— Деретесь, тетенька? — сгримасничал он, а потом спросил уже нормальным голосом: — Замерзла?
— Есть немного. Слишком непривычный перепад температур.
— Прости, мое упущение. Даже не подумал, что для твоего вида подобная температура может быть некомфортной. Сейчас принесу еще одеяло.
Неси-неси, голубчик, а я пока подумаю над смыслом твоих слов и спокойно поем. Итак, что мы имеем?
Во-первых, пустынную местность. Если мне не изменяет память, единственный такой островок находится аж за Светлой империей, и до него не меньше пяти портальных переходов, а мы совершили лишь один… Во-вторых, ашвея. Чтобы так далеко от Границы? Очень странно… Как я здесь оказалась, да еще и в компании Василисы? Что порталом — это понятно, но как рассчитывалась конечная точка выхода? И почему нас с магистром Мором выбросило в разных местах? Вопросы-вопросы, но пока ни одного ответа, что настроения не добавляло. Поэтому на возвращение Гарана я отреагировала хмурым видом, прикидывая, как вызнать у него нужную информацию.
— Меня смущает твой плотоядный взгляд, — хмыкнул парень, бросая поверх моего одеяла еще одно, на этот раз теплое, а вторым укрывая плечи.
— То ли еще будет. Спасибо за дополнительный обогрев.
— Если все равно будешь мерзнуть, скажешь. Я приготовлю для тебя отвар, позволяющий регулировать температуру тела.
— А почему бы не дать мне его сразу?
— Из-за магической составляющей, которая может отразиться на восстановлении резерва.
— Ладно. Тогда дай что-нибудь от простуды, и пойдем общаться с вашим главным.
Гаран согласно покивал, но прежде дал несколько невкусных зелий и с сожалением сообщил, что сегодня уже не в силах излечить недуг. Зато завтра, когда он сам немного восстановится, поможет.
От этого замечания я отмахнулась. А то не видно, в каком состоянии парнишка. Наверняка ведь следит не только за мной и работает практически на износ. Добрый мальчик…
Для встречи с главнюком мне торжественно вернули родные сапоги и выделили шерстяное одеяло, тянущееся следом подобно шлейфу. На закономерный в общем-то вопрос — где мои родные вещи, — Гаран многозначительно намекнул на неравный бой с пустынным песком и гусеницей. Но, благодарение Моране, вернул мне атам и семейный гримуар — хоть какое-то напоминание о доме, которое, возможно, в будущем поможет установить нужную связь.
Сложив свои сокровища под подушку, я выскользнула из палатки следом за лекарем. В очередной раз поежившись, я сильнее закуталась в одеяло. Оказывается, внутри было очень даже тепло! Я и не предполагала, что в пустынях такой перепад температур. Или это местная аномалия?
Я подняла голову к ночному полотну, понадеявшись на подсказку звезд и созвездий, и грустно вздохнула. Небо чернело тяжелыми облаками без единого намека на просвет. Лагерь с многочисленными палатками освещался жидким огнем, заключенным в стеклянные увеличительные сферы, но из-за этого границы огороженной защитным куполом территории терялись во мраке. В нескольких местах вокруг небольших кострищ сидели воины. В казанах булькало какое-то варево золотистого цвета, источающее приторно-сладкий аромат.
Проходя мимо очередной компании, я заметила с десяток обращенных на меня любопытных взглядов. Вроде ничего необычного, но один, жадный и липкий, заставил недовольно нахмуриться. Его обладатель даже встал с места, провожая меня глазами. Неужели эти упыряки так сильно успели соскучиться по женскому вниманию? Об этом и спросила у лекаря, получив настораживающий ответ.
— А у нас в принципе мало женщин. Из воинов, что отправились в поход, всего шестеро гаремных. Остальные пока свободны.
— Гаремных?
— Это когда у одной женщины несколько мужей.
— Я знаю, что значит гарем! Я другого понять не могу — где я?
— Скоро все узнаешь. Капитан с удовольствием ответит на твои вопросы.
— Пока мы до него не добрались, буду пытать тебя. Кстати, а капитан — это он или она?
— Он, конечно! Удел женщин — заботиться о доме, получать удовольствие от своих мужей и рожать детей.
— Значит, патриархат. Погоди, тогда выходит, что стоящие у власти мужчины тоже входят в чей-то гарем? Или у них одна жена на всех?
— Что значит патриархат?
— Если коротко, то доминирование мужчин во всех сферах власти. И в свете этого мне непонятно наличие у вас гаремов…
— Великий владыка и его приближенные наделены большей властью, нежели простые воины. Если женщина выбрала кого-то из них, то они образуют нерушимый союз. Жена Высшего не имеет права приводить в дом других мужчин и требовать создание гарема.
— А у простых воинов может?
— Да. Для них честь стать частью чьего-то гарема.
Великая Морана, куда я попала?! А главное — к кому?
Пока я пыталась осознать полученные сведения, провожатый поведал, что женщин своих они балуют, холят и лелеют, одаривают всем самым лучшим. В общем, я пришла к выводу, что их почитают как богинь и, скорее всего, в большинстве своем они окажутся жуткими стервами.
Оценив масштабы проблемы, я извелась от любопытства — как же остальные обходятся без женского внимания? Но не хватало еще обсуждать такие вещи с мальчишкой. Вот встречу кого постарше, у него и узнаю.
— Гаран, скажи уже, где мы находимся?
— Капитан сам все поведает. А к тебе у меня будет только одна просьба — что бы он ни говорил, не нервничай! Это может негативно сказаться на твоем восстановлении и замедлить наполнение резерва.
— От такого предупреждения я уже волнуюсь, поэтому ничего не обещаю. — Встретив серьезный взгляд лекаря, я добавила: — Но очень постараюсь.
— Тогда проходи! — И меня завели в одну из палаток, пропитанную горьким запахом полыни и, к сожалению, тоже совсем не прогретую.
Яркий свет магических огней, сосредоточенных над столом, заваленным бумагами, больно резанул по глазам. Прищурившись, я медленно скользнула взглядом по великану, нависшему над столешницей. Казалось, он даже не заметил нашего прихода, полностью погрузившись в изучение карт и свитков.
— Командир, гостья доставлена в целости и сохранности. Надеюсь, обратно вернешь в таком же состоянии.
— Все зависит от самой гостьи, — спокойно отозвался мужчина, наконец-то отрываясь от бумаг. — Иди отдыхай, Гаран. Я сам провожу девушку в палатку.
— Да я не устал…
— Гаран!
— Слушаюсь, капитан, — отчеканил лекарь, но прозвучали слова с явной насмешкой. — Спокойной ночи, тетенька!
— И тебе не буйной, малыш, — хмыкнула я, плотнее закутываясь в одеяло.
Как только мы остались с капитаном наедине, я рискнула пристальнее посмотреть на мужчину. Интересный экземпляр, ничего не скажешь. Волевое лицо с квадратным подбородком обрамляли седые пряди, резко контрастируя со смуглой кожей. Черные узоры на висках причудливой вязью спускались по скулам к шее, пропадая где-то за краем рубашки. Зеленые глаза с черным ободком разглядывали меня в ответ, а губы были слегка поджаты. Привлекательный мужчина, если бы не одно значительное НО — уродливый шрам, пересекающий правый глаз и часть щеки. Самого глазного яблока он не коснулся, зато оставил белесый след, придающий облику мужчины еще большую суровость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
