Что бы ни было за этим приглашением: вербовка моих сотрудников или банальное желание поиметь Майкла мне назло – ты пожалеешь об этом! Я создал спрута внутри “F&F”, я же его и уничтожу!
Праймер завел двигатель и, растворившись в неоновых огнях ночного Майами, направился в закрытый элитный клуб “Veradero”. Членский взнос туда составлял чуть ли не треть его дохода, но открывал очень много перспектив, потому что только там в неформальной обстановке он мог обзавестись нужными связями и при этом не бояться, что информация о сделках утечет к конкурентам.
Дело в том, что Джош, помимо основного бизнеса в области дизайна, играл на бирже, о чем знал очень узкий круг людей. После того как студия встала на ноги, а Праймер получил широкую известность, Маркус соблазнил его быстрым заработком и, конечно же, обосновал предложение необходимостью постоянного развития.
Джош доверился опытному бизнесмену, вращающемуся в финансовых кругах страны уже много лет. А когда начал стремительно терять деньги на покупке мусорных активов, вложениях в стартапы и прочих рискованных операциях, прозрел.
Только поздно, ведь долги, висящие над Праймером дамокловым мечом, приводили к регулярному оттоку денег со счетов студии. Против чего так яростно протестовала Петти.
Джош приехал в клуб не для веселья. Его целью была встреча с Маркусом, который, по информации личной помощницы Вивьен, сейчас находился там. По ее словам, в последние дни, начальник проводил вне офиса слишком много времени, так что порой до него не могли дозвониться ни партнеры, ни члены семьи.
Войдя в главный зал, освещенный лишь подсветкой барной стойки и синими светодиодами вдоль пола, Праймер быстро обнаружил приятеля, сидящим в вип-кабинке с приоткрытой шторой. Вокруг нее стояла стена из охраны, а одинокий и подавленный Торн устало смотрел на бутылку текилы и стопку, стоящую рядом. Неопрятный вид Маркуса сигнализировал, что он не ночует дома и не спит. Блуждающий взгляд – об изрядной доле алкоголя, циркулирующей в крови. И вся ситуация в целом красноречиво демонстрировала будущее Джоша, если он поддастся панике и перестанет бороться за место под солнцем.
Заметив Праймера, Маркус кивнул телохранителям, чтобы те пропустили его, и буркнул, подняв стопку:
– Джош, мать его. Наконец оторвал задницу от рабочего кресла и приехал к другу…
– Не помню, чтобы ты звал меня.
– Верно. Лучшие друзья всегда приходят сами, – Маркус поднял стопку и резко отшатнулся, едва не свалившись с дивана. – Черт… – рявкнул он, смотря на пятно от текилы на светлых брюках. – Судя по всему, у меня один друг. А жены нет вообще!
– Какого хрена тут происходит? Все еще празднуешь день рождения? – строго спросил Джош, отмахнувшись от предложения выпить с ним.
– Праздную разрушение иллюзий, – пробормотал Торн. – Хотя, может, это и к лучшему…
– Хватит! – рявкнул Праймер и вытащил стопку из рук приятеля. – О каких гребаных иллюзиях ты говоришь?
– Да, об этих! – заорал Торн, покачиваясь. Однако, на его крик никто не среагировал, потому что он быстро затерялся в громких битах электронной музыки. – Я исчез, и кто приехал ко мне? Вонючие дельцы с биржи? Или те, кто нажирались на моей вечеринке, а потом свалили без “здрасьте” и “до свидания”! – мужчина сбавил тон. – Даже эти сопляки из “Lumy” не вспомнили обо мне. А ведь я содержу их школу, плачу страховку и аренду квартир, чтобы они вытаскивали парней с темных улиц и приводили в настоящий спорт…И что получаю? Бессмысленные драки и трупы в общественных туалетах!
– Трупы? – задумался Праймер. – Ты о деле об убийстве на пляже?
– О чем же еще? – прохрипел Маркус. – Только ленивый не ткнул в меня пальцем, что я хреновый бизнесмен и такой же пример для подражания!
– Об этом я и хотел поговорить, – осторожно признался Джош, решив воспользоваться бурной реакцией приятеля и сделать ее своей союзницей против коалиции Сары.
– О чем – об этом? – Торн напряженно склонился над столом.
– Баннер, который сделала моя стажерка Бэйл…– Праймер сделал понимающее лицо, хотя в этот миг представлял разъяренную Сару, и продолжил: – Я прошу тебя заменить его на работу Хлои Бриггман, как и планировалось в начале.
– А в чем проблема?
– В том, что парень с баннера чуть не «присел» за убийство, – Торн покачал головой в знак несогласия, но Джош знал, на что надавить. Теперь знал. – Рид на свободе, потому что у Ньюмана не хватает доказательств. Но что, если они всплывут? Мамаши уничтожат тебя за подбор кадров, а пресса будет плясать на твоей репутации чечетку, если ты не послушаешь меня!
Вдруг лицо Маркуса обрело испуганный вид. Блуждающий взгляд застыл на кадыке Праймера, потому что мужчина не мог поднять его выше.
– Откуда ты знаешь все это?
– Я был в полиции на днях, – поняв, что приятель на крючке, Джош, наконец, откинулся на спинку дивана и спокойно продолжил: – Двое пьяных ублюдков напали на меня, когда я собирался сваливать с твоей вечеринки. Адвокат убедил меня не раздувать панику, потому что это скажется на моем имидже в прессе.
– Еще бы. Пьяный Праймер получает по морде на вечеринке года…И что ты сделал? – усмехнулся Маркус.
– Замазал синяки и с побитой рожей отправился на встречу с Глорией! Вот что.
– Сильно, – в голос засмеялся приятель. – Но какое отношение это имеет к сайту?
