над четырьмя танкерами-генераторами. Топливные баки этих исполинов после прыжка в полном составе всего 1-го «ударного» космофлота были сейчас практически пусты. Настолько, что даже сами корабли не могли двигаться в пространстве, беспомощно паря в космосе под прикрытием фрегатов. — Одновременный прыжок таким большим количеством кораблей, какой мы совершили только что, — дело эффектное и иногда очень нужное, но, к сожалению, крайне энергозатратное. Одна активация генераторов перехода — и у тебя уже нет недельного запаса топлива для всего твоего космофлота. А ведь нам необходим интарий не только для прыжков, но и для ведения полноценных боевых действий. Маневры и защитные щиты — все это требует огромного расхода энергии и ее негде взять, кроме как сжечь в топках очередную тонну интария…
Коннор Дэвис прекрасно помнил, с какими трудностями столкнулся, когда вел свой флот и союзные польские хоругви в «Тавриду» от самой системы «Сураж», преодолев пятнадцать звездных секторов за считанные дин. В каждую звездную систему на этом пути им приходилось прыгать именно через мобильный портал Дэвиса, чтобы не тратить время на переброску кораблей через стандартные врата, которые попросту не могли переправить большое количество вымпелов за один раз. Обычными методами это было чудовищно медленно и рискованно — противник успел бы среагировать на передвижение и стянуть подкрепления к опасном сектору.
Поэтому плата за скорость и скрытность была велика. Запасы интария таяли буквально на глазах. Командующему 1-го «ударного» приходилось собирать топливо по крупицам, отправляя танкеры и заправщики во все уголки подконтрольного американцам пространства. Он вынужден был обращаться за помощью даже к частным компаниям и губернаторам пограничных систем своих союзников, причем не самых лояльных, которые еще и кривили при этом физиономии. Благо не решались на открытое неповиновение. В общем, необходимое для длительного перехода топливо доставляли со всех ближайших систем конвоями из десятков кораблей и судов, но его все равно не хватало. Слишком большим был расход интария после каждого подпространственного прыжка…
В результате к моменту прибытия в «Тавриду» большинство танкеров и заправщиков, обеспечивающих космофлот Дэвиса и союзную польскую эскадру Вишневского, были практически пустыми. Никто об этом не знал, но командующий еле наскреб интария, чтобы совершить финальный бросок в «Екатеринославскую», о котором шла речь, и который стал такой неожиданностью для императора и Дессе.
В итоге, существенную часть кораблей снабжения пришлось сразу отрядить к Никополю-9 вместе с эскадрой Ди Сенны в надежде на захват топливных хранилищ русских. А остальные суда так и остались в «Тавриде», ожидая своей очереди на заправку.
— Если я второй раз активирую свой передвижной портал, то у трех наших космофлотов не останется интария вообще, — тяжело вздохнул командующий, глядя на Элизабет. В его голосе слышалась неприкрытая усталость и раздражение от бесконечных топливных проблем. — И «раски» смогут взять нас тепленькими, как только у наших кораблей заглохнут двигатели и отключатся щиты… Так что пока придется вам переправляться в «Екатеринославскую» стандартными методами, вице-адмирал. Это не обсуждается…
— Понятно, сэр, — недовольно буркнула Уоррен, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку кресла. Выражение ее лица и поза выражали крайнюю степень неудовлетворенности сложившейся ситуацией. Адмирал прекрасно понимала, что со своим 4-ым «вспомогательным» космофлотом она попадет в систему «Екатеринославская» не раньше, чем через сутки. Ведь перед ней в очереди на переброску через врата стояли еще корабли 6-го флота под командованием Нейтена Джонса, которые первыми, вслед за своим авангардом, должны были уйти в подпространство. — Я просто предложила более быстрый вариант, чтобы мы могли незамедлительно приступить к активной фазе операции. Но если вы считаете иначе, сэр, то я подчинюсь вашему решению.
— Не переживайте, вице-адмирал, у вас на это время тоже будет важное задание, — улыбнулся Коннор Дэвис, стараясь смягчить разочарование своей подчиненной. Он ценил боевой настрой Уоррен и ее рвение поскорее вступить в бой, но сейчас требовалась осторожность и четкое следование плану. — Поверьте, ваша роль в предстоящих событиях будет не менее значимой, чем у остальных наших сил. Я бы даже сказал — ключевой.
— Сомневаюсь, — скептически хмыкнула Элизабет, вскинув бровь. В ее голосе явственно слышались нотки сарказма и недоверия. — Неужели найдется что-то более важное, чем непосредственное участие в захвате «Екатеринославской»? Трудно в это поверить, сэр. Скорее всего, мне просто хотят скормить какую-нибудь второстепенную задачу, чтобы я не путалась под ногами у тех, кому доверили главные роли.
— Не сомневайтесь, — улыбка мгновенно исчезла с лица «Мясника», уступив место жесткому и пронзительному взгляду. Голос командующего стал тверже стали, не терпя никаких возражений. — Если я говорю, что задание важное, значит, так оно и есть. Я не бросаюсь словами на ветер, вице-адмирал. И уж точно не стал бы недооценивать ваши способности, поручая вам какую-то бессмысленную работу. Вы меня понимаете?
— Так точно, сэр! — Элизабет невольно подобралась, услышав столь резкую отповедь Дэвиса. Она поняла, что перегнула палку со своим скепсисом и чуть не заработала серьезный нагоняй от командующего, которые постоянно получал Нейт Джонс. Уоррен знала крутой нрав «Мясника» и не хотела испытывать его терпение. — Приношу свои извинения за неуместные сомнения. Я готова выполнить любой ваш приказ. Слушаю вас внимательно.
Дэвис удовлетворенно кивнул, принимая некое покаяние подчиненной. Он не любил, когда его решения подвергались сомнению, особенно со стороны старших офицеров. Но Коннор был готов закрыть глаза на эту маленькую промашку Уоррен, зная ее импульсивный характер и горячий нрав. Сейчас следовало сосредоточиться на деле.
— Мы так активно принялись за захват «Екатеринославской», что совершенно забыли о наших так называемых союзниках, — произнес Коннор Дэвис, обводя всех присутствующих тяжелым взглядом. В его словах явственно слышалась тревога и настороженность. — Султан Селим со своим «Корпусом Силахдаров» остался в «Тавриде», в нашем тылу. Да, формально мы вроде бы снова помирились после некоторых разногласий, но я слишком хорошо знаю коварство османов, чтобы вот так запросто поворачиваться к ним спиной. Надеюсь, вы меня понимаете, леди и джентльмены. Нельзя недооценивать хитрость и изворотливость этих ребят, даже если сейчас они прикидываются нашими верными друзьями.
— Но ведь Селим должен быть просто счастлив приобретением «Тавриды», а также «Бессарабии», — недоуменно пожал плечами Нейтен Джонс, который похоже, устал молчать и решил вмешаться в разговор, чтобы прояснить для себя некоторые моменты. — Насколько я знаю, по нашим договоренностям в ближайшем будущем под власть султана должна отойти еще и система «Новый Кавказ». И после всех этих территориальных приобретений вряд ли стоит ждать от
