танк забыли.
Я оглянулся на большое здание цирка и офонарел. Из него действительно выкатывался танк. Это они против нас что ли тяжёлой техники нагнали? Ну, идиоты, как есть идиоты.
Надо князю при встрече намекнуть: пора ему менять начальника гарнизона, сто пудов, тыловая крыса. Если это он командовал парадом по освобождению княжеской дочери, не завидую я Звереву при серьёзной проблеме. Дров наломает, себя и князя под монастырь подведёт. Впрочем, это точно не моё дело.
Мы забрались в неприметный с виду микроавтобус. Причём Колокольчик, вопреки устоявшейся традиции, залезла в салон, вместо того, чтобы занять законное место рядом с водителем.
Я глянул в зеркало заднего вида и улыбнулся: не завидую княжне, ох, не завидую. Вербена в армии с подросткового возраста, причём выбрала этот путь сама, без понукания родни. Там, где она служила, муштруют на славу, дисциплина жёсткая, любовь к Родине и государю искренняя. Вот и посмотрим, из какого мякиша нутро у теперь нашего новобранца: гнилушка или горбушка княжна Розалия Сергеевна Зверева.
Девушки, наконец, устроились, и я тронулся в путь, размышляя о дне сегодняшнем, его необычностях и нежданных подарках. Вербена и без меня посвятить Розу во внутренние дела отряда, о которых ей нужно знать.
На базе нас ждали пироги с мясом, и отрубленная голова князя Беляева.
Глава 3
До базы добрались быстро, как говорится: время — обед, а мы ещё не завтракали. К моему удивлению, княжна всю дорогу больше слушала, чем спрашивала. То ли Колокольчик чересчур красочно живописала наше житьё-бытьё, в багровых тонах расписав нас самих и наши задачи. То ли девчонка до конца не верила в наказание, надеялась, что отец к утру, а то и к вечеру, передумает и заберёт нерадивое чадо домой.
Как бы там ни было, доехали мы без слёз, соплей и скандалов. Ворота гостеприимно распахнулись, пропуская наш чёрный микроавтобус «Барбадос Венц» на территорию базы.
Колокольчик первой выпрыгнула из салона, потянулась от души, огляделась по сторонам, кивнула Розалии, подзывая её к себе. Девчонка хоть и насупилась, но из машины вышла и подошла к Вербене.
— Так, держи, — графиня принялась потрошить багажник. — Тащи во-он туда. Видишь, дверца распахнута? Тебе туда.
— А дальше?
Княжна охнула, принимая рюкзак из рук Колокольчика.
— У вас там что. Кирпичи?
— В основном трупы, — с невозмутимым лицом выжала Вербена.
— Что? — девчонка выпустила мешок из рук и отскочила в сторону.
— Голову включи, — расхохоталась шутница. — Или мозги дома забыла? Трупы перевозят в специальных мешках, непромокаемых. Уяснила?
— Д-да, — процедила княжна, сообразив, что над ней прикалываются.
— Тогда рюкзак подняла и потопала, куда сказано. И осторожней, не дрова несёшь
— А что? — машинально поинтересовалась Розалия, в очередной раз попав в ловушку.
— Сердце живое, из груди материнской руками богатыря вырезанное, — замогильным тоном выдала Вербена.
Рюкзак снова выпал из рук княжны, я высунулся в окно и рявкнул:
— Ло, заканчивай, а то княжна прям тут окочурится от страха, а мы потом задолбаемся бумажки объяснительные писать. Тебе же и придётся.
— Шучу я, шу-чу, — мило улыбнулась Колокольчик. — Всё, больше не буду. Ступай вперёд, там тебя встретят.
— Да ну вас, — Зверева обиженно надулась, не без некоторого опасения пощупала его со всех сторон, но всё-таки закинула на плечо тяжёлый вещмешок и, сгорбившись под весом, пошла, куда послали.
— Ну вот на фига, спрашивается? — вздохнул я, выбираясь из кабины.
— Психологическая подготовка, — Вербена с коварной улыбкой смотрела вслед девчонке. — Пошли скорей, самое интересное пропустим.
— И когда только успела, — проворчал я, подхватил свой рюкзак и пошёл в казарму.
— Это ты у нас пень замшелый, хоть и молодой. А я барышня современная, мессенджерами всякими пользоваться умею…
Договорить Колокольчик не успела, тишину базы нарушил оглушительный визг.
— Да твою ж дивизию! Когда успели?
— Долго ли умеючи, — хихикнула графиня и ускорила шаг.
Нам навстречу неслась насмерть перепуганная княжна.
— Ну что, милая, что? Ноготь сломала? — сочувственно вздыхала Колокольчик, обхватив Розалию за плечи и заглядывая ей в глаза. — Каблук отлетел? Нет? Пятно на джинсы посадила? Ну тогда я даже не знаю, — всплеснула руками графиня. — Для девицы на выданье пятно на платье как пятно на репутации, хуже ничего случиться не может.
— Там… там… — княжна тыкала пальцем в сторону двери в казарму, одновременно отрицательно качала головой, отвечая на вопросы Вербены, и пыталась спрятаться за мою спину.
— Ну, пошли посмотрим, что там, — вздохнул я, прекрасно зная, что увижу.
— У вас там голова мёртвая! Живая! — завопила Розалия, обретая дар речи.
— Так живая или всё-таки мёртвая? — деловито уточнила графиня, беря девчонку под руку и целенаправленно таща за собой к казарме.
— Отрубленная! — вяло сопротивляясь, выпалили несчастная жертва команды отморозков.
— Отрубленная? Ну надо же. Слышишь, Свар, у нас тут голова без тела объявилась. Это кого же мальчики в расход пустили, пока мы монстров драли за листву и пестики?
— Разберёмся, — коротко бросил я, не желая участвовать в разговоре.
— Я… я туда не пойду, — заупрямилась княжна, когда до входа оставалось пару шагов.
— Что, прям там, на пороге?
Колокольчик остановилась, озадаченно поглядывая то на девушку, то на двери.
— Слушай, вот ты говоришь, голова мёртвая, но живая. Это как? — склонив голову к плечу, ласковым голосом поинтересовалась графиня.
— Она… она… она мне подмигнула! — смущённо прошептала княжна, внезапно осознав, какой бред несёт.
— Голова? Подморгнула? Ну надо же!
— Да!
— Мёртвая голова?
— Отрубленная!
— Ну хорошо, отрубленная голова тебе подморгнула. Чья?
— Что? — опешила княжна.
— Ну, мужская, женская, коровья? Может, свиная или кабанья?
— Мужская, — пробормотала Розалия, старательно отводя взгляд от тёмного дверного проёма.
— Мужская, значит, — покивала Колокольчик. — Ну, пошли, что ли, знакомиться с командой.
— Да вы! Да как вы можете! У вас здесь отрубленная голова валяется, а вы!
— А что мы? — невинно хлопнув ресницами, уточнила Вербена.
— Да вы не люди! Вы — монстры! Вы хуже монстров! — завопила княжна. — У вас на территории отрубленная голова! Го-ло-ва! Почему вы такие спокойные⁈ Вы люди вообще⁈
— Ну, голова, и что, — вздохнул я, устало поднимаясь по ступенькам.
