— Как оказалось возможным, чтобы появился новый игрок? — спросил Джегань тоном, который заставил Сестру Эрминию задрожать, как мелкой песчинке.
Ей пришлось дважды сглотнуть, прежде чем она собралась духом ответить.
— Ваше Превосходительство, мы не располагаем… всеми тремя шкатулками. У нас только две. В конце концов, существует третья шкатулка, та, что была у Тови.
— Ты подразумеваешь ту украденную шкатулку, с которой вы, глупые сучки, отослали Тови прочь одну, вместо того чтобы оставить её вместе со всеми вами остальными? — Это походило скорее на грозное обвинение, чем на вопрос.
Сестра Эрминия, находясь на грани паники, протянула палец в сторону Кэлен.
— Это её ошибка! Если бы она сделала так, как мы ей приказали, и принесла бы все три шкатулки одновременно, то мы бы остались все вместе, располагая всеми тремя шкатулками. Но ей не удалось принести их одним разом. Это всё из-за неё!
Сестра Улиция распорядилась, чтобы Кэлен запрятала все три шкатулки в свой рюкзак и принесла их. Все три — не помещались, потому она решила принести только одну, после чего, намереваясь вернуться за другими.
Сестра Улиция не была обрадована подобным обстоятельством, если не сказать хуже. Она избила Кэлен в кровь почти до смерти за то, что они действительно никак не поместились бы в рюкзак все три одновременно, ведь рюкзак не был достаточно большим.
Кэлен не пыталась говорить в свою защиту. Она отказалась унижаться в попытке объяснить людям, которые не внимали разуму.
Джегань оглянулся назад через своё плечо на Кэлен. Она встретила его пристальный взгляд ничего не значащим выражением лица. Он повернулся обратно к Сестре Эрминии.
— Ну и что? Сестра Улиция ввела шкатулки в игру. А значит она — игрок.
— Другой игрок! — крикнула Сестра Улиция, с места на полу между ними, — Теперь два игрока! Отсчёт года пошёл! Это невозможно! — Сестра Улиция неожиданно рванулась, — Не-воз-мож-но!
Ничего поблизости от неё не оказалось, потому она схватилась лишь за воздух.
Она тяжело плюхнулась на пол, учащенно делая вздохи. Она спрятала лицо в дрожащих руках, ошеломлённая тем местом, где сейчас пребывала.
Джегань отвернулся, погрузившись в мысли, которые обдумывал.
— Может ли так оказаться, что оба, обладающие шкатулками могут оказаться в игре в одно и то же самое время? — спросил он себя.
Глаза Сестры Эрминии стремительно забегали вокруг. Она выглядела неуверенной для попытки дать ответ. В итоге, она сохранила молчание.
Сестра Улиция протёрла глаза.
— Он исчез.
Джегань нахмурился на неё.
— Кто исчез?
— Я не могла видеть его лица, — Она подала неопределённый жест, — Он был во мне только что, передавая мне сообщение, но теперь он исчез. Я не знаю, кем это было, Ваше Превосходительство.
Женщина выглядела потрясённой до самых костей.
— Что ты видела? — спросил Джегань.
Словно столкнутая неожиданным стремительным ударом, она взметнулась на ноги. Её глаза расширились от боли. Кровь сочилась из одного уха.
— Что ты видела? — повторился Джегань.
Кэлен видела, какую боль в прошлом он причинял Сёстрам. Был ли он в состоянии или нет оказаться в голове у Сестры Улиции прежде, теперь было ясно, что теперь он без труда мог проделать это.
— Это был кто-то, — произнесла Сестра Улиция, задыхаясь, — Кто-то, кто только что был здесь, в палатке, Ваше Превосходительство. Он сообщил мне, что появился новый игрок, и по этой причине отсчёт года начнётся заново.
Джегань нахмурив, напряжённо сдвинул брови.
— Новый игрок за власть Одена?
Сестра Улиция кивнула, будто боясь признать это.
— Да, Ваше Превосходительство. Ещё кто-то также ввёл шкатулки Одена в игру. Мы предупреждены, что отсчёт года должен начаться вновь. У нас в распоряжении один год с сегодняшнего дня, первого дня зимы.
Глубоко погрузившись в собственные размышления, Джегань направился к выходу. Двое из элитной гвардии раскрыли двойную занавесь так, что император прошёл через проход не задерживаясь.
Кэлен знала, что если она не окажется поблизости под рукой, то это послужит очередным поводом перенести боль от ошейника, потому она последовала за ним до того, как получит подобное напоминание. Позади неё, Сестры Улиция и Эрминия поспешили не отстать.
Рослые солдаты из элитной гвардии, что находились снаружи палатки, без всякого предупреждения обступили императора со всех сторон, освобождая дорогу императору. Другие — солдаты особой охраны Кэлен — двинулись следом, плотно примкнув позади них.
Оставаясь поблизости позади Джеганя в холодном рассвете, Кэлен потёрла руками, пробуя выработать немного тепла. На западе возвышалась стена чёрных туч.
Даже сквозь вонь лагеря, она могла почувствовать пробивавшийся запах дождя во влажном воздухе. Тонкие облака, бегущие на восток, отдавали кроваво-красным оттенком в утренних лучах первого дня зимы.
Джегань стоял, тихо разглядывая огромное плато вдали. На вершине этого высокого плато возвышался Народный Дворец. Наряду с тем, что несомненно это был дворец, его просторы трудно было представить.
Он также приходился и городом, действительно большим городом, который являлся средоточием мощи всей Д`Хары. Этот город стоял, словно последний оплот сопротивления вожделению Имперского Ордена управлять миром и насильному принуждению человечества к своим верованиям.
Армия Ордена простиралась подобно ядовитому мерзкому морю вдоль Равнины Азрит вокруг плато, изолируя её от любой надежды на спасительное освобождение.
Первые проблески света только-только коснулись удаленного дворца, заставляя мраморные стены, колоны и башни светиться золотом в лучах восходящего солнца. Это было бесподобно великолепное зрелище.
Такой, ещё не запятнанной их развратными руками, красотой открывшегося вида дворца, все эти люди Ордена только вдохновлялись ревностью и ненавистью.
Они жаждали разрушить это место, стереть подобное величие из существования с целью подстраховаться, что человек никогда вновь не сможет устремиться к подобному достоинству.
Кэлен довелось побывать в том дворце — дворце Лорда Рала — когда эти четыре Сестры привели её туда, чтобы заставить её выкрасть шкатулки из Сада Жизни.
Великолепие того места повергало в трепет. Кэлен очень не хотелось выносить те шкатулки из сада Лорда Рала. Они не принадлежали Сёстрам, хуже того, Сёстры были под властью зловещих намерений.
На том алтаре, где стояли шкатулки, Кэлен на том же самом месте оставила свою самую драгоценную вещь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
