– Я не думаю, будто со мной хоть что-то получится. Я и так нервничал бы при первом сексе, а если учесть еще и твою природу, я, скорее всего, просто впаду в ступор.
– Я могу помочь тебе расслабиться, – ответила Рут.
– Для этого тебе понадобится море выпивки. – Рэндаллу неожиданно пришло в голову, что любая другая женщина оскорбилась бы, услышав его слова. Правда, Рут совершенно не волновали такие мелочи.
– Я уверена, у капитана обширные запасы вина.
– Погоди. – Рэндалл потряс головой. – Мы серьезно об этом говорим?
Она отстраненно наблюдала за морскими волнами.
– У нас не так много развлечений. А корабль доплывет до места и без нашей помощи.
Их взгляды встретились. Юный оруженосец был выше женщины, плечи его от долгих месяцев странствий стали широкими и мускулистыми, и на его фоне Рут казалась миниатюрной, а во взгляде ее сквозила уязвимость, что привело его в некоторое смятение. Глаза с зелеными зрачками и темными радужками смотрели на него грустно и внимательно.
– Нам будет хорошо вместе, – нежно прошептала Рут, заставив его вздрогнуть от невольного возбуждения.
– Прекрати, – потребовал он.
– Нет. – Она подошла почти вплотную к нему.
– Пожалуйста, прекрати, – прошептал он снова, уже без особой уверенности.
Рут опустила голову и медленно смерила Рэндалла задумчивым взглядом, чем еще больше смутила его. Она на секунду задержалась на его груди и снова посмотрела ему прямо в глаза. Это был глубоко чувственный взгляд, наполненный скрытым смыслом. Дыхание Рэндалла сбилось, он почувствовал возбуждение и волнение – эти чувства были ему знакомы, но он пока еще не знал, что такое страсть.
Она нежно провела кончиками пальцев по его предплечью и легонько сжала ладонь.
– Ты все еще хочешь, чтобы я прекратила? – спросила она. Ее волосы разметал налетевший ветер.
– Я… я не знаю… – неуверенно пробормотал он в ответ.
* * *
Следующий час своей жизни он провел более чем странно: полностью обнаженный, совсем неопытный, он почти постоянно извинялся перед своей партнершей. Секс оказался трудной задачей: нужно было следить, чтобы волосы, кожа, руки, ноги и более интимные части не запутались и не повернулись, причиняя неудобство или боль. Когда он более-менее стал справляться с этими трудностями, Рэндалл испытал от слияния плоти такие глубокие и сильные чувства, какие не испытывал еще никогда. Он даже немного влюбился в Рут, которая оседлала его, трепеща от экстаза, и заставила любовника совершенно раствориться в новых ощущениях. Он не мог заглянуть ей под кожу, под гладкое, смуглое тело, которое вздымалось и снова припадало к нему. Он даже не вспоминал о ее истинной природе; все это сейчас было где-то далеко, гораздо дальше, чем легкий плеск волн и хлопанье парусины.
Секс длился недолго, но после него они еще около часа лежали, обнявшись, на полу маленькой каюты. Рут положила на пол два новых гамака – одним они накрывались вместо одеяла и вели себя достаточно тихо, не привлекая внимание матросов. Ута молча лежал в гамаке в соседней каюте – он все еще страдал от морской болезни и, скорее всего, спал, – и два обнаженных, разгоряченных страстью тела, распростершихся на деревянном полу, никто не потревожил.
– Ты столько можешь дать своей партнерше, Рэндалл из Дарквальда! – промурлыкала Рут. Ее темные волнистые волосы спутанной копной спадали на обнаженную спину. Кожа на их телах блестела от пота.
– Ты имеешь в виду – не только тебе? – спросил он, все еще тяжело дыша.
Она приподнялась на локте и провела пальцем по его груди.
– С моей стороны было бы слишком эгоистично присваивать твои таланты.
Она поцеловала его – и Рэндалл снова потерял голову. Он казался себе наивным, юным, глупым, и в первый раз за прошедшие месяцы он чувствовал, что задача ему не по силам. Ему легче было справиться с мечами, кровью и смертью, чем с женщиной и сексом. Даже сейчас, в приятном бессилии, глаза его все еще оставались испуганно распахнуты, а голова казалась пустой и легкой, и он боялся, если ему придется говорить, – он обязательно ляпнет какую-нибудь глупость.
Рут склонилась над ним, пристально вглядываясь в глаза.
– Даже сейчас ты не можешь расслабиться, – просто сказала она.
– Особенно сейчас, – поправил он.
– У нас с тобой нет ни срочных дел, ни долгов, ни обязанностей. Призрак занят. Матросы ведут корабль к цели. Мы остались только вдвоем.
Она снова его поцеловала, на этот раз медленнее. Ее губы нежно раскрылись, и он смежил веки, позволив новым ощущениям захватить все тело. Казалось, они провели на полу каюты долгие дни.
* * *
Ута Призрак видел сны. Между периодами бодрствования, когда его непрерывно тошнило и он тихо проклинал окружающие их волны, он уходил в глубины своего разума. Когда Рут прикоснулась к его разуму в Фелле, она что-то в нем пробудила, и теперь часы его сна наполнялись видениями о странных местах и причудливых созданиях, для которых он не находил имен. Эти существа жили и погибали в воображаемых мирах и фантастических реальностях.
Он знал: во сне он попадает в чертоги за пределами мира, но не мог понять, что же именно видит. Его глаза не умели охватить целиком и достоверно передать сознанию громады замков, гор, величественных залов и глубоких пещер, открывавшихся ему во сне. Он видел воздушные дороги, поднимающиеся к жуткому небу. Он видел танцующие узоры и тени, которые сливаются друг с другом.
Безграничная пустота наверху и внизу, исчезающие тропы, фрагмент Р’льеха, чертоги со стенами из плоти, Страна Снов, плато Ленг, Море желаний. Он не понимал, зачем ему это снится, но он видел все места и не сходил с ума. Подобных ему не осталось среди людей. Он мог воспринимать пространство за пределами мира – и сохранить рассудок.
Единственное, в чем он видел смысл, – неумолимое влечение к югу, желание найти лестницу, лабиринт и стража. Ута знал: он может проникнуть за пределы мира, последний из живущих, кто на такое способен. Не от самоуверенности, не из-за туманных предчувствий и снов он так решил, но кто-то – или что-то – настойчиво звал его туда.
Среди людей он всегда был изгоем, еще до того, как присоединился к церкви, и до того, как его стала беспокоить собственная внешность – бледная кожа и розовые глаза. Он не вписывался в человеческий мир и всегда думал: в этом его призвание, ведь Один Бог наградил его печатью смерти.
Но видения говорили ему: он – не совсем человек, вот потому-то он и не находит себе места среди людей. И хотя бы для того, чтобы узнать, кто же он на самом деле, Ута Призрак, последний потомок древней крови Теневых Гигантов, взойдет по лестнице, найдет выход из лабиринта и победит стража.
Глава вторая
Кейл Гленвуд в герцогстве Хейран
Стены Ро поражали воображение мальчика, никогда не бывавшего в западных землях Тор Фунвейра, но путь через горы оказался легким. Им, конечно, могла бы грозить опасность, если бы Рам Джас играючи не отразил три бандитские атаки. Четвертой банде Гленвуд дал шанс сбежать, но разбойники упрямо отказывались верить, что щуплый кирин может быть для них опасен.
Сам же кирин в последние несколько дней ехал впереди и даже снизошел до разговора со своим спутником. Похоже, Рам Джас Рами, самый невыносимый человек из ныне живущих, с предвкушением ожидал их прибытия в Хейран. Он даже начал пространно описывать, как зверски напьется, когда прикончит Шильпу Тень Лжи. После горячки последних месяцев Гленвуд был с ним согласен – они оба заслужили передышку… если, конечно, на этот раз им не придется в спешке уносить ноги от погони.
По мере того как они спускались по горной тропе, речные земли Хейрана открывались перед ними во всем великолепии. По живописной долине раскинулись группы мирных рыбацких поселений с деревянными домиками, изолированные от остальной части Тор Фунвейра горной грядой, известной как Стены Ро.
