Единственный параметр для проверки — сметная стоимость блоков, участков работы. Есть чертежи. Есть выход тех или иных строительных материалов. Есть трудочасы роботизированных систем. Когда строили крейсер — сошлось идеально, получилась даже пятипроцентная экономия. Таким образом, мы примерно понимаем — наше солнышко строит то, что показывает.
Но Виктор Иванович считал лишним даже такой контроль. «Сенсимилья» — большой компьютер. У него нет души. Нет амбиций. Нет фрустраций и комплексов. Ему не нужно завоевывать и уничтожать. Единственная его задача — чтобы циферки сошлись и на ноль нигде не делилось. И-Д-Е-А-Л!
Билл Кравиц в сердцах отодрал с корнем верхний лист из увесистой папки, и раздраженно бормоча, скомкал его в тугой увесистый шарик. Едрить их там всех за ногу. Как паяцы по тревоге проторчали трое суток без сна на этой гребаной работе. И все — коту под хвост.
Бросок в урну через всю комнату претендовал на стоочковый, как минимум.
В дверь пробарабанили и она, не дожидаясь реакции хозяина кабинета, распахнулась вовсю, выдав через себя Джека Слоуна. — Босс, я к вам… Можно?..
Билли собрался, было, буркнуть что-то вроде "какогочертаеслиужевошел", но отчего-то лишь апатично махнул рукой. — Как дела, Билл? Ты опергруппу распустил, да? Совсем глухо? — Как раз наоборот… — далее последовало ругательство, своей витиеватостью стремящееся затмить любою речь Линкольна.
Отдышавшись пару секунд и, добавив несколько факов в вдогонку, Билли продолжил: — Трое суток. Еп-п-п-п-п… Мы, как клоуны. Подняли осведомителей по всему городу. Тридцать детективов на одних пончиках, как проклятые… Сегодня утром, представь, звонок. Лично замдиректора фбр. По спецсвязи. Лично, ты понял…
Билл скомкал следующий лист из дела, но на это раз промахнулся. — Произошло чудовищное недоразумение… — изображая манеру давешнего собеседника, закряхтел Кравиц, — По делу о прослушке высшего чина госдепа — отбой. Мы выносим вам благодарность за сотрудничество. Высоко ценим ваши усилия и гордимся слаженностью работы полицейского департамента…
Билли смачным плевком исправил предыдущую неточность с корзиной. — Они что, сами справились? — Джек расстроился. Неприятно, когда тебя используют, словно промокашку, а потом — просто пару сухих слов благодарности. — Короче, у этих даунов там работают одни имбицилы. Иначе как пояснить тот факт что мы, как укушенные, ищем концы в деле о прослушке, которую они сами же воткнули. — Не понял? Это фбр-овская прослушка была? — Вот те на, такого оборота Джек точно не ожидал. — Ты прикинь — да. Какой-то мудант у них в оперотделе напутал с разнарядкой и, вместо того, чтобы приставить ушки какому-то очередному мафиози, бравые буратины из фбр, задействовав уличных угонщиков, зафигачили жука серье-е-езному такому правительственному дядьке. Дело закрыто. Подлежит засекречиванию и уничтожению. Суки, даже ответить за свою безалаберность боятся… — Это что, мы даже в отчеты не внесем свои доблестные действия? — Слоун расстроился окончательно. Деньги потрачены, люди работали. Отдел стоял на ушах…
Вместо ответа Билл Кравиц отправил в корзину следующую бумажку. — Что у тебя там, Джекки? Ты по этим… Акциям и биржам?
Слоун помрачнел еще больше. — Да… И у меня тоже голяк… Вот отчет… — Джек выложил из принесенной папки листок и пододвинул его шефу. Когда мы уже от этого старья откажемся. Полицейский департамент, наверное, последние на шарике, кто по-старинке дублирует отчеты и уголовные дела на бумажных носителях. Динозавры. Причем, ввели эту штуку лет пять назад, после знаменитого шанхайского взлома. Что там про историческую спираль говорили? — Давай вкратце. Я с этого дерьма плохо читаю. Ты мне по кросснету отправил? — Отправлю, шеф. В двух словах — вся эта суета с покупкой и продажей нулевых акций… Короче, это все маклерские ошибки… — На миллиарды юникредов? — Кравиц недоверчиво покосился на детектива. — Я тоже не могу поверить. Опросил брокерские отделы десяти биржевых контор. Везде одна картина — делают круглые глаза, вызывают оператора, совершившего сделку и, не обращая внимания на меня, начинают его жарить прямо со входа. Прикинь, покупка таких нерентабельных акций — это у них вообще провина серьезная. Я и сейчас ощущаю, насколько у меня карма отяжелилась. Эти офисные крысы просто по идиотизму собственному или спросонья поутру покупали ту хрень. А потом прятали в отчетах и пытались судорожно сбыть. Я тщательно все проверил. Между белыми воротничками нет никакой связи. Ничего общего. Никто из них ни разу не пересекался друг с другом, сношений и сообщений не имел. Ни единой, даже приблизительной зацепки.
Джек печально вздохнул. — Я сам не верю. Но все указывает на обычное раздолбайство…
Билл хотел было что-то сказать, потом просто смерил Слоуна тяжелым взглядом и помахал пальцами, дескать, аут, пока я тебе горло не перегрыз.
Дважды повторять не пришлось.
Полгода спустя в Башне Совета Директоров Инвестиционной Компании "Сенсимилья" напряжение буквально висело в воздухе. В Большом Конференц-зале сидели двое и зло глядели друг другу в глаза. — Ну и?.. — председатель первым нарушил молчание. — И?.. — переспросил Бабышев. Он осунулся. Глаза его нервно бегали и что делать — он не знал. — Это твоя штуковина, мать… — выдохнул председатель, — Поясняй… — Я вам уже говорил… — Виктор Иванович дрожащими руками теребил свою поредевшую бородку. — "Сенсимилья" возводит два строения. Одно — по утвержденному проекту. Рядом — второе, непонятной конструкции. Вот…
Виктор Иванович вывел на общее табло картинку. Здание было довольно внушительным. Наклонные панели его напоминали нечто среднее между пирамидами майа и военными дотами прошлого века. — И что это?.. — председатель разглядывал колосса, как новые ворота. — Я не знаю… — устало вымолвил Бабышев. — И выяснить — нет никакой возможности. По периметру — мощное электросиловое поле. Преодолеть его силами нашей корпорации не получится. Разве что — военных привлечь…
Председатель с плохо скрываемой ненавистью смерил старика испепеляющим взглядом. — Ты в своем уме? Мы не сможем скрыть такую операцию от общественности! У нас же акции на бирже. Через месяц — окончание проекта! Ты нас по миру хочешь пустить?!!
Бабышев пожал плечами. — Если вас успокоит — могу сказать, что, судя по всему, проект будет готов вовремя. Возводимая пирамида, кажется, совсем не мешает…
На экране появился сборочный док, сквозь который виднелся корпус громадного космического корабля. Блестели точки гамма-сварки, роботы сновали, как угорелые, дело спорилось. — Ты мне вот что скажи, пчелиный гений… Откуда эта твоя придурочная матка деньги берет на вторую конструкцию? — Председатель немного успокоился. Вид собираемого транспортника вселял слабую надежду, может и обойдется. — Не знаю. Это — главная загадка происходящего. Никто не может толком разобраться, но транши странным образом идут из долгосрочного займа Евроазиатского правительства. Но они там сами не могут понять, из какого именно фонда. Катавасия какая-то… Лепечут про нулевые акции и сбой компьютера платежей. Что-то там у них нечисто, они юлят, но… Чтобы разобраться более детально — нужно, опять же, привлекать правительство. — Какое в жопу правительство!!! — Главный заорал так, что дрогнули громадные панорамные стекла. — Ты что, не понял?! Нам не нужна огласка! До окончания работ — два мес…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
