Читаем без скачивания Юность Поллианны - Элинор Портер

Женщина не ответила, только оглянулась, посмотрела на Поллианну всё так же недоуменно и торопливо пошла своим путём.

Поллианну не удивило, что хозяин этого прекрасного места, должно быть, очень щедрый, позволил всем принять участие в торжестве. Она шла, оглядываясь по сторонам. Там, где тропинка поворачивала, она увидела маленькую девочку с кукольной коляской и остановилась, но не успела она произнести и дюжины слов, как откуда ни возьмись, появилась молодая женщина, которая протянула руки к маленькой девочке и строго сказала:

— Сюда, Гледис! Сейчас же иди ко мне! Разве мама позволила говорить с чужими?

— Я не чужая, — объяснила Поллианна. — Я живу здесь, в Бостоне… — Но женщина с маленькой девочкой, которая тащила за собой кукольную коляску, была уже далеко. Поллианна, подавив вздох, замолчала. С минуту она стояла в раздумье, совершенно расстроенная, затем, решительно вздёрнув подбородок, пошла дальше. «Ну и что? Я могу радоваться, — подумала она, — потому что теперь я найду кого-нибудь ещё лучше. Может быть — Сюзи Смит, а может — даже и Джеми. Во всяком случае, я хочу их найти, а если их и не встречу, всё равно с кем-нибудь познакомлюсь».

Она мечтательно смотрела на поглощённых собою людей, проходящих мимо неё. Ей было одиноко. Воспитанная отцом и «Женской помощью» в маленьком городке, она каждый дом считала своим домом, каждого жителя — своим другом. Приехав к своей тёте в Вермонт, она просто решила, что разница только в том, что там новые дома и новые друзья, даже более привлекательные. Они ведь другие, а она очень любила всё новое. Высшей радостью в Белдингсвилле были прогулка по городу и посещения новых друзей. Естественно, Бостон, когда она увидела его впервые, показался ей ещё привлекательней, потому что обещал более увлекательные приключения.

До сих пор, однако, ей приходилось признать, что ожидания не оправдались. Она пробыла здесь почти две недели и так и не узнала людей, которые живут через улицу или даже по соседству. Ещё необъяснимей было то, что миссис Кэрью и сама не знала многих и никого не знала хорошо. Она, кажется, была совершенно безразлична к своим соседям, и тут, по-видимому, ничего нельзя было сделать.

— Они меня не интересуют, — отвечала она.

Поллианна, которую они очень интересовали, должна была этим удовлетвориться.

Однако сегодня она начала прогулку, надеясь с кем-нибудь познакомиться. Путешествие пока не увенчалось успехом, но она не сомневалась, что все люди вокруг просто восхитительны, если только их поближе узнать. Она никого не знала, мало того — узнать их не было никакой возможности, они совершенно не желали с ней знакомиться. Поллианна всё ещё помнила строгие слова про «чужих».

«Тогда им просто надо показать, что я не чужая», — наконец решила она, уверенно направляясь вперёд.

Окрылённая этой мыслью, Поллианна широко улыбнулась следующему встречному и жизнерадостно сказала:

— Какой сегодня чудесный день!

— Г-где? Что? А, д-да… — пробормотала какая-то женщина и пошла быстрее.

Поллианна ещё раза два повторила тот же опыт, но безрезультатно. Скоро она оказалась возле небольшого пруда, который блестел от солнечных лучей, проникающих через ветки деревьев. Пруд был красивый, по нему плавало несколько лодок, полных весёлых смеющихся детей. Наблюдая за ними, Поллианна всё больше печалилась. Но тут неподалеку на скамейке она заметила мужчину, который сидел один, медленно направилась к нему, и села на другом конце скамьи.

Затем она смело подвинулась и весело предложила ему познакомиться. Резкий отказ удивил её. Она сжалась и пристально посмотрела на мужчину.

На вид он был совсем непривлекательным. Одежда его, хотя и новая, была вся в пыли, и по всему было видно, что он о ней не заботится. Она была именно такая (хотя Поллианна этого и не знала), какую государство даёт заключённым, когда они выходят на свободу. Лицо у него было бледное, обрамлённое неопрятной бородкой, шляпа глубоко натянута на глаза, руки засунуты в карманы. Он сидел, опустив голову и уставившись в землю.

Сначала Поллианна ничего не могла сказать, потом опять попыталась:

— Сегодня хороший день, правда?

— Что ты сказала? — спросил он серьёзно и испуганно, озираясь вокруг, чтобы убедиться, что вопрос обращён к нему.

— Я сказала, что сегодня чудесный день, — поспешила объяснить Поллианна, — но это неважно. Конечно, я рада, что день хороший, но я сказала так, чтобы начать разговор, и теперь я буду говорить о чём-нибудь другом, о чём угодно. Ну, например, о том, что вы видите.

Мужчина тихо рассмеялся. Даже для Поллианны его смех прозвучал как-то странно, хотя она не знала, что смех с его губ не слетал уже многие месяцы.

— Ты хочешь, чтобы я с тобой поговорил? — печально произнёс он. — А с какой стати? Такая приличная маленькая леди может найти себе более приятных людей, чем я, старый болван.

— Мне нравятся старые болваны! — торопливо воскликнула Поллианна. — То есть мне нравятся пожилые, а что такое болваны, я не знаю, и не могу сказать, нравятся ли они мне. А вообще-то, если вы болван, я люблю болванов, — закончила она, усаживаясь поудобнее.

— Что ж, я польщён, — иронически улыбнулся мужчина, хотя лицо его выражало явное изумление. Он поёрзал и сел прямее. — Ну, о чём же мы будем говорить?

— Это неважно… То есть, я хотела сказать, это всё равно, правда? — спросила Поллианна с сияющей улыбкой. — Тётя Полли говорит, что, о чём бы я ни говорила, я каким-то образом непременно возвращаюсь к «Женской помощи». Наверное, это потому, что они меня воспитывали. Вы тоже так думаете? Мы можем поговорить про бал. Я думаю, он просто чудесный.

— Б-б-бал?

— Ну, всё это, вы знаете, все эти люди! Это бал, да? Одна леди сказала, что это для всех, поэтому я и осталась, хотя я ещё не дошла до главного дома.

Губы у незнакомца невольно скривились.

— Д-да, милая леди, возможно, и бал, — улыбнулся он. — Даёт его город Бостон. Тут общественный парк, общественный, понимаете? Для всех.

— Ох, правда? Для всех? Я могу приходить сюда, когда захочу? Ой, как чудесно! Даже лучше, чем я думала. Ведь я боялась, что не смогу больше сюда прийти! Как я рада теперь, что не знала этого с самого начала. Хорошее становится ещё лучше, когда поволнуешься немного. Вы тоже так думаете?

— Возможно, — печально ответил собеседник. — Если оно вообще когда-нибудь станет хорошим.

— Станет, станет, — кивнула Поллианна, не заметив его печали. — Ну, разве здесь не красиво? Интересно, знает ли миссис Кэрью об этом месте? Я думаю, все хотят сюда прийти, хоть просто прийти и посмотреть.

Лицо у мужчины стало чёрствым.

— Бывают и другие занятия, не только ходить и смотреть. Знаешь, есть в мире люди, которые работают. Правда, я не отношусь к их числу.

— Да? Ну, тогда вы можете радоваться, правда? — вздохнула Поллианна, восторженно следя за проплывающей лодкой.

Губы у мужчины негодующе раскрылись, но он не произнёс ни слова. А Поллианна продолжала:

— Я бы хотела ничего не делать, кроме этого. Но я должна ходить в школу. Конечно, я люблю школу, но столько вещей я люблю больше! И всё равно я рада, что могу ходить в школу. Особенно рада, когда вспоминаю, как в прошлую зиму думала, что никогда не смогу ходить. Понимаете, я лишилась ног на время, они не ходили. Знаете, никогда не думаешь, как много ты чем-нибудь пользуешься, пока этого не лишишься. Например, глаза. Вы когда-нибудь думали о том, как много вы делаете глазами? Я не Думала, пока не попала в санаторий. Там была одна женщина, которая ослепла всего год назад. Я учила её играть в игру — чему-нибудь радоваться, понимаете, но она говорила, что не может. Чтобы её понять, мне пришлось завязать глаза платком всего на один час. Это было ужасно! Вы когда-нибудь пробовали?

— Зач-чем? Н-нет, не пробовал. — На лице его появилось не то раздражение, не то смущение.

— Да, это ужасно. Вы ничего не можете делать, совершенно ничего. А я ходила так целый час. С тех пор я рада, когда вижу что-нибудь необыкновенное, как вот тут, понимаете? Я была так рада, что чуть не заплакала, потому что могу всё видеть. А теперь она играет в игру, хотя так и осталась слепой. Это мисс Уэзербай мне сказала.

— В игру?

— Да, это игра в радость. Разве я вам не сказала? Надо найти что-нибудь, о чём можно радоваться. Теперь она нашла, понимаете? Её муж, он занимает такую должность, помогает составлять законы. И она попросила его, чтобы они помогли слепым, особенно младенцам. Она сама пошла и рассказала, как чувствуешь себя, когда ослепнешь, и они составили такой закон. Они сказали, что она сделала больше всех, даже больше, чем её муж. Они говорят, если бы не она, этого закона вообще бы не было. Теперь она рада, что не видит, потому что помогла многим детям. Но вы ведь ещё не играли в игру, я вам лучше расскажу. Начинается так. — И, глядя на красоту деревьев, Поллианна рассказала о маленьких костылях и обо всём, что произошло в её детстве.