— А я вот смотрю на вас и не сомневаюсь, что Дракас будет весело в Ирландии!
Алиса едва сдержала смех.
— О да, так оно и будет, — серьезно ответил Франц Леопольд. — Я просто жду не дождусь, когда же мы приедем.
Алиса с удивлением посмотрела на него сбоку, но не смогла обнаружить и тени иронии.
— Коуэн, просыпайся! — Отец тряс его за плечо. — Сегодня ночью мне снова понадобится твоя помощь.
Мальчик открыл глаза и зевнул.
— Что случилось?
Быстро глянув в щель между тяжелых штор, повешенных для защиты от сквозняка, он увидел, что на улице еще ночь. Мальчик сразу откинул одеяло и вскочил.
— Они вернулись? Что мне делать? — бодро спросил он, доставая из-под кровати простые деревянные башмаки.
Майлс подумал немного, после чего осторожно сказал:
— Да, приехали друзья, которые путешествуют по южному берегу, и нам нужно кое-что обсудить.
Коуэн натянул толстый свитер из овечьей шерсти поверх порванной рубашки, в которой спал. Кроме семейного узора его тетя также вышила на нем его инициалы, как было принято у многих рыбацких семей. Все это облегчало опознание утонувших, которых часто выносило на берег только через несколько дней. Но Коуэн не боялся, что этот свитер сослужит ему когда-нибудь подобную службу. Майлс плавал на своей лодке только по озеру Лох-Корриб, которое хоть и бывало иногда коварным, но не шло ни в какое сравнение со своенравным морем.
Мальчик достал штаны, которые совсем обтрепались, но это не волновало ни его, ни отца.
— Они придут к нам в дом?
Майлс покачал головой.
— Нет, мы встретимся в заброшенной хижине у рудника наверху.
Коуэн кивнул с серьезным видом.
— Да, здесь их могут заметить. Не все соседи думают так же, как мы. Слишком часто предательство губило дело еще до того, как оно успевало начаться.
Майлс с удивлением посмотрел на сына.
— Что? Ты думаешь, я наивный мальчик, который не знает, что происходит? Мне уже четырнадцать, и я мужчина, который может сражаться вместе с вами!
— Мужчина? Ты? Может, разве что во сне! — совершенно неожиданно раздался позади них звонкий голос.
Отец и сын одновременно обернулись и уставились на девочку. Она была босиком, в длинной ночной рубашке. Оба смущенно смотрели на нее.
— Нелли, мы не хотели будить тебя. Возвращайся в кровать.
Девочка посмотрела на отца, потом на брата-близнеца, который был очень похож на нее. У обоих были рыжеватые вьющиеся волосы, синие глаза и веснушки. Их мама умерла при родах, и отец воспитывал детей один, если не считать, конечно, помощи его сестры, которая жила через два дома от них.
— Ах, большие тайны снова манят вас в ночь, — сказала Нелли.
— С чего это ты взяла? — несколько запинаясь, спросил отец.
— Па, на тебе сапоги и кожаная куртка, у двери стоит собранный рюкзак, а мой брат-соня Коуэн спешит сопровождать тебя!
Отец попытался найти отговорку.
— Рыба лучше всего клюет на рассвете.
— Па, не надо принимать меня за дурочку!
— Да когда вы только успели…
— …вырасти? — закончила Нелли за отца, хотя тот, наверное, хотел произнести другое слово. — Каждый год понемногу! — серьезно ответила она и взяла его за руку. — Разве не это было твоей целью? Чтобы мы выросли и побыстрее повзрослели? Ну, наконец это произошло, и теперь мы будем помогать тебе, а не обременять. Радуйся.
Майлс скривился.
— Нам нужно отправляться в путь, — поторопил отца Коуэн. — Возвращайся в кровать и наслаждайся сном, сестричка, — сказал он и надел на плечи тяжелый отцовский рюкзак.
— Да, нам нужно идти. И я отправляюсь с вами.
— Это только для мужчин, — возразил ей брат.
— Ах, так? А почему тогда Карен идет вместе с вами?
Отец и сын снова с удивлением уставились на Нелли.
— Откуда ты об этом знаешь? — наконец спросил Майлс.
— Ах, па, у меня же есть глаза и уши, и я достаточно умна, чтобы сопоставить все факты — даже если вы, мужчины, не хотите этого признавать. Подождите, я надену что-нибудь потеплее. Мне нужно всего мгновение.
Майлс тяжело подошел к дочери и положил руку ей на плечо.
— Хоть я и не знаю, как ты проведала об этой встрече, ведь мы всегда были очень осторожны…
Нелли фыркнула и закатила глаза.
— …но тогда ты знаешь также, что это не игра. Это очень опасно, и если нас найдут, то мы можем погибнуть. Тебе известно, что англичане не любят шутить, этому научила нас печальная история наших предков.
— Я знаю историю нашей страны, — сказала Нелли и серьезно посмотрела на отца. — Тетя Розалин рассказывала мне о двоюродном дедушке, который был повешен рядом с Робертом Эмметом. И я знакома с судьбой экономки Эммета, которую бросили в тюрьму в Дублине и пытали, хотя она никогда даже оружия в руках не держала! Видишь, в любом случае это опасно для женщин, мужья, отцы или братья которых ступают на этот путь. — Она упрямо подняла подбородок. — И если вы решили подвергнуть меня такой опасности, я хочу хотя бы быть рядом с вами.
Отец все еще беспомощно смотрел на нее.
— Вы догадались взять сыр и хлеб? — бодро продолжила Нелли. — Нужно также захватить побольше пива и виски. Ночи сейчас холодные, и мужчины захотят согреться. Что вы стоите и смотрите на меня? Давайте, положите продукты в рюкзак, пока я переодеваюсь.
Нелли выбежала из комнаты.
— Ну, в общем, не так уж она и не права, — наконец сказал Коуэн. — Может, нам все-таки следует разрешить ей пойти с нами?
— А разве у нас есть выбор? — проворчал Майлс. — Если я прикажу Нелли остаться и ждать нас здесь, то готов поспорить, что она сотворит какую-нибудь глупость. Уж такая она твердолобая.
Коуэн усмехнулся и почесал голову.
— Да, так можно сказать обо всех нас. И это, как говорит Розалин, у нас не от мамы. Она была очень кроткой.
При этих словах обычно усталое и хмурое бородатое лицо Майлса просветлело.
— Ах, моя Хезер была чудесной женой. Такой доброй, мягкой и…
Коуэн вышел из комнаты, чтобы положить в рюкзак еду и напитки, как им посоветовала Нелли. Он был рад сделать хоть что-нибудь. Когда отец впадал в такое печальное настроение, мальчик испытывал смущение, так как не знал, что сказать. Как он мог утешить отца? В конце концов, он даже не помнил матери.
— Вы готовы?
Нелли появилась одетая и с тюком за спиной. Ее щеки раскраснелись, а глаза взволнованно блестели.
— Тогда в путь!
Под покровом темноты они вышли из дому на берегу Лох-Корриб и направились к холму, возвышающемуся с западной стороны. Майлс решил не зажигать лампу. Луна освещала им дорогу, вернее тропинку, которая петляла вначале среди болот, а потом шла через колючий кустарник.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
