– Николь!!! Ты вернулась! – Я отлепила ее от себя. – Дай я на тебя посмотрю! Загорела, похорошела. Брак тебе на пользу. Хорошо, что не беременная. Такой долгий срок с Женевьевой я бы не перенесла!
– Она, что не умеет готовить чай? – От улыбки Николь, казалось, могли сплавиться все покровы льда на планете Земля.
– Ни черта она не умеет! – Буркнула я. – Господи, как я рада, что ты вернулась! Ты когда прилетела?
Я взяла ее под локоть и потащила из приемной в кабинет.
– Буквально только что! Ой, Реб, – cказала она, снова накидываясь на меня. – Я так по тебе соскучилась!!!
– То есть ты что – с аэропорта???
– Да, буквально упала с неба. Я же знала, что ты тоже безумно скучаешь по мне!
– Даже не представляешь насколько безумно. – Ответила я, снова отлепляя ее от себя.
– Это диагноз, если любимый муж не может заменить любимого босса. – Ухмыляясь, подколола я Николь.
– Не только босса, главное – подругу. Муж ее точно заменить не сможет. – Она с пренебрежением пожала плечиками.
– А ты точно… ну не того? – С сомнением спросила я ее.
– Точно! Можно подумать, что ты ревнуешь. Мы решили подождать с продолжением рода.
– Фух. Слава богу. Не то что бы ревную, просто прикидываю: застрелиться или умереть от скуки?
– Даааа… Видимо Женевьева действительно плохая секретарша. – Николь залезла с ногами на подоконник, короткая юбочка задралась, обнажая нежную кожу бедра. Если бы она не была подругой и секретарем, возможно я бы на нее запала…
А еще она замужем, Реб, – напомнила я себе.
– Нормальная она секретарша. Но только секретарша и не более того. – Я подошла и уткнулась носом в каштановые кудри, сладко пахнувшие персиками.
– Как Кенье?
– Бесит. У него новая заморочка…
– Мадмуазель Рейли! – Голос Анри Дюпона ворвался в кабинет из приемной. Мы отпрянули друг от друга, Николь быстро спрыгнула с подоконника и оправила юбку.
– А, Николь. – Анри широко улыбнулся. – Приятно видеть Вас снова. Уже на работе?
– Да, месье Дюпон. Я люблю свою работу и скучаю по ней. – Николь сама скромность, главное не хихикать глядя на ее смущенно-робкое лицо.
– Вот и замечательно. Тогда иди на свое рабочее место. – Он уже отвернулся от нее и обратился ко мне. – Мне нужно поговорить с тобой Ребекка.
– Одну минуту Анри. Николь только что с самолета, просто зашла поздороваться. Думаю бесчеловечно заставлять ее работать сегодня. Я отпущу ее домой, и сразу же вернусь. Присаживайся. – Я выскользнула из кабинета.
– Он что не в духе? – Удивилась Николь. Она уже сидела за своим столом и перебирала бумаги.
– Нуууу… в общем не важно, потом расскажу. Ты бы сейчас шла домой… А то он же заставит тебя работать.
– Нет, Реб. Я лучше подожду тебя, а после работы сходим куда-нибудь, выпьем по коктейлю и поговорим всласть. Вам принести кофе или чай?
– Ладно, работница. Тогда жди. Не нужно ни кофе, ни чаю… Все равно к нему сейчас не подмажешься.
Против моего ожидания Дюпон не сидел в кресле, а стоял у окна. Как только я зашла, он обернулся, и, посмотрев мне в глаза, прошипел:
– Какого черта ты устроила в моем кабинете Ребекка? Что это был за цирк? Мы солидная кампания или кучка клоунов призванных чтобы развлекать твое величество?
– Я предложила разумное решение.
– Ты устроила балаган!!! – Завопил он. Интересно, что же такого ему сказала Элен перед уходом, что он так взвился? Я села за свой стол, и подперла рукой подбородок. Стоит подождать, пока Дюпон перегорит, тогда можно нормально разговаривать. Дюпон бесновался еще пару минут, но не получая ответа – выдохся. В конце своей гневной тирады он упомянул все методы борьбы с человечеством, а конкретно со мной в частности, после чего сел в кресло и замолчал.
– Так в чем дело? – Спросила я после минутного молчания и благословенной тишины.
– «Дель-Мар» хотят тебя.
Вот в этом и заключалась суть длинной тирады.
– Я знаю, Анри. Но я не могу. И не заставляй меня, пожалуйста. И не уговаривай. Мой ответ: нет.
– Ты с этой Роа что-то не поделила в далеком прошлом?
Я отвернулась и посмотрела в окно.
«Что-то не поделила» А что собственно нам было делить? У нас ничего не было… Ну, ничего такого что бы можно было разделить.
– Я не веду печатников! – Мне нужно его убедить в этом. Пусть он думает, что это единственная причина, по которой я так уперлась. Мне не нужны слухи или сплетни.
– Реб, ну ты же можешь. Ты же понимаешь, как нам важно заполучить себе «Дель-Мар».
Ах, Дюпон, каким простым все тебе кажется. Все я понимаю. Но, господи, как же не хочется!!!
– Убедите ее на Роберту и ее отдел. Я даже Роберта отдам. Но сама заниматься этим я не буду! – Господи, Реб, расцепи пальцы на руках, а то ты их просто сломаешь.
– Тогда убеди «Дель-Мар» сама. И можешь заниматься тем, чем хочешь. – С этими словами Анри поднялся и покинул мой кабинет.
Спасибо, Дюпон. Вот спасибо, черт. А что ты хотела? Надо было соглашаться, а потом потихоньку спихнуть все это Роберте, или Кенье, чтобы мальчик развивался и рос. Хотя, даже сейчас мне ничто не мешает это сделать. Позвонить Элен, попытаться переубедить ее на Ферик, ну если ничего не выйдет переложить всю работу на плечики Кенье, помогать ему, но не вмешиваться. Свести общение с редакцией к минимуму, и пусть Кенье ведет все презентации и переговоры. А что собственно у них происходит-то? Эту информацию я прослушала, пока любовалась… А я любовалась? Да… пока любовалась Элен.
– Уже можно? – В дверях показалась Николь.
– Заходи.
– Сильно влетело?
– Да не то что бы… Так… занятие от которого я бы хотела отказаться. Слушай, вызови ко мне Кенье, и пусть захватит материалы по «Дель-Мар». Думаю, мадмуазель Роа что-нибудь нам оставила.
– Хорошо. – Николь тихонько притворила за собой дверь.
Я встала и подошла к окну. И почему моя спокойная и размеренная жизнь должна была быть нарушена? Чего на самом деле хочет Элен? Теперь я была почти уверена, что она пришла в «Сен-Дени» не случайно. После нашей скомканной встрече на выставке, вероятность случайности приближалась к пяти процентам из ста возможных. В любом случае если она посещала выставку с целью найти себе нового рекламного представителя, то наткнувшись на меня, могла легко исключить «Сен-Дени» из списка возможных кандидатов. А если возможности исключения не было, то зачем настаивать именно на моем участии? Да еще и ставить вопрос ребром перед Дюпоном? Это какая-то новая игра? В любом случае, остается только позвонить и спросить у нее самой. Или похоронить это в себе… И просто работать. Неужели это так сложно для меня? Просто работать с «Дель-Мар», а не с Элен Роа. С журналом. А не человеком.
