дверях.
– Как у вас успехи? – неторопливо притянув к себе коробку, поинтересовался Ратан.
– Отчеты о чешуйках у Одди в руках, – ответил Мара, жестом призывая мальчика отдать бумаги Ратану.
– Отчеты о чешуйках? – переспросил послушник, взглянув на первый лист кипы.
Улыбнувшись, главный грин поправил себя:
– Как успехи в ваших наблюдениях друг за другом? Все ли в порядке?
– Наверное да, но… – начал неуверенно Одди.
– Все в порядке. Ничего важного не было, – тут же вмешался Мара.
Ратан внимательно посмотрел на Мару, затем перевел взгляд на послушника.
– Есть какие-то вопросы, Одди?
Мальчик недолго думая поделился:
– Как я могу понять гринов, если Мара другой и не похож на них?
Огневолосый сделал шаг назад и грозно прошипел:
– Я же говорил не болтать никому.
– От меня то точно не стоит скрывать что-либо. Ведь это бессмысленно, – прокомментировал Ратан, величественно глянув на подчиненных. – Одди, именно потому что Мара другой, мы решили вас объединить. Он преспокойно уживается со всеми. Не смотря на свой характер, способен быть хладнокровным, практичным, помощником и сопровождающим практически для любого существа. Тебе особенно будут полезны такие навыки.
– Но разве быть неискренним нехорошо?
– Уметь сотрудничать и находить общий язык со всеми в нужное для того время, и отделять личное от окружающего – важно всегда.
– Простите, я плохо могу представить это.
– Не переживай. Со временем все придет.
– Все придет?
– Ты и этого не понял? – похоже, Мара уже был вымотан. – Может перестанешь переспрашивать?
Одди ответил грину с неподдельным недоумением:
– А ты скажи Ратану, чтобы не лез в наши дела, и я не буду разрешать себе спрашивать обо всем.
– Сказать Ратану? Что? – чуть ли не потерял дар речи Мара. – Да как ты смеешь? Поверить не могу! Погоди… Не будешь разрешать? Ты себя за собаку держишь?
Внезапно главный грин разразился громким смехом.
– Вижу, вы очень быстро поладили. Но могли бы перенять друг у друга хорошие манеры. Уже немного начинаю жалеть о своем выборе.
– Вам не стоит беспокоиться об этом, – немного поклонился Мара в сторону Ратана.
– Верно. Что сделано, то сделано, – улыбнулся Одди.
– Ты сейчас нарываешься на неприятности? Нет, ты точно нарываешься.
– Мара, все в порядке, – добродушно пытался уверить Ратан. – Мальчик только учится правильно себя вести.
– Но такое поведение не допустимо по отношению к Вам.
– Недопустимо? Прошу прощения! – тут же поклонился Одди Ратану.
Ратан с довольством хмыкнул и заглянув в коробку с чешуйками эмоций, одобрительно кивнул, и рукой поманил Одди, чтобы забрать у него бумаги.
Пока послушник стоял рядом, Ратан случайно заметил любопытные глаза Одди, смотрящие внутрь коробки.
– Красивая россыпь, не так ли? – мимоходом спросил главный грин, продолжая изучать бумаги.
Мальчик смущенно поделился о том, что как бы он ни старался, никак не выходит увидеть крапинки. Ратан отложил бумаги и с серьезным видом сцепил перед собой руки в замок.
– Это правда?
– Да, – почтенно отозвался Мара. – Подозреваю, что во время забавы с пятигранными камнями он не заметил даже блеска образования чешуек.
– Это плохо? – встревожился Одди.
– Вовсе нет, но и не хорошо, – Ратан вернулся к изучению отчета. – В любом случае, когда-нибудь ты их увидишь.
– Правда?
– Да. Я помогу тебе в этом, когда оно будет необходимо.
– А как?
– Одди, хватит вопросов, – вполне терпеливо посоветовал Мара.
– Думаю, это произойдет тогда, когда ты найдешь свой путь, – неторопливо выронил Ратан.
Главный грин через пару мгновений попросил Одди покинуть кабинет. И когда мальчик вышел за массивную дверь, мужчина пересыпал половину имеющихся темно-багровых, почти черных, крапинок в стеклянную бутыль, и закрыл ее пробкой из пенькового дуба. Вручив заполненный по горлышко сосуд Маре, Ратан потребовал первым делом передать его стражу стихии земли, чтобы тот в свою очередь отправил «нежданный подарок» Ехидне.
О том, как хранить чешуйки душевных эмоций, знают лишь некоторые сильные существа и их доверенные лица.
Только Ехидна и Ратан на континенте Фит могут справиться с поглощением и хранением темно-багровых чешуек. Только они двое не имеют побочных эффектов от них.
Когда Мара получил свое задание, он сразу понял, что за последнее пятилетие негативных эмоций накопилось настолько, что Ратан не в силах справиться с этим в одиночку. С благодарностью приняв остальные задания, Мара вышел из помещения.
– О чем говорили? – поинтересовался Одди.
– О том, что ты вечно суешь свой нос куда не надо.
– Мог бы и нормально сказать, что это секрет.
– Главное, что ты понял. Но могу поделиться тем, что я очень рад: где-то далеко живет существо, полностью понимающее Ратана и его тяжелую ношу.
– О чем ты? Ратану плохо?
– Плохо? Нет. Он со всем справится, чтобы не было плохо.
– Я тоже так хочу.
Первый раз Одди услышал, как Мара искренне засмеялся.
– Что тебе мешает?
Одди в ответ улыбнулся.
– Не знаю.
– Я тем более. Так-с, поспешим выполнять задания. Сегодня нам многое предстоит.
– Мног… Я смогу помочь?
– Не мешайся и просто внимательно наблюдай за всем. Если нужна будет помощь, я тебе скажу об этом.
– Хорошо. Мара, а ты же представляешь себя светлячком, когда превращаешься в огонек? Я думаю, у тебя много общего с ними.
Грин был ошеломлен каверзным вопросом, но затем, с умным видом ответил:
– В тебе явно скрывается талант дерзости. Но его нужно показывать искусно.
– Искусно?
– Потом об этом поговорим. Первым делом – задания Ратана.
Весь день Мара и Одди выполняли порученную им работу. И, хоть грин говорил мальчику, чтобы он не вмешивался в дела без спроса, Оутэрнум делал так, как хотел. На большинство ругательств, советов, наставлений от Мары, Одди не лез за словом в карман.
Так и началась полноценная и насыщенная жизнь Одди Оутэрнума в Гриновом лесу, где он сумел завести первых самых надежных друзей, и талант понимать любое существо вне зависимости от своего «Я».
