ясность не приходит.
Емельян появился в жизни Олема ещё в его бытность рядовым аналитиком. Не сразу. Это случилось, когда засада уже догнала академических воришек. Тут предусмотрительный «большой учёный» свой план и реализовал, показав пальцем на «истинного виновника» провала – Олема.
Чекисты свято блюли традиции, они появились на рассвете. Собственно говоря, Олем и по сей день не ведал, что его спасло.
2
Это было очень давно, лет двадцать назад, в другой стране, не все правда это понимают. Маршал тайной службы Юзов быстро пробежал глазами наполовину заполненный текстом листок справки-доклада. Плотные шторы, зелёные абажуры, массивный деревянный стол… интерьер этого кабинете никогда не менялся, и не изменится покуда стоит земля русская… под надлежащим надзором тайной полиции.
– Значит академики Штукаров, Прохвостов и Хлюстов, Жучков и Жуликов верноподданно до-но-сят…
Помощник маршала уже давно привык к манерам патрона, и на риторические вопросы отзывался исключительно малым изменением согнутия спины.
Юзов сжал губы, была бы его воля, так балаган по прозвищу Академия в полном составе лес валил. Нельзя. Его предшественник маршал Берий сделал замечательный ход. Когда к нему поступили расстрельные документы с огромным списком учёных, то покойный маршал, возглавлявший кроме НКТС – народного комиссариата тайной службы ещё и проект звёздной бомбы, задумался. А когда устал думать, вызвал машину и уехал в своё обожаемое детище – институт атомной энергии.
Институтские потели и немели, онемеешь ведь, когда страшный Берий всех созвал и вопрошает:
– Правда, что квантовая механика – реакционная буржуазная лженаука?
Да и теория относительности в стороне не осталась… реакционная лженаука, понимаешь.
Говорят, что встал тогда один, коленками трясясь и зубами стуча.
– Будет у нас физика как у пиратов, и бомбы будут как у пиратов, а…
– Трус не тот, кто боится, а тот, кто боясь встать в атаку не может. Будешь моим замом по науке…
Товарищи учёные – народ сообразительный, вот и сообразили, что… кто стоит между ними и расстрельной командой.
Жить захочешь, короче, интересный подарочек получил маршал Берий. Когда армейские маршалы Наскочиш и Завалиш в сговоре с Кукурукиным порешили «врага народа Берия» предать революционному суду, то столкнулись с ожесточённым сопротивлением дивизий НКТС. Решились проложить дорогу звёздной бомбой, увы и ах, бомба на заданной высоте не взорвалась. Опустилась аккуратненько на парашюте до земли, да прилегла в распадке. Так все узнали, что без разрешения главы НКТС не только кина, но и атомной войны не будет.
Кукурукина сменил Бровкин, а секрет бомб Берий передал преемнику только на последнем вздохе. Так что первым делом Юзов вылетел на Степной полигон, подтверждать свой статус успешно проведённым натурным испытанием.
Вот с той поры были в стране две научные структуры. Академия для введения врагов в заблуждения, министерство высшего образования для подготовки и использования учёных.
– А как сам фигурант объясняет провал академических усилий, – с безразличной интонацией произнёс маршал.
– На допросе играл в дурку, эдакий прямым ходом с югов, дескать, сказали ему – техническое задание, – вот и получили академики техническое задание, а технический проект никто и не спрашивал.
Маршал посмотрел на помощника, а точнее на ещё один лист в его руке, из папочки «на подпись» уже извлечённый, забрал себе. Справка-характеристика. Юзов дочитал лист до конца, перевернул и дочитал полностью справку.
– Почему так подробно? Три пробы-проверки на совместимость с НКТС. Его к нам взять собирались?
– Никак нет, товарищ маршал! Полная проверка проведена по запросу известной вам сотрудницы «Лиса» и руководства высшего училища НКТС, где скрытно учится её дочь. Замуж девушка захотела…
3
Глядя на академический бардак, молодой Олем заподозрил, что с организацией науки не всё так просто. Из застенков полиции прямым ходом попал на экспериментальный подмарковный заводик, что вообразил доказательством своей сообразительности. Вот она, реальная смычка высшего образования и отраслевой науки. Будущее устоялось. Особенно после скромненькой свадьбы с Ниной. Вот в промежутке между попаданием и свадьбой и нарисовался инженер-электронщик Емельян, типа посмотреть, что же за чуда в перьях – инженер-математик-аналитик. Узнал, что задач три, а зарплата одна, вздохнул и рукой махнул. Знакомо.
В Советском Союзе трава была зеленее, девушки скромнее, а дурни дурнее. Нет, вы не поняли. Дорога в дураки была трудна. Первым делом надо было пройти полный курс школы: начальной, восьмилетней и, наконец, десятилетней. Ладно бы пройти, но аттестат должен светиться множеством отличных оценок. Этого мало. Труднейшие конкурсные экзамены открывали будущему дураку двери вузов. Пять лет материально скудного существования наполнялись знакомством с духовным наследием человечества. Диплом, распределение и первая зарплатная ведомость. Вот тут и приходило понимание – ну ты и дурак!
Скупо природой одарённые сразу же получали в разы больше самых опытных инженеров. Гегемоны.
Одного взгляда на участок Емельяна хватило за глаза, такой вот каламбур неуклюжий. Роботы. Простые манипуляторы, взял из ящика заготовку, поместил в программируемый станок, извлёк деталь, положил в ящик готовой продукции. Кранты и обида гегемонам называются эти машины, патамушта все их умения умеют. Работают без остановки, в теории. На практике постоянные простои.
Гегемоны на предыдущем участке технологической цепочки обязательно клали (на техпроцесс) хоть одну заготовку в ящик вверх ногами, и чудо-техника останавливалась, и никакие воспитательные меры не помогали. Новые луддиты, понимаешь, в борьбе за свои классовые интересы.
Неделя ушла на помощь собрату из интеллигентской прослойки. Манипулятор получил проводок-щуп, в его чип закачали образ геометрии заготовки и управление поворотом захвата, теперь заготовка всегда попадала в станок нужным концом.
Перед особистом лежала внушительная стопка бумаг.
– Сто двадцать два сообщения о вашей антисоветской деятельности за четыре дня, – особист поднял на Олема глаза, – это рекорд, всесоюзный рекорд. На Стоханова и то полвека назад меньше написали. Рассказывайте, тыщахановцы, что это вы там придумали…
Первый большой результат группа распознания образов выдала через полгода. «Двурукий» робот разобрал и собрал армейскую штурмовую винтовку, уложившись в пределы норматива. Оба раза, во второй раз детали автомата перемешали.
Продолжайте работать, услышали они на следующий день. Шли годы. Роботы учились распознавать образы, звуки, смыслы, разбирать, чистить и собирать оружие, заряжать, взводить и стрелять. Перемещаться под огнём, действовать в группе, стрелять прицельно…
А потом Нина вернулась из очередной командировки в наглухо запаянном гробу.
Жизнь рывком выдернула Олема из царства счастья и науки в грубую реальность. Перед гробом наладчицы собрание боевых орденов не несут.
За это время страна изменилась. Умершего Бровкина сменил Механизатор. Механизатор подарил людям новое видение. Убыстрение и перекройка. Перекроенные должны были ощутить себя общечеловеческой сущностью. Сущность оказалась кровожадной, особенно когда
