вынесут труп пилота, и можно ночевать в кабине. Будем там сидеть, пока нас не найдут. Нас же должны искать? – Она хмуро оглянулась на Екатерину, которая следовала за ней. – Они же знали, что мы к ним летим? Верно?
– Конечно, – Екатерина вздохнула, – нас уже ищут. Зачем ты тащишь эти ветки?
– Костер развести, ночью, наверное, будет холодно, да и комары просто съедают, – ответила Татьяна.
– Ну да, – подтвердила Екатерина, – вид у тебя очень опухший.
Дальше они шли молча.
– О!! Катя! – Первой их заметила Наталья Краснова, она перестала изображать из себя вдовствующую королеву и пошла к ним навстречу. – Как я рада, что с тобой все в порядке! А я вот, – запричитала она, – босая, ноги все разодрала, ужас!
На крики Красновой выглянули из разбитого фюзеляжа и все остальные.
– Привет! Рад, что живая! – Андрей помахал ей рукой.
– Привет-привет! – Ринат и Сергей пошли к ним навстречу. – А мы труп подальше от самолета уносили.
– Надо закопать! – посоветовала Екатерина. – Еще не хватало, чтобы на его запах пришли волки или медведи, тогда и нам несдобровать.
– А нас разве не найдут к этому времени? – спросила у нее Мария.
– Я понятия не имею. – Екатерина от нее отмахнулась. – Нас должны были уже найти, но, как сама видишь… У вас есть вода?
– Да, лови! – Андрей кинул ей бутылку с водой. – Только имей в виду, что у нас на каждого ровно по одной бутылке воды и по пять печенюшек, и если нас потом не найдут…
– То мы будем есть белок, – подытожил Ринат.
Татьяна подошла к самолету и бросила ветки на землю.
– Кто-нибудь умеет правильно разводить костер? – спросила она окружающих. – На каком расстоянии от фюзеляжа, надо ли копать ямку?
– Я умею. – Сергей пошел сооружать кострище. – А вы пока натаскайте в салон самолета еловых веток, спать-то надо на чем-то, как я понимаю, до утра нас уже точно не спасут.
– А я все-таки надеюсь. – Мария вздохнула, она сидела на траве, прислонившись спиной к обломкам джета. – Потому что ноги у меня опухли и посинели и очень болят.
– Могу сказать тебе то же самое. – Андрей подволакивал левую ногу, опираясь на какую-то корягу. – Нога просто огнем горит. Екатерина, они же знали, что мы прилетим, почему не ищут?
– Ищут, – отмахнулась от него Федорова, – наверное, тайга густая, не видно нас.
– Пошли бегом за ветками. – Таня с тревогой вглядывалась в быстро темнеющее небо. – Мне кажется, сейчас дождь начнется.
– Ну, тогда и костер нет смысла пока разводить или надо навес делать. – Сергей отнес ветки в салон. – Пошли, Таня. Кто с нами?
– Я не могу. – Краснова опять повалилась на траву. – У меня голова болит!
– Я пойду с вами, – неожиданно вызвалась Екатерина, – нож есть у кого-то? Топор? Ветки будем руками рвать?
– Подождите! – обрадовалась Таня. – Я вспомнила! В кабине у пилота был какой-то ящик, как под инструменты, я сейчас. – Она поспешила к самолету.
Татьяна забралась внутрь, коллеги уже успели вынести из самолета сломанные кресла и весь мусор, сейчас там был пустой салон, в котором, как памятник прошлой жизни, стоял огромный алый чемодан Красновой.
Таня вошла в кабину и огляделась, да, действительно, ящик для инструментов, внутри оказался небольшой топорик, гвозди, молоток и пассатижи. И моток веревки.
– Нам очень повезло! – Таня принесла топорик и веревку.
– Это да! – скептически хмыкнул Степанов. – Просто супервезение! Пошли, времени мало, скоро ливанет.
Они отправились в сторону ближайшего молодого ельника.
– Ты как нас нашла? – Сергей обратился к Екатерине. – Ты вообще где была все это время?
– Я очнулась в каких-то кустах, потом ждала, пока пройдут тошнота и головокружение, потом услышала Таню и пошла на ее голос, – пожала плечами Екатерина. – Я мало что помню.
– Ладно, – согласился Сергей, они пришли в ельник, – я буду рубить ветки, а вы их стаскивайте в три кучи и перевязывайте веревкой. Потом потащим волоком.
– А здесь есть клещи? – Таня поежилась. – Сейчас самое время, начало лета.
– Конечно, есть, – «обрадовал» ее Степанов, – их тут тьма, наверное, особенно в траве, а вот в ельнике и среди сосен быть не должно. Перетряхивай одежду вечером, и все.
– До смерти их боюсь. – Таня, исцарапав все руки, стаскивала ветки в кучу.
– Здесь еще кабаны, медведи и волки, – буркнула Екатерина, – так что клещи – это так, домашние животные.
Едва они успели дотащить ветки до самолета и выложить ими пол в салоне, как начался дождь, даже не дождь, а настоящий ливень. Все спрятались в самолете и разместились на еловой подстилке. Уже стало смеркаться, а дождь все так и не проходил, и только тогда Таня сообразила:
– Это же питьевая вода! – воскликнула она. – У кого-нибудь есть какая-нибудь емкость?
– Ну конечно, – буркнула Екатерина, – у всех с собой кастрюли, ведра и тазы.
Таня связываться с ней не стала, легла на еловые ветки и закрыла глаза: все равно было тепло, но зато пропала духота и комары исчезли. Есть она не хотела, ее до сих пор тошнило, а вот жажда мучила, но в бутылке воды уже оставалось на донышке, и Таня ее берегла. Головная боль тоже почти прошла, хотя голова немного кружилась до сих пор, и чувствовала она себя, в принципе, неплохо, но зато сейчас у нее появилась паника – что делать, если их найдут слишком поздно? А если действительно здесь водятся медведи?
Таня незаметно для себя уснула.
4 июня
Таня проснулась оттого, что захотела в туалет, она открыла глаза и удивленно огляделась: серое раннее утро, она в кабине самолета, рядом спят коллеги, и тотчас все вспомнила.
– А я-то думала, что это мне кошмар приснился! – пробормотала она, попытавшись подняться. Все тело у нее жутко болело, ломило каждую косточку, выворачивало каждый сустав, Таня едва выползла наружу.
Судя по всему, было около пяти часов утра, низкое серое небо, полностью затянутое облаками, местами начало светлеть, но зато на землю опустился туман, такой густой и плотный, что Таня не видела дальше трех метров.
Она осторожно отошла от самолета, но оставила его в зоне видимости, чтобы не заблудиться, и сделала все свои дела, а потом огляделась – вокруг было сыро и мрачно.
Вернувшись в лагерь, она разбудила Сергея.
– Давай вставай! – прошептала Таня, толкая его в плечо. – Ты вчера куда зажигалку дел? Надо костер развести, очень сыро и похолодало тоже.
Степанов без вопросов выполз из самолета и развел костер, у которого они вдвоем и сели.
– Что будем делать? – Сергей задумчиво кидал мокрые шишки в пламя, они забавно шипели. – Еды у нас
