- Господи, я все еще не могу поверить! - в который уж раз говорит хозяйка. - А как ее там зовут?
- Она носит фамилию мужа - Станиславская. Что же касается имени... Я не знаю, подлинное ли это имя, не сменила ли она... Мне она представилась как Зейнап.
- Зейнап! - влюбленно шепчут губы отца и матери.
- Нет, нет, - говорит отец, - она не сменила, это ее настоящее имя.
- А она работает где-нибудь? - спрашивает мать. - Ведь у нее, бедняжки, никакой специальности...
- Работает, и очень успешно. Старший художник текстильного комбината. Но этим она не ограничивается. Недавно она получила первую премию за эскизы росписи Зала сказок во Дворце октябрят. Они показывали мне эскизы, это действительно очень здорово!
И вдруг я замечаю, как радость начинает угасать в глазах родителей, как тревожно они переглядываются.
- Тут что-то не так, - с трудом произносит мать. - Этого не может быть. Она не умеет рисовать, совсем не умеет. Это единственное, к чему она совершенно неспособна. И она с детства ненавидит рисование!
- Видишь ли, Машенька, - неуверенно говорит Урусов, - художественные критерии не везде одинаковы. Может быть, там ценится совсем не то, что у нас.
Он пытается утешить жену, но я вижу, что и он мне не верит.
- Оставь, Рашид! - говорит она. - Это он во всем виноват, он обязательно хотел, чтобы она стала художницей, - объясняет она мне, чуть смягчая упрек улыбкой. - Отдали ее в школу с художественным уклоном, хотя тогда уже было ясно, что ничего из этого не выйдет. Если бы не его имя, ее бы туда и не приняли. Сколько слез мы пролили за десять лет, сколько раз она просила забрать ее оттуда!
- "Просила"! - усмехается он. - Просто бросала школу, даже не ставя нас в известность об этом.
- А он водворял ее обратно. У нее были такие способности к математике, к языкам! Но он упорствовал. И кончилось все это двойкой на экзамене. Разразился страшный скандал. Девочка вынуждена была покинуть дом, она ушла в одном платьице!..
- И тут, - говорю я, пытаясь разрядить атмосферу, - она повстречала залетевшего на Сливу Збигнева, который вовсе не интересовался ее отметками.
- Полагаю, - перебивает меня он, - что они познакомились еще до экзаменов. Вот у девочки голова и закружилась. Иначе на тройку-то она все-таки вытянула бы.
- Возможно, что и до, не знаю. А после экзаменов, когда он предложил ей лететь вместе с ним, она, наверно, спросила: "Неужели ты сможешь любить девчонку, у которой двойка по рисованию?" И этот негодяй ответил: "Всю жизнь я мечтал именно о такой жене: с двойкой по рисованию и родинкой на брови". После этого он поцеловал ее в родинку, они стартовали и выбросили в иллюминатор табель со злополучной двойкой...
- Вы назвали его негодяем? - насторожилась мать.
- Нет, нет, что вы, это золотой парень! Мой любимейший ученик! А обругал я его только за ослушание. Дело в том, видите ли, что я категорически запретил ему летать дальше седьмой зоны дальности. А Слива находится - разумеется, по нашему, земному, счету - в девятой зоне. Это, знаете ли, немалый риск - одному забираться в такую даль. Мало ли что может случиться в космосе!
- Господи, идти на такой риск! Семейному человеку!
- Простите, тогда он еще был холост. А молодым всегда хочется поиграть своей силой, попробовать запретный плод, рискнуть. Вот он и залетел на Сливу тайком от меня. И здесь он, как я понимаю, старался на всякий случай держаться в тени, в научных кругах не появлялся. Так и таил от меня свой полет. Это уж только сегодня, сопоставив всякие факты, я сообразил, что к чему. Я еще сниму с него стружку.
- Но ведь все окончилось так хорошо! - вмешивается Таня. - Они нашли здесь друг друга. Тогда, уйдя из дому после ссоры, Зейнап ведь могла сделать что-нибудь непоправимое, если бы не встретила Збигнева.
- Да! Да! - говорит хозяйка. - Я просто не знаю, как вас благодарить за эти вести. Капитан, налить вам еще чаю?
- Спасибо. А благодарить вы должны не столько меня, сколько инспектора Грушина. Только его спокойный ум, его доверие, его неназойливая настойчивость помогли мне преодолеть свою забывчивость.
- О, Грушин - редкостный человек, я знаю!
- Этого редкостного человека, - безжалостно сообщает муж, - несколько дней назад Маша обозвала бессердечным дармоедом.
- Обозвала, - сокрушенно признается жена. - Я позвонила ему, а он мне сказал, что никаких новостей для меня у него пока нет. Вот я и ответила, что новостям неоткуда взяться, пока в милиции сидят такие бессердечные дармоеды... Я позвоню ему, попрошу прощения.
Урусова виновато разводит руками и продолжает:
- Но меня все-таки очень интересует - чем она там занимается. Художник это явно не она, вы, наверно... имели в виду кого-то другого. Вы ведь сами, капитан, говорили о своей забывчивости...
Нет, теперь уж ничто не собьет меня с толку! Я говорю:
- Дорогая Мария Макаровна, я ничего не спутал. Ваша дочь - художник. По-моему, очень талантливый и изобретательный. Я действительно забывчив, но соображать, глава богу, умею. Сейчас и вы все поймете. Она использует для эскизов свои хверцы. Это же ясно, как безоблачное утро! Лица, рожицы, физиономии, улыбки, маски, гримасы, морды всяких зверюшек - это сейчас становится на Земле самым модным рисунком для занавесочных тканей. А видели бы вы, сколько фантазии в ее эскизах для Зала сказок!
Вскочив со стула, Урусов воскликнул:
- Послушайте, это же блестящая идея - использовать хверцы для интерьеров!
- Ради бога, Рашид, при чем тут твои интерьеры? Наша дочь нашлась, она жива, понимаешь?
- Понимаю, Машенька, понимаю. И - какая дочь! Это же просто гениальная девчонка! Ай да Зейнап! Я знал, что она станет художником!
Старик быстро шагал по столовой, обращаясь то к одному из нас, то к другому.
- А ты еще не верила капитану, Машенька! Ай да Зейнап, ай да голова! Сейчас мне уже представляется диким, что никто до этого раньше не додумался. Впрочем, поищите-ка такие хверцы, какие получаются у нее!
- Да, у нее всегда получались изумительные хверцы. Все ими восторгались. Некоторые из ее хверц я храню до сих пор. Несколько папок.
- Завтра же покажешь их мне. Как вам понравилась бы такая, скажем, табличка на здании: "Построено по проекту архитектора Урусова. Интерьеры - по эскизам Урусовой-Станиславской". А? Неплохо звучит? Это может быть Институт сливо-землянских отношений. Или Клуб сливо-землянского братства. Я уже почти вижу эти здания!
Благословенны мальчишки, сохраняющие мальчишество до седых волос и глубоких морщин. Но все же я решил, что пришло время вернуть старика к действительности. Для этого я выложил свой последний козырь:
- Збигнев говорил мне, что они ждут ребенка. Насколько я понимаю, теперь у вас уже есть на Земле внук. Или внучка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
