Жаров.
— Ага, ясно, — буркнула Аня, понимая, что ничего не ясно, но чувствовала, что позориться непониманием ситуации дальше не стоит. Скидку на возраст тут не дают, и поэтому она с некоторым пафосом заявила:
— Думаю, что за шесть лет я соображу, как выполнить эти условия.
— И самое главное, — перебил её князь Жаров, — требуется показать, что ваша родовая магия полезна императорскому дому.
— Каким образом показать? Надо сделать артефакты?
— Если научитесь, то сделайте, — фыркнул молодой, — хотел бы я посмотреть на артефакт Лунных! Говорят, в далеком прошлом у них это здорово получалось, только они никому не были нужны!
Аня смотрела на развеселившегося сына князя и чуяла подвох. Он гримасничал, закатывал глаза и делал вид, что подносит ко рту что-то вроде дудочки и играет на ней. И можно было бы считать его придурком, но сам князь тоже развеселился. Однако, посмотрев на непонимающее лицо Ани, снизошёл до оправдания растерянной маленькой княжны:
— Видимо, Гераб Лазорев запретил Фаянке упоминать о своём клане, и вы не знаете, как работали ваши предки.
Аня вновь отметила, как пренебрежительно красные упомянули синеволосого и белокурую. Ей это было неприятно, но она как птичка наклонила голову вбок и ждала дальнейших пояснений.
К сожалению, из коридора послышался шум, и князь коротко бросил:
— Вам достаточно будет продемонстрировать на балу, что вы держите под контролем свою магию и освоили хотя бы на примитивном уровне одно-два заклинания вашего рода.
— А если император сочтёт мои умения недостаточными?
— Я бы на вашем месте — встрял молодой, — больше беспокоился о контроле над родовой силой. По словам многоуважаемого Чтеца она у вас есть, а ещё силы добавит источник и всё это надо уметь контролировать. Без этого вы не доживёте до бала.
Аня посмотрела на молодого и подумала о том, что огненным сложно контролировать свой дар. Парень вспыхивает по каждому поводу и это отражается в его необыкновенных глазах. Вот только непонятно откуда в огненных столько спеси по отношению лазурным или лунным?
Князь Жаров дал знак сыну помолчать, а сам продолжил:
— Ну, а если дело дойдёт до демонстрации каких-либо умений, и они не впечатлят императора, то вам назначат мужа. И если в новом клане вас сочтут хорошим приобретением, то ваша жизнь неплохо сложится.
— Многие ли кланы заинтересованы в наследнице Лунных? — быстро спросила Аня, уже видя приближающуюся по коридору шумную толпу служанок.
— Как бы то ни было, вы — княжна, — пожал плечами князь Жаров.
— Благодарю, — ответила Аня, поняв по тону недосказанное. Собственно, самого князя Жарова послали к ней мановением пальца сиятельного и он не смог возразить. Так что вроде все князья, но некоторые важнее и ценнее других.
— Я готова следовать за вами.
Глава 4. Горькая реальность.
Аня спешила за князьями и пыталась утвердить для себя основное. Во-первых, она одарённая! Причём не хило так одарённая, раз это сквозь зубы признали другие! Конечно, предпочтительнее было бы оказаться целителем, так как это понятней и стопудово во всех мирах должно быть востребовано, но раз источник Лазурных её даже знать не хочет, то она готова знакомиться с источником Лунных. Ещё бы понять, что это за лунная магия такая!
Анну вдруг осенило, что если источник Лазурных признавал бы её хотя рядовым членом клана Лазурных, то тогда её скормили бы пограничным камням! Ведь Император провозгласил что-то вроде: око за око, клан за клан!
Вот ведь, не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь. Наверное, Фаяна терпела немало насмешек, что её дочери отказали в связи с источником, а вышло вон как.
Больше времени не было подумать о том, что уже узнала. Может позже появятся другие умные мысли, но сейчас Аню во дворе ждало потрясение: на огороженной площадке в воздухе висела платформа размером с двуспальную кровать.
— Приходилось раньше летать? — настороженно спросил князь Жаров.
Аня лишь кивнула, не сумев ответить вслух, а потом спешно отрицательно замотала головой и прикрыла глаза. От резких движений у неё закружилась голова. Возможно, свежий воздух так подействовал, а может, давал знать голод, хотя врачи однозначно сказали бы, что всему виной сильнейший стресс.
— Держитесь за эти ручки, — посоветовал мужчина, ступая на платформу первым и становясь у края, широко расставив ноги.
Его сын повторил за ним, а вот Аня выбрала середину и села, наплевав на насмешливые взгляды краснопламенцев. Впрочем, она заметила, что они не были так уж самонадеянны и ступнями зацепились за прикреплённые к платформе ручки-скобы. Аня же двумя руками схватилась за эти скобы и ещё с удовольствием пристегнулась бы ремнём, не доверяя своей силе рук.
Кроме князей и Ани на платформе стоял… рулевой. Да, он придерживал толстую оглоблю, при помощи которой, по-видимому, собирался задавать направление платформе. Подробнее ничего увидеть не удалось из-за возвышающихся фигур мужчин.
— Готова?
Нет.
Она ни к чему не готова, но кивнула. Девушка надеялась, что скорость будет маленькой, иначе бы князья не остались стоять, но ошиблась.
Ой-ёй-ёй, как ошиблась!
Платформа плавно поднялась, покачнулась и начала набирать ход. Ветер начал бить по глазам, выбивая слёзы, и Анюта сощурилась, с отчаянием следя за возвышающимися князьями.
Им хоть бы что! А платформа продолжала разгоняться, и маленькой пассажирке пришлось скукожиться, а потом и вовсе лечь, невзирая на впивающиеся в тело спрятанные ценности. Её малый вес играл против неё и ветер сдувал её. Рулевой привлёк внимание своих хозяев к тому, что у их гостьи проблемы, но те даже не обернулись.
Для Ани полёт на платформе стал тестом на выживание. Она боролась за свою жизнь, вцепившись в ручки и зажмурив глаза. Когда всё закончилось, у неё не осталось сил.
— Вставай! Ты мешаешь пройти, — недовольно рявкнул Яр и слегка пнул её носком сапога. Не ударил, но показательно брезгливо проверил, не сдохла ли она.
Движимая ненавистью, Аня поднялась и, как ей казалось, испепелила взглядом молодого князька, но видимо, у неё был слишком жалкий вид, чтобы впечатлить кого-либо своей яростью.
Она спрыгнула с платформы, едва не покатившись кубарем, но удержалась и рукавом вытерла слёзы. Мешочек с кубками, драгоценными тарелочками и шкатулочками улетел. Поначалу она пыталась удержать его, но потом стало не до этого.
Аня едва стояла на подгибающихся слабых ногах. Дрожь охватила всё тело, и с этим ничего нельзя было поделать.
