Алекс хочет пойти на ярмарку, вы вроде сейчас в приличном состоянии. Можем сходить. Познакомитесь.
– С удовольствием.
Глава 7.
И зачем я позвала его с нами?! Теперь вместо одного вечно сующего свой очаровательный носик во всё, что можно и нельзя, дитятка, я получила двоих. Деревни у меня хоть и не большие, но богатые. Наш суровый край ласков к тем, кто смог пустить здесь корни. Ярмарка привлекла многих торговцев, рискнувших пересечь наши земли в эту ледяную пору, но не только чужеземцы, ещё и местные жители активно продают свой товар и устраивают забавы для детворы.
Эх, всё же снега не хватает! Было бы красивее, да и какие забавы можно организовать для детворы! Алекс уже всё понимает, и ему бы это понравилось и запомнилось.
Вздохнув, ещё раз глянула на супруга. Сын устроился на его шее и радостно управлял своим транспортом, направляя его к торговке сладостями. А тот и рад потакать капризам. Им сейчас хорошо вдвоём, я даже на мгновение почувствовала себя ненужной, но быстро выкинула эту мысль из головы. Алекс в последнее время ищет мужское внимание, а тут такой великан сам к нему в руки идёт, – как не воспользоваться? Что он его отец, решила пока не говорить, и Эдварду запретила. За свои поступки нужно отвечать, он завтра исчезнет из нашей жизни, что я сыну скажу? Пусть лучше считает, что его отец – герой и где-то вершит судьбу мира, а не это вот всё.
– Полюбуйся, красавица, какие бусы, – темнокожий торговец с белозубой улыбкой ловко перебирал свой товар, показывая его во всей красе. Камни сверкали, маня своей безупречностью. – У Абдуллы лучший товар, не пожалеешь! Смотри, какая зелень, хорошо подойдёт к твоим глазам, о прекрасная!
Разливаясь в дифирамбах, он не забывал слегка пританцовывать, хотя, думаю, это наши холодные ветра заставляют его двигаться, чтобы не остаться в наших землях навеки.
– Ну, я даже не знаю, что-то не блестят твои камни… – протянула, тщательно делая вид, что меня ни в коем случае не привлёк его товар. – Пойду посмотрю в других лавках.
– У кого не блестят? У меня не блестят?! Да ты посмотри на свет! Какие грани, какое преломление… Да ты примерь, красавица, может, так заметишь! – и ловко, словно он в жизни только этим и занимается, скинул с меня капюшон, приспустив плащ, надевая бусы на шею.
Бойкий торговец, я оценила. Пара моих людей было двинулись к нему объяснять, кому он оказывает такое не почтение, но были остановлены взмахом моей руки. Я оценила товар отменного качества, да и его отчаянная дерзость в атмосфере праздничного настроения не раздражала меня, а наоборот, вызывала восхищение. Он проделал длинный путь, не побоялся холодов и не испугался слухов о диком нраве моего края, сейчас же весь промёрз, но продолжает торговать с улыбкой на лице и с огнём в глазах. Судьба любит отважных, а может, и слегка безумных!
– Ты прав, эти камни прекрасно подходят к глазам моей жены, – Эдвард появился неожиданно, в одной руке он держал кулёк со сладостями, другой протягивал торговцу золотую монету. Алекс же со счастливым блеском в глазах грыз яблоко в карамели у него на шее.
Глаза Абдуллы алчно блеснули. Эх, муж мне всю забаву испортил. Но, в таком случае, решила подыграть торговцу и сделала хлоп-хлоп ресницами.
– Но, господин, мой товар стоит гораздо больше. Разве не видишь, какие грани, какой блеск! Эти камни лучшие с моих земель, братом клянусь!
Эдвард незадачливо перевёл взгляд с золотого на мою шею и затем на Абдуллу, вздохнув, достал ещё одну монету.
– Эх, господин-господин, что ты делаешь! Посмотри на эту красавицу, именно так ты оцениваешь красоту, её достойную? – незадачливое лицо мужа сменилась осознанием, что его хотят надурить, но при этом и говорит он так, что, опровергнув, можно ударить в грязь лицом передо мной.
Камни, конечно, отличные, но такими темпами муж мой может и разориться, а тогда куда он полезет за деньгами? Правильно, – в мой карман. Нет уж, пора это заканчивать.
– Ну, не знаю. Мне всё же кажется, что мои глаза ярче, да и камни какие-то больно холодные, не греют меня своей красотой, посмотри, дорогой. Ужасно! – протянула я, глядя в глаза мужа. Огонь, зажёгшийся на дне его глаз, сказал мне, что не туда завёл нас этот разговор. Перед походом на ярмарку Аннет отчего-то предложила платье по столичной моде с глубоким декольте, а я по глупости и не отказалась.
– Ужасно, – выдохнул Эдвард.
– Согласен, – Абдулла ловко выхватил монеты, – отличная покупка!
Напряжённый момент был прерван, и пока я отводила глаза, торговец всё упаковал и ещё откуда-то вынул конфету для Алекса, после чего спорить с ним совсем расхотелось. Восторг в глазах ребёнка отражал те же чувства, что и взгляд его отца пару минут назад.
– Хотю туда, – сын с нетерпением ёрзал на шее.
– Держись крепче, чтобы не упасть, – попыталась было вразумить его, но Эдвард, держа его за ногу, стал изображать лошадку и помчался в ту сторону, куда указывал малыш. Звонкий смех ребёнка разнёсся по деревенской площади.
– Куда мои глаза смотрели, когда я соглашалась на брак с ним? Он же сам как дитя, – возмущённо прошептала, направляясь за ними. Надо же посмотреть, что так привлекло моего сына.
Лавка с ленточками, гребнями и всевозможными заколками для волос стала для меня неожиданностью. Они копались во всём этом добре с такими лицами – особенно тот, что постарше, – как будто всю жизнь этим и занимались.
– Мэри любить, – сказал сын, когда я подошла к прилавку. Он с любовью вытащил ужасно аляпистую ленточку и протянул торговцу, а вместе с ней и надкусанное яблочко, – купить.
Торговец переводил взгляд с ленточки на яблоко и решал дилемму, как же выкрутиться.
– Дарю, – грустно протянул торговец, возвращая и ленту и яблоко, и с любовью провёл рукой по волнистым волосам малыша. Его счастью не было предела.
– Мы берём ещё вот это, – Эдвард протянул множество лент зелёного оттенка, эти слова мгновенно развеяли грусть в глазах торговца и зажгли их иными чувствами.
Для кого могли бы быть эти ленты?!
– Подходи! Не ленись! Силу покажи! – раздалось из толпы.
– Держи, – муж вручил мне кулёк со сладостями
