Читаем без скачивания Пересекая параллели - Алексей Понтус

Когда я сделал первые шаги в доме, стало ясно, что никакого разбойного нападения или грабежа не было, никаких корыстных целей так называемый «мусорщик» не преследовал. Вообще, если не считать кучки копов, врачей и прочих налоговых нахлебников, трудно вообще подумать, что тут могло произойти что-то ужасное. Всё было изумительно чисто, или хотя бы в своём первоначальном виде, никаких следов взлома, запах стоял как в туалете после тщательного использования освежителя воздуха. Пожалуй, пора было переходить к главному.

Сделав три быстрых шага к комнате с наибольшим скоплением людей в специализированной форме, я обратился к первому попавшемуся медэксперту и спросил:

– Сколько уже здесь тело?

Мой собеседник повернулся, посмотрел мне в лицо, сделал, наверное, излишне многозначительный вздох и после выдоха ответил:

– По предварительным данным, около восьми часов.

– Восемь часов? Кто он?

– Мужчина, двадцать семь лет, программист, работает на одну ИТ-компанию в центре.

– Как он был обнаружен?

– Со слов его коллег, сегодня был крайний срок сдачи его проекта, которым он занимался уже полтора месяца. Четыре часа назад он не вышел на работу, на звонки не отвечал, потому к нему выслали человека, который спустя два часа его и обнаружил. Ужасно то, что у него нет ни родственников, ни друзей, кому можно было бы сообщить об этом.

– И вправду ужасно. Благодарю.

Ещё бы. Что может быть лучше, чем узнать, что над близким тебе человеком многозначительно поиздевались и убили.

Я всегда пытался узнать как можно больше деталей дела, прежде чем приступать к самому телу. Мне казалось это некоторой форой, хоть и небольшой, но дающей мне уверенность в некотором преимуществе. Хоть и иллюзорном.

Когда же я увидел само тело, мои шумы на секунду напомнили громкий крик, даже гул. Но во время той секунду, точнее даже чего-то в тысячу раз её короче, время замедлилось до неприличных норм, стало похоже на нечто отдалённо схожее с желе. Сквозь толщу желатина и красителей тёмно-красного оттенка я увидел то, что после в полицейских кругах назовут «процессором». Откуда они эти названия-то берут? Им бы всем впоп-рок группе играть. Хотя, чего уж там, какая-то логика в этой чертовщине есть. Возможно, так бы мог выглядеть один из ранних прототипов Терминатора. Ох уж это моё чувство юмора.

Всё было идеально чисто. Можно было подумать, что так оно и было создано руками природы. Вся эта хрень, с руками, глазами, с, как позже оказалось, его внутренними органами, выглядела идеальным симбиозом человека и компьютера. Честно, ровно настолько же, насколько меня это ужаснуло, настолько и поразило. Мне очень не хочется подробно расписывать, как это выглядело, да и, как известно, «лучше один раз увидеть…». И в любом случае, через пару часов вы услышали бы об этом со всех телеканалов и радиостанций, и, в чём я уверен, не только нашей страны. Возможно, этот доли секундный крик и был вызван моментальным приливом стольких противоречивых чувств, которые смешались воедино, и мой без того слегка тронувшийся рассудок не смог это представить иначе, чем так.

По истечении этого мига время и пространственная толща снова пришла в норму, тело в общем плане я уже изучил достаточно, необходимо было двигаться дальше. Шумы начали потихоньку затухать, как будто вобравшие в себя слишком много сил в предыдущее мгновение, давая мне всё яснее разобрать свои мысли. Такое чувство, что я только что принял долгожданную дозу, и боль начинала уходить. Думаю пора начинать ловить кайф.

Обмолвившись парой фраз с некоторыми, так сказать, специалистами, ничего нового и значимого я не узнал. Пока что никаких следов не обнаружено, отпечатков – тем более, свидетелей нет. Но я знал, что в этот раз мне повезёт. Я был уверен в этом! Даже скажу больше, я смаковал этот момент, выжидал, подготавливая себя как к долгожданному подарку. Почему-то я был уверен, что он сам придёт ко мне в руки. Шум в голове исчез, круговорот мыслей пытался зацепиться за каждую деталь в окружении. Я начал ощущать некоторую внутреннюю дрожь. Я закрыл глаза, попытался погрузиться в это помещение в каком-то третьем измерении. Меня прервал голос.

– Как тебе это всё?

Это был Макс. Я открыл глаза. Даже мимолётного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он немного ошарашен.

– Не знаю, пока никаких зацепок нету, но я думаю, нам повезёт.

– Я не об этом. Насколько же он конченый мерзавец. Как можно было сотворить такое? Осталось ли хоть что-нибудь человеческое в этом психе. Да и человек ли он? Срань, Ник, Срань.

Его голос слегка смахивал на инфантильное нытье. Мне было его откровенно жаль, и вместе с тем, мне казалось это необходимым. Человек, который сорок лет верил в людей, в доблесть, храбрость, постепенно начинает терять эти наивные предубеждения. Тут главное, не сломаться. К счастью, я знал средство.

– Успокойся, Макс, да, я знаю, это хрень полная, но ты давно должен был это понять. Мало осталось уже людей, которых на самом деле можно назвать людьми. И мне очень жаль, что ты такой, и одновременно с этим я тебе завидую. Я сломался уже давно, ты же умудрился прожить столько, сохраняя хоть какую-то веру в человечество. Возьми сигарету, выйди на улицу, а затем займись своей работой. А после этого всего мы выедем и немного проветримся.

Хлопать по спине и приободрять я не умею, однако попросить его отвлечься я могу. Макс был прекрасный детектив, с которым мы не прошли уже не мало, и мы настолько сошлись, что могли поочерёдно наставлять друг друга на верный путь. В некоторой степени он не давал мне упасть слишком низко, я же старался не дать ему сломаться и вместе с тем не упорхнуть слишком высоко. В этом я солидарен с древней историей про Икара: чем выше взлетишь, тем больнее падать. Надеюсь, сейчас он ещё не набрал высоту. Мне искренне хотелось, чтобы он сохранял самого себя, только это может помочь не доломаться мне.

Всю беседу с ним я с трудом сдерживал себя, потому, как только он вышел, я сразу принялся за дело. Я был словно под амфетамином, мой мозг работал в ускоренном режиме. Если вы смотрели фильмы про киборгов убийц, вы наверняка помните, как те зрительно искали и захватывали свои цели. Мои глаза сейчас занимались практически тем же, только без сомнительных спецэффектов. Переводя взгляд от одной точки к другой, я пытался зацепиться за что-нибудь, что хоть немного могло привлечь моё внимание.

Безрезультатно. Не было ни лишней капли крови, ни царапины, вообще хоть чего, что могло бы помочь в поиске маньяка. Я начинал выходить из себя, пульс заметно ускорился. Осмотрев всю комнату и жертву настолько, что мог бы без труда спроектировать в своём сознании, я решил слегка поменять тактику. Я выцепил одного из руководящих медэкспертов и, с трудом сдерживая некоторое раздражение, выговорил сквозь зубы:

– Эмм, привет.

Я дышал слишком громко и быстро, этого нельзя было не заметить.

– Здравствуй, Ник. С тобой все в порядке?

– Да, да, всё в порядке. Слушай, вы давно здесь? Всё осмотрели? Ничего подозрительного?

– Чуть более часа. Да, всё.

Я перебил его.

– Час? Целый час? Вы же всё испортили! Почему меня сразу не вызвали? Вы всё испачкали своими ручонками, я, как главный детектив этого дела, должен был быть здесь первый! Почему меня сразу не вызвали?

Он оставался хладнокровен.

– Не я решаю, кто и когда здесь будет. Ты точно в норме? Слушай, приятель, выйди на воздух, ты слегка бледноват.

– Неважно. Продолжай.

– Особо ничего. Его подарочки лежат на том столе, всё по стандарту, снимок и мешок с сувенирами. Можешь взглянуть, но зрелище там воистину жуткое. Осмотрели участок, ни следа. Насколько я знаю, свидетелей тоже нет. Всё чисто, как и всегда.

Как и всегда! При этих словах я пришёл в бешенство, но старался этого не показать. Хоть мысли мои были чисты, рассудок затуманился, начало слегка двоиться в глазах. Я понял, что мне просто необходимо успокоиться. Так, дыши ровно. Чёрт, как же там было жарко. Я поспешно выбежал на улицу. На ходу чуть не сбив кого-то, я отошёл на несколько метров и закурил. Я, правда, старался взять себя в руки.

– Слушай, Ник, если тебе и вправду не по себе, ты можешь поехать домой. Я тебя прекрасно понимаю, тут всё не так просто.

Ещё минуту назад я бы мог запросто накинуться на него за такие слова, но я, кажется, на самом деле начал успокаиваться, к тому же голос шефа звучал слишком дружелюбно и по-отцовски.

– Спасибо, конечно, но я останусь здесь и сделаю то, что должен. Без чего-то большего, кроме как того, что он нам сам умышленно оставил, отсюда я не уеду.

– Ты молодец, и ты замечательный детектив, но тебе порой слишком мешает твоё помешательство. И не отрицай это. Если ты сможешь привести свою голову в порядок, у тебя всё получится.

Именно таких слов мне так и не хватало. От жены подобных любезностей я уже давно не слышал, на работе, кроме как ради упрёков и выговоров, ко мне никто и не обращался. Да и Макс, при всем своём желании помочь мне, будто больше старался воспитывать меня, чем одобрить мои действия. Я почувствовал невероятный прилив благодарности, однако постарался остаться невозмутимым, приподнял голову и посмотрел в глаза Дмитрию.