Договорившись встретиться в саду на привычном месте ровно через час, они расстались, и Касси с остальными дамами поднялась наверх, в свой прохладный будуар, обтянутый розовым атласом, чтобы там освежиться и привести себя в порядок.
Когда они пришли туда, дамы принялись наперебой поздравлять избранницу молодого Шелтона. Служанки принесли кофе, и женщины уселись в мягкие кресла вокруг низкого стола. Любопытство их разгорелось до предела, и они всячески пытались выведать у Касси подробности ее короткого романа с наследником сэра Джона. Их вопросы, порой слишком прямые, заставляли девушку поминутно краснеть, но все равно настроение у нее было отличное. Невеста Гарри! Самого красивого молодого человека из всех, что ей доводилось видеть за целую жизнь.
Конечно, Касси была достаточно умна, чтобы не судить о человеке только по его внешности, манерам или одежде, но она была слишком молода и любила впервые. И все же в неполных пятнадцать лет красивые глаза и задумчивая нежная улыбка покоряют сердце гораздо быстрей и успешней, чем умные речи и глубина чувств. Тем более Гарри был добрым, неиспорченным юношей с пылкой и нежной душой и считался в обществе блестящей партией. Поэтому удивительно ли, что счастье Касси было полным, и она ощущала себя так, словно весь мир лежал у ее ног.
Из всех дам, только Сюзанна не разделяла радости Касси. О, конечно, она была так же весела и разговорчива, как и все остальные, так же неоднократно поздравляла сестру. Но Касси, хорошо знавшая Сюзанну, видела, что та вне себя от бешенства и готова разорвать ее на части. Просто старшая мисс Гамильтон отличалась превосходной выдержкой и умением скрывать свои чувства.
Время от времени Касси, чтобы проверить правильность своих догадок, встречалась взглядом с сестрой, и тогда голубые глаза Сюзанны темнели, и в них появлялось что-то похожее на взгляд змеи, не имеющей возможности дотянуться до своей жертвы, чтобы ужалить ее.
Поздно вечером, когда Касси наконец, осталась у себя одна после долгого напряженного дня, в ее спальню, как вихрь, ворвалась старшая сестра. Лицо ее перекосилось от гнева, а взгляд был так страшен, что Касси на несколько секунд растерялась, хотя и готовилась весь день к подобной стычке.
— Подлая маленькая дрянь! — с порога закричала Сюзанна. — Нахалка! Грязная интриганка! Ты плела сети за моей спиной, строила против меня козни, решила перейти мне дорогу. Ненавижу тебя! До смерти ненавижу, и всегда буду ненавидеть!
Сюзанна на некоторое время замолчала. Душившие ее слезы бессилия и ярости не давали ей говорить. Несмотря на их давние недобрые отношения, Кассандре вдруг стало жаль ее. Все-таки Сюзанна была ее единственной сестрой, но разве Касси виновата, что Гарри ей тоже приглянулся. Ведь он так хорош собой и мил, что в него просто нельзя не влюбиться.
— Сюзанна, — она попыталась взять сестру за руку, — послушай, все было вовсе не так. Я не стремилась перейти тебе дорогу… Это получилось как-то само собой. Просто однажды утром я встала очень рано — ты же знаешь, что летом я всегда так встаю, — а Гарри тоже поднялся рано, и мы встретились в саду…
— Ты думаешь, что я тебе поверю? Я не такая дура. Ты поджидала его в саду… поджидала, чтобы окрутить его, забить ему голову своими дурацкими умными разговорами!
— Так же, как и ты.
— Что?!
— Так же, как и ты, Сьюзи, — повторила Кассандра, повысив голос. Долготерпение никогда не входило в число ее добродетелей, и теперь она чувствовала, что тоже начинает заводиться.
— Как ты смеешь обо мне так говорить, дрянь девчонка! — голос Сюзанны почти перешел на хрип. — Я… я тебе сейчас покажу… Ты заплатишь мне…
Она прыгнула к сестре и попыталась вцепиться ей в лицо, но Касси ожидала этого и сумела перехватить руку Сюзанны. С несвойственной ей жестокостью глядя сестре в глаза, она сильно сжала ее руку в том месте, где выделялись вены, и отчетливо проговорила:
— Если ты сейчас не уберешься из моей комнаты и не прекратишь свою истерику, я тебя ударю так, что ты надолго потеряешь дар речи.
Сюзанна судорожно сглотнула и попыталась вырваться, но Касси нажала сильнее. Та вскрикнула, и в это мгновение в комнату вошел сэр Роджер.
Касси выпустила руку Сюзанны и посмотрела на отца.
— Оставь в покое сестру, Сьюзен, — прикачал барон.
— Но… папа! Ты знаешь, что она…
— Иди к себе, дочка! Позже я поговорю с тобой. — Он строго взглянул на Сюзанну, и та быстро вышла из комнаты. Сэр Роджер устало посмотрел на младшую дочь и жестом указал ей на кресла.
— Присядем, Касси. Нам нужно немного поговорить. Ты ведь и сама так считаешь, правда?
В этот вечер Роджер разговаривал с дочерью так серьезно и обстоятельно, как ни разу до этого. Новые обстоятельства, в которых оказалась его строптивая малышка, считавшаяся еще вчера просто ребенком, сильно повлияли на его отношение к ней. Теперь она стала взрослой девушкой, невестой, и не считаться с ней было уже нельзя. Этого не допускали светские приличия, а барон Гамильтон всегда и во всем строго придерживался неписаных законов своего класса. К тому же Шелтоны, и отец, и сын, оказали предпочтение этой девочке, и это заставило его по-новому взглянуть на младшую дочь. А посмотрев на нее повнимательнее, Роджер признался самому себе, что изрядно заблуждался в своем суждении о ней.
За время их долгой беседы барон еще больше укрепился во мнении, что недооценивал Касси. Со свойственной ему прямотой характера отец счел нужным сказать об этом дочери.
— Знаешь, Кассандра, ты приятно удивила меня за эти дни, — начал он. — Наверное, я был недостаточно внимателен к тебе, раз не заметил, как ты из простой девчонки превратилась в совсем взрослую девушку, настоящую леди. Я доволен тобой, Касси. Надеюсь, ты ничем не разочаруешь меня и окажешься достойной своего нового положения невесты одного из самых знатных и влиятельных людей здесь, в колониях.
— Ты можешь быть уверен во мне, папа. Я постараюсь все сделать для того, чтобы быть достойной оказанной мне чести и… любви Гарри.
Касси порывисто прижалась к отцу, спрятав вспыхнувшее лицо на его груди.
— Все будет хорошо, малышка, — сэр Роджер нежно погладил дочь по голове. — Все у тебя будет в порядке, мисс Кассандра Гамильтон. А насчет сестры не беспокойся. Я поговорю с ней, и она прекратит тебя донимать. Она не должна упрекать сестру за то, что сама упустила видного жениха.
Глава 2
На следующее утро Джеральд Мейсон проснулся ни свет ни заря. Бросив взгляд на стенные часы, он досадливо поморщился и попытался снова погрузиться в сон, но это оказалось бесполезным занятием. Проворочавшись, минут десять, он понял, что заснуть не удастся, и сел на кровати.
