Читаем без скачивания Кровь леса - Артем Лунин

Убедившись, что опасности нет, ко мне подвалил Главарь и лениво, с оттяжкой съездил мне по зубам. Я захлебнулся матом и кровью из разбитых губ и носа.

Су-у-ука же…

То, что произошло потом, было моей данью всем голливудским боевикам, смотри подраздел «мужественное поведение Главного Героя в плену мерзких злодеев». Когда во рту набралось достаточно крови, я сочно харкнул в маску Главаря. Он отшатнулся, неловко стирая руками в перчатках кровь и сопли, потом так врезал мне под дых, что я задохнулся и обвис на руках конвоиров. В глазах поплыла кровавая муть, удары чувствовались как через толстую фуфайку.

Очнулся я уже в ручье. Вдохнул воды, ошалело вынырнул, кашляя, мотая головой, под дружный гогот «спецназовцев». Главарь, стоя на берегу, приметился пнуть мне в лицо, я довольно неуклюже закрылся здоровой рукой, и пинок снова сшиб меня в воду.

Главарь сделал недвусмысленный жест «вылезай!», когда я не послушался, конвоиры спрыгнули в ручей и после недолгой возни выкинули меня на берег. Промотивировали парой-тройкой тычков и снова потащили в неизвестность.

Почему мне кажется, что о Женевской конвенции здесь слыхом не слыхивали?

Главарь гнал команду так, словно опаздывал на собственные похороны, знай только гляди под ноги. Тычки конвоиров вселяли в меня бодрость.

Объявили привал. Все, кроме двух драконидов «на стреме», расселись, сдвинули забрала шлемов и распахнули кирасы. Интересно, у них везде мода такая, или только у подобных отрядов быстрого реагирования? Может быть, мне удастся преуспеть в этом мире как кутюрье? Что за бред лезет в голову…

Мне сунули серую плитку размером с ладонь, цветом и фактурой похожую на кусок ДСП. Остальные дракониды уже вовсю хрустели этими плитками, не забывая поглядывать по сторонам. Я куснул свой паек, скривился – по вкусу тоже то еще дерево-стружечное месиво. Нечто среднее между самой дешевой заварной лапшой и пенопластом.

Командир неодобрительно буркнул что-то вроде «ешь что есть, устриц здесь не подают», – и сам показал пример. Я старательно прожевал откушенное, давясь, проглотил и в качестве поощрения получил небольшую фляжку с водой.

Я украдкой разглядывал своих пленителей. Все широкоплечие, скуластые, темноволосые… какого-то непонятного, как же это именуется… расового типа, что ли. То есть не сразу определишь, русский ли, еврей, потомок горячих горцев или вообще дедушка был негром.

Оружие и снаряжение… странное. Бластеры, похожие на короткие автоматы с какими-то наворотами вроде лазерных прицелов и подвесок для гранатометов… вернее – стрелкометов. На поясе – патронташ и, видимо, аптечка. Сидора с запасом сухпайков. У двоих стоящих на страже – копья… или пики… или… в самом деле, что это такое?

Длинные, в рост человека, из гибкого легкого материала, не понять, дерево ли, металл, пластик. Две трети длины – древко, плавно перетекает в лезвие, между нет ни гарды, ни крестовины, вообще граница никак не обозначена и лишь угадывается. Лезвие широкое, наверняка очень острое, если судить по легкости, с которой такое копьецо пробило мне плечо. Похоже на чересчур короткий меч на слишком длинной ручке.

Все-таки – зачем? На фига нужна этакая неуклюжая палка, если есть бластер? На Земле с усовершенствованием огнестрельного оружия холодное перестало быть основным, оставаясь лишь в качестве штыков, ножей… что-то ритуальное, вроде японских мечей, парадных сабель или морских кортиков.

Я тут же получил ответ. По сигналу командира двое отставили свои сухпайки и фляги, встали, одинаковыми движениями взялись за пояса. И пояса развернулись с негромким шелестом, в руках драконидов оказались те же копья – гибкие, струнно дрожащие. Часовые шагнули к месту привала, отсалютовали заступающим на пост пиками и небрежно подпоясались потерявшим жесткость оружием.

Так. Кажется, это не металл… и едва ли пластик…

Чего? Нет, не встану, идите без меня, я догоню, только пистолет оставьте… ну, и одну из этих пик, интересно же.

Кажется, мой маленький спектакль был даже чересчур убедителен. Поверив, что я устал до полусмерти, Босс рявкнул короткий приказ, и ко мне подошел драконид с пистолетом-инъектором – я припомнил, что видел похожий в каком-то фантастическом фильме.

Ох… надеюсь, меня не усыплять будут.

– …… heretic! – сказал драконид насмешливо и пошевелил пальцами, иллюстрируя свои слова. Сейчас ты у нас побежишь, еретик.

Вокруг изготовились меня держать, чтобы не рыпался, получив пару тычков, я без особой охоты подставил плечо. Медик ширнул прямо через рукав водолазки в плечо дозу чего-то стимулирующего. Через пару минут я чувствовал себя так, словно черти меня не доварили в котле с серой. Усталость испарилась, под кожей бегали муравьи, цвета стали яркими, звуки оглушающими.

– …… heretic! – Доктор захохотал. Что, хорошо тебе, еретик?

Я послал его по матери, кажется, он тоже понял меня правильно. Заржал, цапнул рукой за шиворот, потянул вверх – поднимайся, мол.

Мы шли до самой темноты. Вечером я в два счета сожрал свой паек, уже не обращая внимания на картонный вкус. Снова подошел драконид со шприцем, я подставил плечо и поймал косой взгляд Главаря. Поздно понял: что-то не то, рыпнулся было, но с двух сторон подперли шкафообразные ребята.

Действие этого укола было прямо противоположным тому, стимулирующему. Меня как будто выключили. В глазах потемнело, ноги и мысли стали заплетаться. Казалось, что происходящее происходит не со мной, что я смотрю со стороны. Сознание словно раздваивалось, знакомое ощущение – эффект ведения, как будто ты не успеваешь за самим собой, бывает, когда пьян…

Допрос с применением наркотиков?.. Ага. Скажите на милость, как я пойму ваши вопросы, как вы истолкуете мои ответы?

– Лишь бы не выдать расположения Земли. – Я обнаружил, что говорю вслух. Лица допрашивающих вытягивались, искажались, как в кривых зеркалах комнаты смеха. – Лишь бы не выдать… а то они нас захватят, всех женщин трахнут, всех мужчин сошлют на урановые рудники…

– Ты что, знаешь, где Земля находится? – удивился я.

– Знаю. – Я кивнул, мир покачнулся и едва не обрушился мне на голову. – Она там… Возле Солнца, чуть ниже Марса…

И задумался – кажется, это была цитата?

Главарь что-то спрашивал, снова на разных языках.

– Дружище!.. – ответил я проникновенно. – Ты не поверишь, но я вам ничего не скажу!.. Я просто не знаю, где находится Земля, ага!.. Галактика Млечный Путь!.. Она спиральная вроде бы!.. Ты знаешь, сколько таких галактик? Оч-ч-чень много!.. А дальше – желтая звезда где-то на окраине!.. Таких звезд – навалом, ищите, ха-ха-ха!..

Туман сгустился до консистенции ваты, вокруг меня происходило какое-то шевеление. Я поднял глаза и посмотрел в свое отражение в глазницах-фасетках шлема.

Драконид поднял маску, наклонился ко мне и заглянул в глаза.

Я грохнулся о черный камень и покатился, обдирая руки и ноги. Встал.

– Что за…

Под ногами блестел черный антрацит и переливались алмазы, огромные, как льдины, выброшенные на берег во время ледохода. По бокам вздымались острые кручи. Я был в каком-то ущелье. Над головой равнодушно блестели звезды.

– Эй!.. Где я?!. Кто-нибудь…

Я осекся. Искры звезд заслонили какие-то тени, беззвучно мечущиеся, угрожающие…

Замерев, словно испуганный зверек, я краем глаза следил за их барражированием. Стоит взглянуть напрямую, и меня заметят. Не смотреть… не двигаться… не думать…

Словно отвратительный вороний грай раздался над головой, и я сорвался с места.

Бежать по черным и прозрачным плитам было очень неудобно, я падал, катился, карабкался, резал руки об алмазы и разбивал колени и локти об уголь. Быстрее, быстрее…

Скрипучие вопли нагоняли. Не сбежать. Я прислонился спиной к гигантскому кристаллу, затравленно глядя на приближающиеся черные тучи.

Но они отчего-то отхлынули прочь, в яростном визге и клекоте мне послышались испуганные нотки.

– Занятно, – сказал кто-то.

Я шарахнулся и сел в уголь. Голос доносился от алмазной плиты!..

Женщина.

Высокая и стройная, в каких-то черных лохмотьях. Босая, с руками, обнаженными по локоть, с длинной открытой шеей и темными волосами с несколькими седыми прядями. Правильное бледное лицо, прищуренные глаза и досадливо поджатые губы – словно она была мной недовольна.

– Конечно, недовольна, – подтвердила леди в лохмотьях. Несмотря на свой прикид, она действительно выглядела как-то аристократически. – Посмотри на себя.

Я быстро глянул вверх – стаи не спешили приближаться, кружили в отдалении. У меня сложилось впечатление, что они боятся женщину в кристалле.

Так что я счел за благо ее послушаться и оглядел себя. Да, зрелище еще то. В рванине, по уши перемазан углем, алмазная пыль припорошила царапины, словно стрептоцидом.

– Удираешь от какого-то мыслегляда-слабосилка!.. – презрительно воскликнула Леди. Голос у нее был сипловатый, пробирающий до костей. – Позор и поношение!