– Что-о-о?! – Лилька резко опустила голову и широко раскрытыми глазами уставилась на меня. При этом колечки огурцов, упавшие с век, благополучно приземлились на ее бедра, а подсохшая на солнце сметана, покрывающая лицо, кусками посыпалась вниз, припорошив купальник и голубой коврик, заботливо брошенный домработницей под ноги гостье.
Когда шок от услышанного прошел, Лилька задумалась.
– Надо что-то предпринять, – наконец произнесла она. – Но что именно?! Сказать, что на виллу нужна только одна горничная, и ею будет Жанна? Тогда Витка справедливо задаст вопрос, а почему не она? Слушай, а, может, ей рассказать всю правду?
– Не стоит. Давай скажем, что преимущество отдали той горничной, которая умеет готовить. Тут, я думаю, Вита вряд ли будет спорить.
– А что, это выход, – обрадовалась Лилька.
– Динку я предупрежу, – бросила я на ходу и по тропинке, обсаженной самшитовыми кустами, побежала к дому.
В гостиной, куда я влетела пулей, было прохладно. На диване среди вороха разноцветной детской одежды сидела, поджав под себя ноги, хозяйка дома и внимательно рассматривала крошечный джинсовый комбинезон.
– Что ты делаешь? – не без удивления спросила я Дину.
– Садись, Сонечка, – вместо ответа предложила мне подруга и кивнула на диван.
Я села и только сейчас заметила, как розовая вязаная шапочка с «ушками», оказавшаяся рядом со мной, зашевелилась. Вместе с ней пришли в движение и рукава желтой шубки. От неожиданности я даже подскочила. Но вот из-под шапки «выползла» мохнатая мордочка Тосеньки.
– Ой, а это кто?! – обрадовалась я и осторожно взяла на руки собачку.
– Вот, посмотри, сколько классных вещиц я приобрела для девочки, – радовалась подруга.
Динка выбрала из вороха вещей крохотные красные трусики с желтым бантом. Забрав у меня Тосеньку, она быстрыми движениями «вытряхнула» ее из шубки и стала натягивать трусики на сопротивляющееся животное.
– О! Красота! – восхитилась своей питомицей Динка. – Так, так, а сейчас… Отвернись, Соня. Сейчас, сайчас… Поворачивайся! Але – оп!
На этот раз Тосенька была в цветастом комбинезоне из розовой плащевой ткани.
– Это дождевик, а вот, смотри, писк собачьей моды – свитерок красненький с желтыми помпонами.
Подруга безжалостно стянула с Тосеньки комбинезон и принялась натягивать свитер на изрядно уставшую собаку.
– Дина… – попробовала я начать разговор о Вите, но подруга перебила меня.
– Посмотри, посмотри вот на это.
Честно говоря, я не поверила своим глазам – подруга держала в руках миниатюрные замшевые сапожки цвета хаки для… Тосеньки.
– А я и не знала, что есть собачьи сапожки, – пролепетала я, взяв в руки микрообувку и подумав, что подруге пора обзавестись собственным ребенком.
– Да что там сапожки! Вот зонтик, вот сумочка, а вот костюмчик для спорта… – захлебываясь, стала перечислять Динка, жонглируя вещами кукольного размера.
Наконец, к моей большой радости, Дина замолчала, и я поспешила воспользоваться паузой.
– Диночка, понимаешь, понимаешь… – подбирала я слова, – Вита не сможет работать горничной на вилле «Атамаско».
– Почему? – удивилась подруга.
– Дело в том… дело в том… – на ходу придумывала я ответ, что…
– Соня, успокойся, я прекрасно знаю, кому принадлежит эта вилла, – вдруг, как гром среди ясного неба, прозвучал голос Виты за моей спиной.
– Ты откуда взялась? – только и спросила я, медленно повернувшись к подруге и чувствуя, как у меня пылают щеки.
– Читала на террасе, а ты так спешила, что меня не заметила. Короче, я иду работать горничной, а мое личное не должно вас волновать.
Динка, ровным счетом ничего не понимая, вертела головой из стороны в сторону, глядя то на меня, то на Виту.
– Но откуда, откуда ты узнала, что вилла принадлежит?..
– На морской прогулке, – перебила меня Вита и спокойно продолжила, – экскурсовод объявил.
– Неужели? Значит, я пропустила мимо ушей, когда рассматривала виллу, – растерянно пролепетала я.
– Девчонки, кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит? – потребовала Дина.
– Ровным счетом ничего, – улыбнулась Вита и, подойдя к Дине, положила ей на плечи руки, – все в порядке, мы выручим твою контору. В конце концов, подруги должны помогать друг другу.
Глава 6
Утро следующего дня выдалось теплым и солнечным. Лично для меня это было очень важно, потому что настраивало на оптимистический лад, ведь где-то в глубине души я очень даже сомневалась в своих гувернантских способностях.
Натянув джинсовые капри и футболку, я вдруг подумала, что в первый день знакомства со своей воспитанницей гувернантка должна появиться в чем-то более консервативном. И я надела бежевое платье спортивного стиля с короткими рукавами и четырьмя карманами: два кармана-обманки находились на груди, а два настоящих – на юбке. В один из этих карманов я положила мобильный телефон. Я хотела спросить у Виты насчет своего внешнего вида, но сделать это мне так и не удалось, потому что подруга выглядела какой-то рассеянной, видно, как и я, она тоже нервничала. Зато наша младшая подруга Жанна волноваться даже не собиралась. Она была убеждена в том, что переживать должен, прежде всего, тот, кто ее нанимает. Пока мы ставили сумки (зачем нам чемоданы на три дня?!) в багажник, Лилька бегала за нами, давая ценные, как ей казалось, указания. Из-за ее болтовни я чуть не забыла свою любимую сумку-багет, декорированную разноцветными пайетками, в которую еще с вечера положила ноутбук.
– Так, девочки, по коням! – посмотрев на часы, скомандовала Дина и села за руль.
– Почему так рано? – заныла Лилька. – Еще половина шестого. Позавтракали бы вместе.
– Некогда, – отчеканила Динка, – их рабочий день начинается ровно в шесть.
Лилька бросилась нас обнимать, но строгий голос Динки, раздавшийся из окна автомобиля, ее остановил.
– Перестань, ты что, в самом деле, на весь отпуск их отправляешь?! Минимум на три дня, а может, и того меньше.
– Я просто хотела их подбодрить, помочь…
– Помочь?! – Динка задумалась, – а что ты действительно можешь им помочь. Залезь в интернет да «нарой» материальчик про эту самую звезду, а именно: все о ее семье, привычках, друзьях, творчестве, кулинарных пристрастиях и так далее. Я думаю, что эти сведения могут девчонкам пригодиться.
– Перешли все, что «нароешь», на мою электронную почту, – заговорщицки шепнула я на ухо Лильке.
– Так, девчонки, сколько можно, в машину! – в очередной раз скомандовала Динка и завела мотор.
Удобно сев на прохладное сидение, я сразу же устремила взгляд в окно, предвкушая небольшую экскурсию по городу, ведь утренний приморский город это что-то особенное. Кое-где на уставших от веселья площадях горят потускневшие разноцветные огоньки. В воздухе все еще держится запах шашлыка и шаурмы. На летних площадках кафе, работающих до последнего клиента, суетятся официанты, стараясь быстрее убрать со столов и, наконец, отправиться домой. Лениво парят в воздухе разноцветные шары, привязанные за длинные шелковые ленты к железной ограде, украшая вход в шатер цирка-шапито, выросшего на набережной. Длинные, как сосиски, грушевидные и круглые, они так и норовят вырваться из окружения собратьев. Тут и там метут улицы дворники, сражаясь с взлетающими разноцветными обертками и кульками от мороженого и чипсов.
Люди не покидают улиц ни на миг. На смену полусонной молодежи, которая еще не ложилась и у которой еле хватает сил добрести домой, приходят отдыхающие пенсионеры. С первыми лучами солнца они покидают съемное жилье и спешат занять места на пляже. Затем подтягиваются семьи с детьми, молодые пары, мамаши с грудничками.
Через двадцать минут моя экскурсия по городу завершилась белоснежными воротами виллы «Атамаско». Они открылись почти сразу после того, как Динка просигналила. Автомобиль плавно проехал по дороге, вдоль которой росли стройные кипарисы и алые розы. Затем объехал клумбу перед домом, которую венчала великолепная агава в белом вазоне. Остановился автомобиль у широкой беломраморной лестницы, ведущей на застекленную веранду с распахнутыми настежь окнами и входной арочной дверью. Видимо, услышав шум мотора, на пороге появилась высокая плечистая женщина среднего возраста с грубыми чертами лица и совершенно неуместной химической завивкой. Одета она была в розовую шелковую блузу с коротким рукавом и серую юбку. Такой тип женщин обычно называют «фельдфебель в юбке». Скорей всего, это и была та суровая экономка, на которой держится вилла «Атамаско».
Мы вышли из машины и, взяв свои сумки, направились к крыльцу, по центру которого был установлен пандус.
«Дочь хозяев виллы – инвалид-колясочник», – вспомнила я, глядя на женщину, медленно спускающуюся по лестнице нам навстречу.
