— По-моему, это очевидно, — быстро отозвался Робертсон. — Западный фронт является главным, особенно теперь, когда Россия очевидно выходит из войны, и только здесь может быть достигнут коренной перелом, который поставит гуннов на колени!
— Я поддерживаю выводы сэра Уильяма, — высказался Хейг. — Ключ к победе лежит в Бретани.
— А я не согласен! — решительно возразил Ллойд-Джордж. — Сейчас мы слишком слабы чтобы предпринимать какие–то активные действия во Франции. «Бойня Нивеля», закончившаяся революцией, и провалившаяся «Битва за мир», переросшая в «Второй бег к морю», и будем откровенны, в драп от Соммы до «Бретонского редута», показали это со всей очевидностью, — премьер не щадил самолюбия своих военачальников, сидевших с красными лицами. — Нам сейчас срочно нужны победы, чтобы затмить случившуюся катастрофу, поднять дух и войск и населения. Во Франции нам их не видать, во всяком случае пока на одного тевтона или австрияка не будет приходиться по десятку солдат Антанты, а желательно не одному, а на каждую их пушку по полсотни наших, лучше по сотне. Значит, надо бить туда, где противник слаб, и наши шансы на победу наиболее велики. Прежде всего это турецкие фронты в Сирии и Месопотамии. Турки оставили Багдад и Иерусалим, они едва удерживают фронт к северу, да и то лишь благодаря революциям в России и Франции, ослабившим наши усилия. Если на них навалиться со всей силы — они сломаются! А разгром Турции, это не только слава, но и очень недурная добыча! Чего стоят нефть и зерно Месопотамии с рудами в горах Тавра! Про стратегические позиции умолчу — полагаю, они понятны всем присутствующим.
— А если Вильгельм и Карл перебросят часть своих сил на помощь туркам? Что тогда? Новая Амара?! — поинтересовался красный от возмущения Робертсон пустил ядовитую стрелу в премьера, напоминая об окружении и пленении турками в прошлом году целого британского корпуса. Точнее, по большей части индийского, а белые там были в основном анзаками[5], не считая высшего командования, конечно, но позор-то лёг на британские знамёна!..
— Мы не дадим им такой возможности! — ответил британский премьер своему начальнику штаба. — Слишком большие у них будут логистические проблемы. Железные дороги в Турции и до войны оставляли желать много лучшего, и их было совершенно недостаточно, спасибо этому клептоману Абдул-Хамиду и его визирям-взяточникам. А теперь на турецких железных дорогах вообще полная разруха. Не хватает исправных паровозов и вагонов, огромный дефицит угля и масла, стрелки, водокачки и прочее железнодорожное хозяйство дышат на ладан без ремонта. Промышленность в Турции плоха и мала, она даже свою армию не может полностью обеспечить, а уж о немцах с австрияками и речи нет! Везти всё из Германии и Австрии? Про железные дороги в Турции уже сказано. Средиземное море блокировано нашим флотом. Ни одна армия, даже придя пешим порядком, не сможет воевать без постоянного подвоза снарядов, патронов и много чего ещё...
— Можно подвозить в порты Болгарии, а оттуда Чёрным морем, недоступным для нашего флота, в турецкие порты. — возразил Робертсон. — Русские явно выходят из войны, мешать не будут.
— К счастью, пока русские были нашими союзниками, они лишили турок большей части их судов на Чёрном море, — не сдавался Ллойд-Джордж. — Оставшегося тоннажа слишком мало для полноценного снабжения армии. У болгар его ещё меньше. К тому же, порты Болгарии и Турции может бомбить наша и союзная авиация с греческих островов Эгейского моря и с Кипра. Кроме того, мы можем сделать так чтобы Берлину и Вене, стало не до помощи туркам. Успешный десант в Катарро осуществлённый совместно с итальянскими союзниками, освобождение Черногории, где вернувшийся король Никола снова набрал войска из своих подданных, создание господами Трумбичем и Масариком объединённой Славянской армии, фактически привели к образованию нового фронта на Балканах. Этот фронт великодушно усилили наши французские союзники, — премьер наклонил голову в сторону в сторону Пуанкаре, Клемансо, Фоша и Пэтена, — согласившись перебросить в Катарро недавно сформированную Польским Национальным Комитетом мистера Дмовски и мистера Падеревски, так называемую «Синюю армию» генерала Аршинара. Шесть с половиной десятков тысяч польских волонтёров — это серьёзная сила! Уже достигнуты немалые успехи! Освобождена вся Черногория, Далмация, занята большая часть Герцеговины, включая Мостар. Взяты Рагуза и Себенико. Австрийский флот теперь в наших руках, немецкие подводные лодки блокированы в Пуле, наши итальянские союзники оставшиеся верными Антанте легко заняли острова у берегов Далмации и Истрии, приветствуемые живущими там итальянцами. Линия фронта приблизилась к Заре которая вряд ли долго устоит. Австрия отдала немцам все резервы для наступления во Франции, сейчас им просто не хватает сил чтобы успешно противостоять нашему удару. После переброски на Балканы поляков, открываются возможности успешного наступления успешного на Хорватию и Боснию, а также высадки десанта в Истрии, что откроет дорогу к Триесту и Фиуме, окончательно отрезав немецкий блок от Адриатики, и создав угрозу для внутренних районов Австрии и Венгрии. После пополнения сербами и славянскими добровольцами из занятых земель южной Австрии, и усиления войсками прибывающими из Африки и Азии, мы получим возможность разгромить болгар в Македонии и оккупировать Болгарию, либо заставить её сдаться, что откроет нам дорогу к Проливам и к Румынии с её нефтью. Выгоды Балканского фронта очевидны, не так ли, господа? — премьер обратился за поддержкой к французам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так как у нас тут военный совет, предоставим сначала слово младшим, — при этих словах Клемансо все присутствующие не смогли удержать усмешки, так как все французские участники совещания были сильно в возрасте. — Да и военным тут карты в руки. Прошу, генерал… — французский премьер кивнул Пэтену.
— Для начала, я должен сказать, что в словах генерала Робертсона есть истина. Исход войны действительно определится на Западном фронте, — начал французский главком, — но произойдёт это не сейчас и не в ближайшие месяцы. Да, мы прочно удерживаем «Бретонский редут», и наше положение не вызывает опасений. Но и немцы стоят прочно. Благодаря миру с Анрио, они сильно сократили фронт, и значительно уплотнили свои порядки, увеличив их в глубину. Для их прорыва понадобится тщательная подготовка и огромное превосходство в живой силе и вооружении, особенно в тяжёлой артиллерии, бронетехнике и авиации. Так что НА ДАННЫЙ МОМЕНТ прав мсье Ллойд-Джордж, СЕЙЧАС нам не по силам наступать во Франции, да и в дальнейшем, чтобы наступление не вылилось в очередную бойню без какого-то внятного результата, как у немцев под Верденом, у нас на Сомме, или весной, а привело к полной победе и продвижению до Рейна, а если понадобится и далее, нужно не только создать абсолютный перевес здесь, но и заставить бошей оттянуть их резервы в другие места. Тут я согласен с нашим британским союзником, нам нужны успехи на других фронтах, и не только для поднятия духа в войсках и в тылу, но и для продвижения успешной стратегии. Разгром Турции высвободит большие силы с ближневосточных фронтов, позволив нам усилиться на других направлениях, плюс откроет Чёрное море с путями к восточным Балканам, а также к южным окраинам России, позволив непосредственно влиять на ситуацию в этой стране. Создание сильного единого фронта на Балканах ещё перспективнее. Это позволит не только нанести поражение Болгарии, но и выйдя в долину Дуная, развернув наступление на Венгерскую равнину, лишая немецкий блок венгерского продовольствия и создавая непосредственную угрозу Вене, а также главному арсеналу Австрии в чешских землях. Кроме того, оттуда недалеко до Польши, которая при появлении наших войск поднимется на восстание против Вильгельма и Карла. А занятие Польши позволит, значительно пополнить польскую армию и окружить бошей также и с востока, выйдя к Балтике. И тогда «идеально организованный голод» в Германии станет уже не идеальным а безусловно смертельным! Не зря же мы признали Польский Национальный Комитет месье Дмовски и месье Падеревски Правительством Польши! И австрийской, и германской, и русской.
