фонарь, и я спокойно шёл вперёд смотря, как преломляется на стенах моя тень.
Теперь я не боялся чудовищ и вампиров. Шучу, меньше всего я сейчас, да и до этого тоже, я думал о фантасмагоричных существах, в моём мозгу страхи перемешались в совсем уже дурном калейдоскопе и больше всего я сейчас боялся встретить людей или роботов. Живых людей и почти что живых высокотехнологичных роботов. Всё же с момента погружения меня в криосон прошло без малого сто пятьдесят лет, это очень много, целая эпоха. Страшно себе представить до какого развития дошли люди, если выжили, конечно, что не факт.
Остановившись, я покачал головой, глянул на окружающие стены и пошёл дальше, стремясь найти нужный мне склад или чем там это помещение значилось. По пути изредка попадались другие двери, ведшие в какие-то помещения, но соваться туда, пока я не нашёл самого необходимого мне, я не считал нужным.
Коридор вывел меня на лестницу, судя по карте, что я запомнил, она должна привести меня на два этажа вниз и там в самом конце коридора и будет искомый мною объект. Луч фонаря метался по ступеням, стремясь предупредить меня о возможной опасности, но они оказались чистыми, только вековая пыль тонким белым слоем покрывала их.
На них не оказалось ни росчерков хвостов вездесущих крыс, ни следов их же мелких лапок, ни тем более птичьих или человеческих. Вообще никаких, хотя, на самом деле, это и неудивительно, ведь вход сюда оказался завален взрывом, а внешние стены бункера должны быть толщиной не менее метра, если не поболее из пенобетона марки 800 или ещё чего покрепче.
Я вообще не технолог строительных материалов, слабо в этом разбираюсь. Прочные стены, и всё на том. Однако вот мы и пришли, то бишь, я пришёл.
Указанная на схеме дверь имела порядковый номер 2055125 и большую букву «А» через дробь. Она! Вынув из кармана связку чип-ключей, я внимательно их осмотрел, в свете фонаря пытаясь понять какой из них подойдёт. Внимание к себе привлёк светло-серый с буквой с большой буквой «А».
— Гм, может быть, может быть, — стал я разговаривать сам с собою. Да и с кем тут разговаривать? Тут даже трупов нет! Однако же я ошибался, о чём узнал намного позже. Взяв чип-ключ в руку, я приложил его к приёмной пластинке. Дверь щёлкнула, проиграла какую-то короткую ненавязчивую мелодию и мягко отошла в сторону, пахнув на меня затхлым запахом открывшегося за ней тёмного помещения.
Луч света фонаря заметался по стенам высвечивая, то ряд высоких, до потолка, пластиковых шкафов, то большой треугольный стол в конце комнаты заставленный грудой каких-то вещей и бутылок, то непонятные ящики и свёртки, валявшиеся везде, где только можно, особенно по углам.
— Свет! — громко сказал я, ориентируясь на возможность включения функции «Умный дом», в ответ где-то щёлкнуло нанореле или мне показалось, что щёлкнуло и всё осталось, как и прежде. Никакого света не включилось, то ли электроника уже давным-давно вышла из строя, то ли всё обесточено и никакой автономный генератор здесь не работал.
Странно, что запустился свет в техпомещении откуда я пришёл, но видимо там ещё действовала ядерная батарейка, что вырабатывает электричество с помощью радиоизотопного генератора, но не суть. А вот здесь ничего не работало, и с этим ничего не поделать.
Наверное, здесь радиоактивные изотопы выработали весь свой ресурс и превратились в стабильный изотоп меди, что уже потерял свою радиоактивность. Блин, и откуда в моей голове столько технических знаний и понимания того, с чем я имею дело? Неужели я был технарём раньше или инженером каким-то? Не знаю, насчёт этого моя память усиленно молчала, если можно так фигурально выразиться.
Порыскав лучом фонаря по всему помещению, я остановил его на предметах, что показывали всем своим видом о наличии в них воды или другой жидкости вроде вкусных питательных напитков. Подойдя ближе, я увидел целую батарею различных пластиковых и не только бутылок, стоящих на треугольном столе. Бросив фонарь рядом, я схватил первую попавшуюся бутылку, на ней крупными буквами на английском, красовалась надпись: — «Energy».
— Блин, у этих англосаксов всё сплошное «энерджи»: и средство против запоров; и средство для активизации мозговой деятельности; и средство для больших физических нагрузок, — пробормотал я невольно вслух и добавил, — а на вкус всё дерьмо однотипное.
Отставив в сторону эту бутылку, я довольно быстро перебрал весь бутылочный арсенал и остановил свой выбор на какой-то минеральной воде, открыл её и с наслаждением выпил, то и дело отдуваясь и переводя дух. Вода лилась в пересохшую глотку, уходя в неё, как в раскалённый песок.
— Фух, — выдохнул я когда смог выпить всю бутылку, — фух, хорошо то как! — и потом добавил, — хорошо, но мало, — после чего посчитал нужным вскрыть банку с энергетиком и выдуть её вслед за минералкой.
Наконец, так мучившая меня жажда оставила меня, и даже голод на время затих. По заверениям технического терминала здесь ещё имелась еда, которую оставалось только найти. Ну, посмотрим, посмотрим. Луч фонарика пометался с одних ящиков на другие и остановился на одном из них.
Судя по маркировке пластикового контейнера, в нём находилась еда, и хоть контейнер и был наглухо закрыт специальной защёлкой, но открыть его не составило никакого труда. Я когда-то сталкивался с подобными и поэтому помнил, как его открывать на уровне безусловных рефлексов. Щёлкнула удерживающая крышку магнитная лента, разомкнутая магнитным же замком и ящик обнажил своё нутро, набитое различными контейнерами с саморазогревающейся пищей.
Остановился я только на третьем контейнере, лениво запивая его минеральной водой из очередной бутылки. Медленно дожёвывая его содержимое, я придирчиво осматривал помещение желая завалиться спать прямо здесь и сейчас. Вроде нонсенс, ведь я только что проснулся и не должен хотеть спать. Хотя, не знаю сколько я бродил по бункеру и сколько прошло времени с того момента, как я очнулся от криосна.
Вроде бы могло пройти и полдня, а могло и пару часов, кто его знает⁈ Нужно найти коммуникатор или часы с «вечной» батарейкой и тогда уже отслеживать по ним режим дня и ночи, а то в этом подземелье и не поймёшь, когда день, а когда ночь. Оборудование не работает, день можно отследить только по дырке в потолке, в том помещении из которого я изначально пришёл.
И здесь меня осенила мысль, а ведь, судя по всему, в бункер попала бетонобойная ракета и пробив его ушла глубоко в землю попутно выворотив из недр бункера камеру, в которой я
