Гленвуд надеялся, им не придется заночевать в обществе капитана Бреннана и его суровых воинов. А вот Рам Джас был уверен: они доберутся до лагеря задолго до наступления ночи.
– О чем ты собираешься разговаривать с герцогом? – спросил Гленвуд, когда они проезжали через лесную лощину. – Он Тирис, а они не слишком-то жалуют киринов… да и вообще простой народ.
– Тогда просто представься аристократом из Лейта. Я уверен, он сразу проникнется, – ехидно ответил Рам Джас.
– Я серьезно, упрямый ты ублюдок. Он герцог, или генерал, или как его там… а ты – кусок киринского дерьма. Не сказал бы, что у вас много общего.
– Зато я могу убить каресианскую суку, и ему это будет поинтереснее, чем подробности моего происхождения, – ответил Рам Джас. – Ну и, возможно, мне стоит несколько раз упомянуть о своем друге Бромви.
Гленвуд не совсем понимал, каким образом кирин оказался связан с правителем Канарна.
– Разве он не государственный изменник?
– Именно это его качество Красный Принц может оценить по достоинству, – ответил Рам Джас с обнадеживающей улыбкой – она появлялась у него довольно редко, и Гленвуд не был уверен, что может ей доверять.
– Тогда разговаривать будешь ты.
Ему хотелось в теплую постель с вином и женщиной. Чего же ему не хотелось совершенно – новых жизненных испытаний.
– Тогда потрудись заткнуться, ибо мы, похоже, на месте, – сказал убийца, указывая ему на равнину.
На герцогство Хейран уже спускались вечерние сумерки, когда на горизонте наконец показался большой военный лагерь, палатки которого отбрасывали на равнину длинные тени. За лагерем, рядом с пещерами в скалах, окруженное несколькими недавно построенными сторожевыми башнями, развевалось знамя лорда Александра Тириса. Ястребы Ро расположили палатки и остальные лагерные укрепления в идеальном порядке.
– Их тут целая прорва. А если они просто арестуют нас и мы окажемся за решеткой? – спросил Гленвуд, подсознательно чувствуя себя в ловушке посреди стольких солдат.
– Им не взять нас живыми, – ответил Рам Джас с издевательской усмешкой. – Расслабься, все с нами будет в порядке.
Мошенника его слова не успокоили.
– И это он говорит мне «расслабься»… – вздохнул он, обращаясь к небу, к любому из богов, кто мог его услышать.
Капитан Бреннан сопроводил их к центру лагеря. Когда они миновали первую башню, их взорам открылся палаточный городок, обитатели которого хмуро поглядывали на двух чужаков. Это были не стражники и не священники, но умелые солдаты, верные Хейрану и своему генералу. О Ястребах Ро говорили с не меньшим уважением, чем о Красных рыцарях. Их мастерство на самом деле могло сравниться с выучкой воинов Одного Бога.
– Выглядят они сурово, – прошептал Гленвуд.
– Скорее всего, в будущем это пойдет нам на пользу, – ответил Рам Джас, уверенной ухмылкой встречая каждый обращенный к нему взгляд.
Пока чужаки шли по лагерю, в нем непрерывно звонили в колокол. Гленвуд неуверенно озирался по сторонам, наблюдая, как из палаток выныривают солдаты и настороженно смотрят на них. На краю лагеря, примостившись возле отвесной скалы, стоял небольшой шестиугольный шатер командующего, обрамленный знаменами Хейрана с изображением ястреба.
– Следи за собой, кирин, – напомнил капитан Бреннан, когда из шатра вышло трое людей.
К ним шел Александр Тирис – и его выход не сопровождался ни особыми церемониями, ни отрядом стражи. С ним были два спутника: женщина и полный пожилой священник в одеянии Синей церкви. В глаза Гленвуду в первую очередь бросились бритая голова генерала, его колючие темные глаза и простые стальные доспехи со множеством мелких заплат и выправленных вмятин – очевидно, выбранные за эффективность, а не за внешний вид. Высокий, замечательно сложенный, он шел к ним спокойно и расслабленно. Гленвуд никогда не видел короля, но слышал, что на вид тот напоминает потного козла. Если слухи правдивы, то Красный Принц Хейрана совсем не похож на своего брата.
– Меч у него просто громадный, – прошептал Рам Джас, указывая на внушительный клинок на поясе генерала. – Должно быть, у герцога сильные запястья.
– Генерал! – отдал честь капитан, ударяя кулаком в нагрудник. – С вами желает поговорить один человек. У него интересная история.
Генерал окинул взглядом Рам Джаса и Гленвуда, задержавшись на лицах, одежде и оружии, но не выразил обеспокоенности их появлением. Женщина рядом с ним отнеслась к чужакам с большей подозрительностью. Спутница генерала была темноволосой и привлекательной, но казалась слишком настороженной, а ее взгляд – слишком недоверчивым, чтобы ее посчитать красивой. Гленвуд отметил: она носила кожаную броню и два меча с клинками в форме листьев – явно доккальфарской работы.
– Кто ты, кирин? – спросил генерал, поднимая взгляд на Рам Джаса.
– Должен ли я спешиться, чтобы нам было удобнее разговаривать… милорд? – спросил Рам Джас.
– Ты сможешь спешиться, как только я решу позволить тебе остаться, – ответил Тирис и повернулся к Гленвуду. – Ты просто таскаешь этот меч для важности или он и вправду имеет значение?
– И того и другого понемногу, милорд, – ответил мошенник. – Но вам интереснее будет поговорить именно с ним. – Он слабо улыбнулся и показал на Рам Джаса.
– И что же он такое? – спросил Ксандер. – Назови свое имя, кирин.
– Мое имя Рам Джас Рами, – непринужденно представился убийца.
– Ты излишне самонадеян, Рам Джас Рами, – почти равнодушно заметил генерал.
Кирин обдумал его слова.
– Думаю, в какой-то степени так и есть, да.
Толстый Синий священник нагнал Тириса и зашептал ему на ухо. Слова разобрать было нельзя, но во время разговора церковник поглядывал на кирина.
– Ах вот как, – произнес генерал с легкой улыбкой. – Мне сказали, мой кузен Арчибальд назначил за твою голову такую награду, что ею можно доверху забить хранилище Банка Освальда.
Рам Джас пожал плечами.
– Я стараюсь не слушать досужей болтовни, – ответил он с ухмылкой. – К тому же Арчибальд Тирис – конченый идиот.
В каменном выражении лица генерала промелькнуло изумление. Очевидно, он был не слишком-то привязан к двоюродному братцу.
Священник снова начал шептать ему на ухо.
– И ты знаком с юным Бромви? – спросил генерал.
– Так и есть, он один из моих старейших и вернейших друзей! – с готовностью ответил Рам Джас.
– В таком случае, – подвел итог Ксандер, – вам стоит спешиться и заглянуть ко мне на бокал вина.
Он не отошел от Рам Джаса, а вежливо подал тому руку, чтобы помочь сойти с коня, чем несказанно удивил Гленвуда.
Убийца помедлил, в первые мгновения расценив жест неправильно, но потом разобрался в ситуации, взялся за протянутую руку и принял неожиданную помощь.
– Добро пожаловать в Хейран, Рам Джас Рами, – церемонно произнес Ксандер, похлопывая кирина по плечам. Он нахмурился. – Тебе стоит починить доспехи – они треснули.
Убийца с притворной скромностью потупил глаза.
– Я стараюсь вовсе не подставляться под удар, – заметил он.
Синий священник расхохотался.
– Этот парнишка мне по душе! – заявил он, хлопая Ксандера по спине.
– Это брат Даганэй, мой духовник, – представил его генерал. – А это прелестное создание, – он указал на женщину, которая все еще настороженно наблюдала за ними, – моя верная и послушная жена, Гвендолин.
Она нахмурилась, но затем улыбнулась, послала мужу воздушный поцелуй и пошла обратно к шатру.
– Да-а, иногда она и вправду послушная, – заметил Даганэй, – а все остальное время она упрямая стерва.
Ксандер хмыкнул, и Синий священник ушел вслед за Гвендолин.
– Спасибо, капитан Бреннан, – неожиданно произнес генерал. – Почему бы вам не пойти позавтракать? С отчетом явитесь ко мне через час.
– Будет исполнено, милорд.
Капитан увел отряд, и Гленвуд тоже спешился, приняв помощь от генерала. Безо всяких дальнейших церемоний тот повел их к большой палатке.
– Этот парень совсем не похож на тех Тирисов, о которых я слышал, – шепнул Гленвуд своему спутнику по дороге к генеральскому шатру.
