Витя переодевались, готовясь к приему, прибежал Изотов. Его появление предварила перебранка защитников покоя Дарофеева в лице бдительных пациентов и целителю пришлось самому высунуться из двери и попросить пациентов не волноваться. Сергей Владимирович, запыхавшись, влетел в комнату, и, с ходу заявил:

– У меня беда!

– Сергей, успокойся и по порядку. – Предложил Пономарь.

Изотов кивнул, осмотрелся, присел на стул для пациентов и, глубоко вздохнув, начал:

– У меня появились провалы в памяти.

Игорь Сергеевич и Витя одновременно подумали: «Космэтика.» Витя не скрывал эту мысль, майор уловил ее и вслух ответил:

– Она. Я стал посвященным в этом обществе.

– Секте. – Поправил целитель.

Сергей Владимирович махнул рукой: