— Я скажу, что давно копила деньги на его покупку. О, я еще скажу, что меня должны пригласить к себе мои подруги, которые уже замужем — правда, одна уже вышла, а другая вот-вот выйдет. Только я не знаю, предложат ли они мне погостить у них.
— Тогда не говорите им, что собираетесь стать гувернанткой!
— Я думала, вы в самом деле решили возместить мне причиненный ущерб!
— Я возмещу, но сейчас мы едем в обратном направлении! — возразил Клод.
— Тогда поворачивайте обратно!
— Но уже перевалило за полдень, а мне еще надо отвезти вас в Пэддингтон. К тому же вечером я буду занят.
— Какой же вы эгоист! — с раздражением проговорила Китти. — Это вы во всем виноваты! А еще говорите, что, возможно, я тоже ваша кузина! Можно подумать, что я прошу у вас луну с неба!
Клод попридержал лошадей.
— Дело вовсе не в этом. Я не представляю себе, как я это сделаю, не вызвав у владелицы магазина подозрение, что вы моя chere amie. Мужчина покупает платье женщине только в том случае, если он с ней помолвлен или является ее родственником.
Китти молча обдумывала услышанное. Она заметила, что экипаж свернул на обочину, — этим нужно немедленно воспользоваться! Она лихорадочно искала решение и нашла его.
— Я придумала! Вы сделаете вид, будто я Кейт! — выпалила она.
Он хотел было возразить, что Кейт никогда бы не надела платье, купленное у неизвестной модистки, но, увидев, с какой надеждой Китти смотрит на него, промолчал. Видно было, что она с нетерпением ждет его ответа. Правда, он мог опоздать на последний в этом сезоне бал, но...
— Ваша взяла, мисс Меррик! Едем к модистке!
Укрывшись от любопытствующих глаз в отдельной гостиной трактира «Белый медведь», Китти в приподнятом настроении ожидала ужин, который заказал для нее ее похититель. В маленькой комнате на втором этаже было довольно душно, и Клоду пришлось открыть окно. Китти была довольна вдвойне, так как стол, за который их посадили, стоял у окна, и она с удовольствием наблюдала, как внизу, по Пиккадилли, движутся куда-то спешащие люди.
Хотя она с удовольствием смотрела на стол, заставленный различными деликатесами, включая горячие пирожки, все это роскошное застолье не отвечало ее теперешнему настроению. Мысль о готовом платье, которое сейчас подгоняют по ее фигуре, не выходила у нее из головы.
Маленький магазин, куда привез ее Клод, находился хотя и не на Бонд-стрит, но все же недалеко от Пиккадилли, в одном из узких переулков. Неприметный вход в магазин отличался от дверей других контор только небольшой вывеской на стене. Узкая лестница привела Клода и Китти в небольшой салон, в котором их встретила женщина — настоящая француженка! — по-видимому давняя знакомая виконта. Она посматривала на Клода, лукаво улыбаясь, и на его просьбу подобрать платье кузине смерила его таким насмешливым взглядом, что Китти смутилась.
— Bien sûr. Мы имеет такой платье.
Платья из муслина — в цветочек, в крапинку и в полоску — мелькали перед Китти, но когда она увидела платье из белого газа, расшитое серебряными нитями и бисером, то пришла в неописуемый восторг.
— О, вот это, вот это! — закричала она, обернувшись к мужчине, который из похитителя превратился вдруг в благодетеля. — Можно я выберу это?
— Да ради бога! — услышала она в ответ. — Только не лучше ли вам его сначала примерить? Какой смысл покупать вещь, если она не подходит?
С трудом веря в хороший конец этого ужасного путешествия, Китти позволила снять с себя гадкое розовое платье и окунулась в шуршащие волны тонкого белого газа. К огорчению Китти, платье оказалось немного узковато в бедрах.
Но, к счастью, лорду Дивинику удалось уговорить мадам заняться переделкой платья сейчас же, не откладывая, пока они с Китти сходят в трактир подкрепиться.
Раз у нее теперь есть драгоценное платье со шлейфом, то она ничего не имеет против предложения Клода. Они вышли из маленького магазина и немного прошли пешком до трактира «Белый медведь». Китти только сейчас почувствовала, что она ужасно голодна.
Ее внимание разрывалось между куском тушеного мяса на горячем поджаренном хлебе с маслом и картиной, которую ей рисовало воображение: она, счастливая и безумно красивая, в новом дорогом платье. В отличие от нее Клод решил пополнить запасы энергии и, пододвинув к себе тарелку с пирогом с курятиной, стал быстро уничтожать его. Утолив голод, он с удовлетворением откинулся на спинку стула и уставился на лицо Китти. Почувствовав на себе его взгляд, она возмутилась:
— Я не хочу, чтобы вы так смотрели на меня! Никак не можете привыкнуть к сходству между мной и Кейт?
Клод покачал головой.
— Никогда бы не поверил, что два незнакомых человека могут быть так похожи.
Он встал из-за стола и стал ходить по маленькой гостиной, чтобы не проговориться. В его голове созрел поразительный по своей смелости план, но об этом Китти пока знать не надо, он хотел все хорошо обдумать.
Голос девушки вернул его к действительности:
— У вас такой убийственный вид! О чем вы думали?
— О моей матери, графине, — ответил он, усмехнувшись.
— Это ваша мать заставляет вас жениться на Кейт?
— Тетя Сильвия хочет того же, но впервые высказала эту мысль графиня.
Китти вдруг захотелось вернуться в приют, где если ее и недооценивали, то, во всяком случае, считали своей. Она решительно отодвинула стул и встала из-за стола.
— Не могли бы мы отправиться в Пэддингтон, сэр?
Резкая смена настроения Китти не ускользнула от Клода. Печальный взгляд ее бархатных глаз вызвал у него искреннее сочувствие.
— Мы не поедем в Пэддингтон, — неожиданно для себя выпалил он. — Я все обдумал и принял новое решение: мы поедем в Гретна-Грин!
Глава третья
Китти недоверчиво взглянула на Клода. Решив, что ослышалась, она со смехом проговорила:
— Вы в самом деле хотите тайно сбежать со мной или мне только показалось?
Клод побледнел.
— Ничего я не хочу! В конце концов... — Он осекся на полуслове, обругав себя за глупую болтливость. Он должен держать язык за зубами! — Что я имел в виду, сейчас не скажу. Видите ли, пока мы ели, я кое-что придумал.
— Взять меня с собой в Гретну? — недоверчиво проговорила она.
— Не совсем, — ответил Клод, пожав плечами. — Размышлял о женитьбе. Вспомнил Гретну и сразу подумал: а вы совершеннолетняя? В самом деле, сколько вам лет? Должно быть, вы старше Кейт. Ей девятнадцать.
— Ну, я старше ее, сказала Китти, вскинув подбородок. — Мне двадцать один! Точнее, почти двадцать один. Я родилась в июле.
— Жаль! — разочарованно проговорил Клод. — В таком случае вы не можете выйти замуж без согласия своих опекунов.
