достоверными и даже настоящими.
Люди Нового Кайлити, равно как и анроты, были одеты в униформу Легиона Технократии — тёмно-сизые плотные кителя с серебристой каймой, штаны того же цвета и чёрные сапоги. Защитная экипировка, являющаяся продолжением развития старой «рассветовской», покоилась в ячейках арсеналов, дожидаясь своего часа. Прайм поступил мудро, решив приютить разбрёдшихся по разрушенным городам людей Нелии, Ловитании и Онту и не позволив им организовать новое государство. Представители человеческих общин присягнули на верность Прокуратору, почти безвозмездно снабжающего их продовольствием, жильём и удобствами. Взамен от них требовались только верность и знания о человечестве во внешнем мире.
Адаптация людей к таким щедрым условиям прошла не совсем гладко — многие «охотники за монетой», банально не могли представить себе жизни по принципу «бери сколько нужно», не в силах провести внутреннюю границу собственной жадности. Доходило до абсурдных ситуаций, когда некоторые индивидуумы устраивали у себя в квартирах и домах склады с едой и начинали продавать за металлические крышечки от древних стеклянных бутылок. Осознав, что мировоззрение людей всё же отличается от анимагенского, Консилиум постановил главам общин ввести свод правил, по которым человек получал довольствие за трудовую деятельность любого рода, будь то работа на производстве, творчество или даже обучение. Это дало людям цель, и впоследствии, они начали привыкать к сытой жизни за свои умения. Некоторые подались в Легионы, не в силах забыть боевое прошлое.
В ходе изучения войск Легионов, Арги обнаружила, что оружие военных анротов встроено в их руки, наподобие подразделений «Ястребов» во времена Войны Возрождения. Как правило, их вооружали высокотемпературными плазмерами, стреляющие фиолетовыми сгустками или лёгкими энергоустановками. Однако встречались и исключения с энергетическими наручными экранами.
Все десять Легионов Технократии уже успели поучаствовать в боях, защищая территорию Кайлити от высадки десанта с океана. Особенно жестокие бои произошли в тиалакской области, где из-за малого количества ровного побережья и непроходимых гор трудно было перебросить и развернуть войска. Там постоянно кипел воздушный бой, а городской щит один раз пробили энергоракетные залпы канонерок, превратив половину инфраструктуры в пепелище. Прайм не соврал — анроты Технократии действительно пришли на помощь Союзу.
Снаружи послышался глухой удар, и разговорившиеся анимагены резко замолчали, прислушиваясь к давящей тишине за бортом линкора.
— Должно быть, переплыли акулу, — пошутил Камманд, под одобрительные смешки остальных, — ибо нечего плавать, где не надо.
Арги шутки не оценила, повернув голову к Брону, зашедшему в арсенал её турболёта.
— Ты как? — негромко спросил он. Конечно же диггер знал, что случилось с Лунксом и Лунги, но сейчас, по выражению морды лисицы, он понял, что та не особо желает об этом говорить.
— Почему каждый пытается меня утешить, словно я бьюсь в слезах и истерике? — елейным тоном поинтересовалась белая беот, вновь отвернувшись. — Неужели, я действительно произвожу такое негативное впечатление?
— Урси мне рассказал, что ты не спала с того момента, как…
— Анимагены не нуждаются во сне при определённых условиях, — оборвала его та, сердито стрельнув взглядом на медведя, что-то рассказывающего Вульпи, который в ответ начал ожесточённо жестикулировать и тараторить, — но если тебя это беспокоит, мой пещерный человечек, то утешься фактом, что мне удалось подремать пару часов, когда я летела в Аполотон.
— Шесть месяцев назад?
— Да, примерно тогда, — Арги с раздражением посмотрела на него, — Брон, почему бы тебе не проверить свою благоверную? Тем более что она сейчас с Юменой, а ты, как мы выяснили, обожаешь девушек с псионическими способностями.
— Позже, — он посерьёзнел, — я хотел у тебя ещё кое-что спросить?
— О, то есть о моём здоровье ты поинтересовался из вежливости? — та коротко усмехнулась. — Ну ладно уж, спрашивай.
— Ты хорошо знаешь Ассура? Я слышал, он…
— Никто не может «хорошо» знать этого нота, — Брон поджал губы, — и поверь, сейчас я не издеваюсь. Ассур скрытен, молчалив и большую часть времени проводит «истинном» мире. Конечно, мы с ним пересекались и даже сотрудничали, но после того, как он подговорил Лункса… — она запнулась. — В общем, мы с ним точно не друзья.
— А Урси?
— Зачем тебе Ассур? — Арги вдруг посмотрела ему прямо в глаза. — Уж не из-за желания ли Ани, чтобы ты стал анимагеном?
Брон замер, вдруг осознав, что побледнел. После совместной жизни с той, ради которой он отправился в самоубийственный поход на «рассветовскую» базу, диггер понял, что действительно обрёл тот долгожданный покой в душе. После тёмного детства, полной боли и лишений юности и суровых будней диггерства, он получил свою частичку счастья. Но теперь, когда разум успокоился и вновь стал холодным, Брон понял, что стоит перед тяжёлым выбором.
— Ассур тебе не поможет, даже если вдруг захочет, — Арги медленно отвернулась от него, — он не знает техник душеловов по перемещению души. И уж тем более с перемещением сознания и личности. Он не Лоту.
— Тогда что же мне делать? — угрюмо спросил тот.
— Понять, прежде всего, хочешь ли ты того? — лисица всё-таки вынула сигарету и с затягом понюхала её мундштук. — Спирус… как же курить хочется… — заметив, что этот ответ диггера не удовлетворил, она нахмурилась и продолжила. — Ани ведёт себя эгоистично, как и любой другой нот. Она не оставляет тебе выбора.
— Это неправда!
— С кем ты пытаешься спорить? — иронично хмыкнула белая беот, покусывая углепластик сигареты. — Ноты, даже самые кроткие, всегда имеют раздутое самомнение и эгоизм больше человеческого. Говорят, что это из-за необходимости в уверенности в собственных силах. Чушь мутотная! Просто им приятно осознавать, что они сильнее «простых смертных и бессмертных».
— Ты изменилась, Арги, — сухо бросил Брон, отходя к проходу в командный центр «Палача», — и не в лучшую сторону.
Створка за ним захлопнулась, оставив лисицу одну в арсенале. Камманд и его группа потихоньку отходили к своим турболётам — время близилось к полудню, а значит, скоро начнётся атака. Урси и Вульпи также направились к «Палачу», продолжая спор. Рэтси, воровато оглянувшись по сторонам, незаметно приложился к плоской тёмной фляге, от которой Арги явственно учуяла запах коньяка.
— Я всегда была такой, — тихо сказала сама себе лисица, убирая сигарету во внутренний карман, — просто и сама об этом не знала.
-…нет, это уже просто невыносимо, — мучительно простонал Урси, слишком громко поставив ногу на металлический трап арсенала, — Вульпи, даже если
