партбилет на стол, — рассудительный Мельников говорил спокойно, но жёстко и резко, глядя прямо перед собой. Он хлестал словами, словно кнутом, будучи крайне раздосадованным тем, что коллега очередной раз не дал повернуть заседание в русло конструктивного обсуждения. Третий час воздух сотрясают, а толку — ноль!
— А мне ещё интересно, как в ряды защитников города затесался иностранец? — этим вопросом уже Красный решил добавить проблем приезжим особистам. Раз уж его отодвинули от дел, то пусть сами и разбираются, как некий Джеймс Б. Стюарт умудрился отхватить свои 0,07 % Лакуны.
— У Стюарта официальная виза и лицензия Охотника. Он гражданин Великобритании и прошение об участии подал во всем правилам, — спокойно парировал московский особист.
— Да, по бумагам всё — чище некуда, — вставил свои пять копеек Ворон. — Что, тем не менее, не отменяет необходимости основательнейшего наблюдения за действиями этого господина во время его пребывания на советской территории. — Особист благодарно посмотрел на Кирилла Витольдовича. Красный забулькал, но смолчал. И тут голос подал Петровский.
— Хватит уже полоскать Вайсберга и Стюарта! Это проблема явная и понятная. Её решение лежит в плоскости тотального контроля, и вполне нам по силам. Но есть и другая, о которой сегодня ещё не было сказано ни слова. А она, по моему мнению, имеет размеры куда большие, чем всё, над чем уже сломано столько копий.
В зале заседаний повисла напряжённая тишина. Его участники воззрились на командующего. Сотрудники, пасущиеся в коридоре, с интересом прислушалась.
— Что Вы имеете в виду? — севшим голосом спросил Савелий Евграфович, ожидая очередной каверзы.
— Кого! — громыхнул Петровский. — Василия Николаева!
Столичный особист моргнул. Ворон переглянулся с начальником. Красный покраснел — в прошлый раз ему не дали додавить эту скользкую тему, а он предупреждал, что добром история с перемещением Избранного в Лакуну не кончится! Московский партиец, только что плевавшийся огнём, аки Змей Горыныч, икнул, откашлялся и спросил:
— А что с ним не так? Я ознакомился с его досье. Он идейный коммунист. Импульсивен, конечно, в силу юного возраста. Но, думаю, с получением от него соглашения на управление его землями проблем не возникнет. Непонятно, правда, почему с него не стребовали присягу Союзу сразу, как только тот появился на поле боя? — Огнев скосил глаза на командира особого отдела. — В чьём ведении подобные процедуры?
— Отец Викентий вмешался. — кратко ответил командир специального отряда, словно это всё обьясняло. — Сказал, что парень под его надзором.
— И что это ещё за Отец Викентий⁈ Поп? Вы сума сошли? Как поп мог помешать выполнить ваши обязанности? Да за такое в Москве!!! — Огнев перешел на крик
— Тому, кто потрудился ознакомиться с основными раскладами сил города, становится понятно — что-то требовать у древнего пятирангового вампира — дело весьма гиблое. Какими бы полномочиями и силами человек не обладал, — в голосе товарища Красного сочился неприкрытый сарказм. — К тому же, отец Викентий всегда вполне лоялен Советской власти.
— Так. В силу… известных нам обстоятельств считаю обсуждение данного вопроса несвоевременным и предлагаю перейти к следующим пунктам, — и представитель СовНарКома просто кивнул, принимая ответ.
— Меня слышит кто-нибудь, или нет⁉ — начал закипать Петровский. — Отвлекитесь от вопросов Божественного права и посмотрите на ситуацию шире!
— Товарищ Петровский, говорите прямо. На разгадку ребусов тут, кажется, ни у кого не осталось сил, — Яков Леонидович чуть повернул голову к командующему, но в целом позы не изменил, предполагая очередную гневную тираду. Но он ошибся.
— То есть, вы хотите меня убедить, что способности Николаева никого из вас не пугают? Никого не настораживает, что шестнадцатилетний пацан за пять недель прыгнул с начала второго ранга в третий? — Петровский был однозначно поражён такой ненаблюдательностью собравшихся и их нежеланием критически оценивать обстановку.
— Так он — Избранный! Да, подобный рост — редкость, но отчего столько беспокойства? Парень месяц выживал в Лакуне, так что это вовсе даже неудивительно. — спросил кто-то недоуменно.
— Да из-за его способностей! — командующий уже метал глазами молнии, а до чиновников так и не доходила суть сказанного, — Этот парень за месяц! Без ресурсов! В одиночку! Умудрился взять под контроль порядка СЕМИ десятков теросов третьего ранга и одного тероса четвертого ранга. Благодаря чему смог единолично зачистить больше четверти Лакуны. Вы только вдумайтесь!!! Больше! Четверти! Лакуны! За месяц! Голыми руками! Без магического образования! На одном только на Даре Фамильяра? Кирилл Витольдович, вы видели, каким он отправился в Лакуну, вы держали в руках документы, в которых зафиксированы его системные данные. Вы обратили внимание на то, каким он ушёл и каким вернулся? Вы же наблюдали за ним в Лакуне! Не отнекивайтесь — наблюдали. Я тоже следил, — в этой части пламенной речи командующего большинство участников заседания старательно отвело взгляд. Кто-то стал нервно постукивать пальцами по столешнице, ибо Петровский потоптался по больной мозоли каждой из структур. — Более того! Я был на поле боя и лично видел его тварей в деле. И поверьте моему опыту: николаевские монстры явно могут действовать самостоятельно, без прямого контроля со стороны Вожака! С одной стороны, может быть и хорошо, но с другой — делает ситуацию ещё более опасной! Мы же не знаем до конца, на что они способны! Такой слаженности действий в армии добиваются годами! А тут — месяц! Что это⁈ Дрессировка⁈ Не смешите меня! Контроль? Тогда скажите мне, сколько теросов он сможет контролировать через год? А через два года? А если у него будет доступ к усиливающим способности магическим ресурсам и артефактам? А он у него теперь в любом случае будут, с учетом его доли в Лакуне! А когда он начнет передавать дар магии другим? И ведь он как-то ещё усиливает своих зверей! Я лично наблюдал, как они выживали после безусловно смертельных ранений, и после этого продолжали бой! А после сражения он их лечил! Уже сейчас, на двадцать первом уровне, со своей армией он сопоставим с полной дивизией при серьезном магическом усилении!!! И этого он добился всего за месяц, шляясь по Лакуне с голым задом!
На лицах собравшихся стали проступать смешанные чувства. У кого-то промелькнуло опасение, а кто-то спешно начал прикидывать, как использовать такого Избранного в своих раскладах.
— Интересно будет ознакомится с особенностями магии его Фамильяра, — с дальнего конца стола подал голос Рафаил Германович, представитель научных кругов и руководитель группы, исследующей Лакуну.
— А с парнем-то как быть? — задумчиво протянул московский партиец, начавший понимать, что на него свалилась ещё одна проблема, которую ранее он, действительно, упустил из виду.
— Действительно… — буркнул председатель горисполкома, вспоминая своё с Васей «мимолетное знакомство», и,
