произошло, мне было бы еще более странно, сейчас смотреть на его сонную физиономию. Так он выглядит даже милым.
— Как спалось? — спрашивает он.
— Нормально, — вру я. Ощущение такое будто не спала вообще. — Сколько сейчас времени?
— Часа два ночи, можешь спать дальше.
— А ты не спал?
— Нет, как видишь, я занят, — кивает он на груду бумаг на столе. — Текущих вопросов никто не отменял, даже пока наследство толком не поделено.
— Я могу помочь?
— Пока нет, милая, но спасибо, — улыбается он мне.
— Да иди ты спать. Ну что ночью сидеть тут? — пожимаю я плечами.
— Не знаю, может ты и права? — тихо говорит он. Встает и вдруг замирает, будто впервые меня увидел. Я лихорадочно вспоминаю насколько непрозрачный мой халат. Сорочка-то точно полупрозрачная, шелковая, и я без лифчика. А соски точно стоят, особенно после такого сна.
— Можно задам неприличный вопрос? — вдруг говорит он.
— Ну, задать-то можешь, но это не значит, что я отвечу.
— Ну я попробую: ты девственница?
Эм. Интересно, с чего он взял? Ну наверное, это здорово, что я выгляжу настолько невинно, что он думает, что, несмотря на мои двадцать один с хвостиком, я еще девственница.
— Эммм, — не знаю, даже что и сказать, но он вдруг улыбается как-то странно.
— Это хорошо, что нет.
Сейчас он мне точно напоминает своего двойника из моего сна и мне становится не по себе.
Он же не может залезть мне в сон? Такое вообще возможно?
— В смысле? — не понимаю я.
— Ну, я люблю, когда девушка знает, чего она хочет и кого она хочет, — говорит он, сделав пару шагов ко мне. Чувствую его запах, почему-то он кажется мне похожим на шоколад. Что-то сладкое и горькое одновременно. — Потому что я знаю, чего я хочу. И кого я хочу.
Ладно, это звучит не двусмысленно, а вполне определенно. Во сне он может и хорош, но только во сне, а мне не нужны неприятности, связанные с плохими парнями.
— У меня есть парень, жених, — говорю я, будто бы пытаюсь напомнить ему, да и себе, что у меня есть обязательства.
— Вот мне интересно, ты вообще соображаешь, что через несколько месяцев станешь одной из богатейших женщин этой страны? Расскажи мне, неужели, находясь уже на таком уровне, ты действительно будешь держаться за этого парня?
— Я сама разберусь, — говорю я.
— Хорошо.
Он кивает и уходит не прощаясь, а я остаюсь со своими мыслями наедине.
— Дурдом, — шепчу я свой вывод.
* * *
За завтраком я и братья собираемся молча. Тихо едим и это выглядит даже слегка жутковато. Только звон посуды и звуки пережевывания еды. Вот салат плюхается в тарелку, вот нож разрезая мясо с противным скрежетом попадает по фарфору.
Я первая не выдерживаю.
— Ну и что я должна делать? Как я должна обучаться, чему-то?
— У тебя появился вопрос? — спрашивает Виктор.
— Да нет, — пожимаю я плечами.
— Начнем с того, что тебе нужно нормально выглядеть, — говорит Макс. — Подчеркивать свою красоту, а не прятать. Поэтому сегодня ты в сопровождении нашей горничной отправишься в магазин. Тебе поможет Карина.
— У меня нет денег на шоппинг. И я нормально выгляжу, — рычу я.
— Нормально для своего уровня, сейчас твой уровень и статус изменился. Ты должна быть другой.
— Блин, я вам не кукла, — бросаю вилку и вскакиваю. — Я вам не кукла и не ваша любовница, чтобы вы решали, что мне носить!
— Ты не наша любовница, — соглашается Виктор. — Ты наша сестра, а это значит, ты будешь делать то, что мы скажем. Да и не мы будем тебя одевать, ты сама решишь.
— И что дальше? — всплескиваю я руками.
— Правила ты помнишь? В твоей жизни будет достаточно событий, которые будут наводить тебя на всякие умные вопросы. Просто правильно их формулируй.
— Вы два психа, — говорю я.
— Ты поймешь нас, поверь мне, — говорит Макс. И кажется, верит в то, что говорит.
Дальше день проходит удивительно прекрасно. Мне выдали золотую кредитную карточку, и я даже не знаю, сколько там денег. Понимание, что я могу купить всё, что есть в магазине чуть срывает мне крышу и я начинаю набирать вещей столько, сколько физически сложно унести.
Но все это чудесное, праздничное настроение сменяется после того, как мне уже после обеда по видеосвязи звонит Леша.
— Аллё? — спрашиваю я в экран смартфона, улыбаясь.
Вижу взволнованное лицо, что смотрит куда-то поверх камеры.
— Привет, Крис. Мы должны расстаться, — говорит он очень быстро и скомкано.
— Не поняла, — застываю я.
— Кристина, мы не подходим друг другу, мы должны расстаться. Ты должна быть счастлива.
Серьезно?!
— Лёша, тебе кто-то угрожает? — я даже не спрашиваю, и так понятно. Но он отмахивается.
— Нет, нет, всё хорошо, Кристина. Ты в общем, меня поняла, не пиши мне не звони мне больше никогда. Всё, до свидания!
Резкий сброс. Я встаю с телефоном в руке и просто глупо хлопаю глазами.
Обалдеть.
Они повлияли на моего Лёшу. Заставили его меня бросить?
Домой я еду молча, Карина пытается что-то мне сказать, как-то меня развеселить, но я лишь отмахивалась. Понимаю, что сейчас будет.
Захожу домой, прохожу мимо зала иду до столовой с большим длинным столом, за который меня приглашают, за которым я должна есть каждый вечер.
Для меня стоит кресло во главе стола, но я лишь отодвигая его. Встаю, глядя на братьев сверху вниз.
— Какого черта вы сделали с моим Лёшей? — кричу я.
— Зайка, ну ты помнишь? — очень спокойным тоном, говорит Виктор. — Ты же помнишь, что нужно правильно задавать вопросы? Ну, то есть, мы можем сейчас, конечно, тебе ответить, но по моему ты и так всё поняла. Ты же умная девочка.
Действительно. Я и так все понимаю, я же умная девочка. Ненавидя себя за это, я принимаю правила их дикой игры, переформулирую вопрос.
— Зачем вы сделали это с Лёшей?
Нет, снова неверно, поднимаю руку, чтобы не дать им принять этот вопрос.
— Зачем вы заставили Лёшу меня бросить?
Да, вот теперь звучит более сформулировано.
— Первое, не «вы» а «я». Это моя инициатива, — говорит Виктор поднимая руку. — Во-вторых. Потому что твои мужчины, или женщины — это всё временно, эфемерно, они уходят и приходят. Константа в твоей жизни одна — это я и Макс.
Ну это уже никуда не годится!
— Ты не имеешь права, заставлять меня быть одной! Или что, всех будешь отметать, пока не останешься ты? Ты вообще в курсе, что ты мой родственник, ты мой брат?
— Ну я тебе напомню, что между нами нет
