призналась женщина и отвернулась к столешнице, чтобы налить еще кружку чая. — Вы вчера так были заняты мясом, что до пирога просто не дошли. А жаль, зная кулинарные способности нашей птички.
— Не преувеличивай мама, — вклинился в диалог Илья. — Твоим пирогам все равно нет равных.
— Спасибо сына, — Ольга погладила парня по голове, потрепав его светлые волосы. — Кухня матери, всегда будет нравиться ее ребенку больше. Однако когда ты в этот дом приведешь Сашеньку, тебе придется нахваливать ее золотые руки.
Илья в очередной раз повернулся и посмотрел на Арского. Ни единый мускул не дрогнул на его идеально красивом лице, хотя тот прекрасно понял, в качестве кого он должен привести Сашу в этот дом. И именно это и взбесило Илью. Его реакция.
— Ольга Наумовна спасибо за заботу, — стул под парнем скрипнул и он поднялся. — Я уже давно так вкусно не завтракал.
— Что ты Макс. Это мой долг, пока ты гостишь у нас.
— Спасибо, и если вы не против, я пойду отдохну, после сытного завтрака, — и покинул комнату.
Илья посмотрел ему в след, в надежде, что тот что-то скажет или посмотрит на него. Но нет.
— Вот же воспитанный молодой человек, — произнесла Ольга, убирая со стола посуду. — Нужно обязательно его с кем-то познакомить.
Но Илья не слышал мать, он все думал о словах Макса. Впервые за месяц их знакомства, он задумался над тем, что их связывает друг с другом и в ту же секунду пожалел. Он почувствовал гнев. Это неприятное чувство обжигало разум и ядовитыми шипами сомнения впивалось в сердце, причиняя жгучую боль. Уголки губ парня задрожали, в порыве злости он со всей силы сжал чайную ложку, пытаясь успокоиться.
«Это что-то новое. И его, не было раньше»…
— … Илья. Илюша.
Опомнившись, парень посмотрел на мать. Вот уже несколько минут она пыталась дозваться его. Но ее попытки, по-видимому, были безрезультатными, так как сейчас на него смотрела пара встревоженных глаз.
— Что с тобой такое? Разве не слышал, отца? Он звал тебя.
Отметая, последние мысли прочь, Илья встал, проведя салфеткой по губам.
— Правда?
— Да!
Ольга подошла к нему и приложила ладонь ко лбу, проверила нет ли у того температуры.
— Сына, ты какой-то растерянный после возвращения из Москвы. Не собранный. Случайно не заболел?
— Все хорошо, мама, — парень поцеловал ее в щеку. — Я просто задумался. Не бери дурного в голову. Ладно?
— Ладно, — согласилась она, все же, с небольшим сомнением.
— Вот и отлично. Я пойду отцу помогу и спасибо за завтрак.
Глава 8
Тебе больно — прими это.
Ты сама захотела испытать боль в желании любить его. (с)
Вот уже несколько часов Саша сидела в архиве пытаясь упорядочить каталоги. Тёмное, пыльное помещение, без единого намека на дневной свет, скорее походило на каземат, чем на хранилище вековых знаний.
Сняв очки, девушка помассировала напряженные веки. Глаза болели, вдобавок к голове. Посмотрев на стол, забитый пустыми бланками, она печально вздохнула. Казалось, что за то время что она находится в архиве, работы не убавилось, а скорее наоборот- прибавилось.
Они с Варей были молодыми сотрудниками, поэтому более опытные коллеги, в возрасте, вместо того чтобы гонять чаи дома, на пенсии, делали это в рабочее время, а девушкам, вместо них, приходилось делать всю черновую работу. И статус, в довеску к воспитанию, не позволял заикнуться об обратном. Саша, прекрасно понимая, как это будет воспринято «старшими» коллегами и донесено начальству.
От досады она сжала губы. Вот и сейчас, вместо того чтобы пойти домой, девушка сверхурочно сидела на работе и выполняла поручение Антонины Петровны. Варя бы ей обязательно помогла справиться с архивной документацией, но, бедняжка накануне заболела и сейчас отлеживалась дома с градусником в зубах.
Александра как раз собиралась ее сегодня проведать, но посмотрев на серые папки, лишь печально улыбнулась. Ей несказанно повезет, если она сможет вырваться из «каземата», хотя бы к десяти часам.
Достав из сумки телефон, Громова стала печально гипнотизировать его глазами, в надежде, что ей кто-то позвонит.
После приезда Ильи, прошло уже три дня, и за это время парень ни разу не удосужился ей позвонить. Если первые дни Саша понимающе его жалела, мол, он устал и ему нужно побыть с семьей. То сейчас испытывала некую долю гнева, что было ей не свойственно, учитывая спокойный характер.
Александра не хотела быть навязчивой, но руки так и тянулись набрать до боли знакомый номер. Ей так хотелось услышать его голос. И даже банального сообщения: «Привет. Что делаешь?», ей бы вполне хватило, чтобы немного ободрить себя.
— Но почему ты не звонишь? Я ведь соскучилась по тебе, — произнесла девушка вслух и положила телефон на стол.
Громова встала и подошла к одному из стеллажей. Дурные мысли так и лезли в голову, желая проронить зерно сомнения.
Она устало посмотрела на часы, когда раздался входящий вызов. От неожиданности Саша подпрыгнула на месте. Секундное промедление и вот она со всех ног летит к столу, желая немедленно ответить. На экране высветился неизвестный номер.
— Да? — с напряжением в голосе спросила девушка.
— Чиж, привет, это Власов! Не отвлекаю?
Саша засияла как новогодняя елка 31 декабря. К ее щекам мгновенно прильнула кровь, окрасив их в легкий алый цвет. От счастья, Громову так и распирало. Хотелось прыгать и целовать телефон, слушая любимый голос.
— Прости, замотался и совсем забыл тебя набрать, — продолжил парень. — Мы сейчас в центре и хотим немного развеяться и повеселится. Ты с нами или …?
Громова и опомниться не успела, как с ее губ сорвалось злополучное «Да». А опомнившись, поняла, какую роковую ошибку она совершила. Через десять минут Илья должен был забрать ее возле здания библиотеки, а Громова совершенно не была готова к свиданию. С ним.
Глава 9
Все достойны любви и даже те, кто в нее
