Хотя ассигнования на реализацию ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России на 2009–2013 годы» увеличены с 6,5 млрд. руб. в 2009 г. до 12,3 млрд. руб. в 2010 г., или на 89,2 %, однако эта сумма составляет лишь 71,9 % от ассигнований, предусмотренных паспортом программы (17,1 млрд. руб.).
Межбюджетные трансферты на развитие и поддержку социальной, инженерной и инновационной инфраструктуры наукоградов были предусмотрены на 2010 г. в сумме 576,7 млн. руб. или сокращены на 60 % по сравнению с 2009 г.
Как положительный момент необходимо отметить, что бюджетные ассигнования на научные исследования и разработки граж-данского назначения в 2010 г. посчитаны отдельно в общей сумме 159,1 млрд. руб.
Значительно улучшилась ситуация с финансированием науки в связи с принятием Федерального закона от 13 декабря 2010 г. № 357-ФЗ «О федеральном бюджете на 2011 год и на плановый период 2012 и 2013 годов» [23]. На финансирование научных исследований и разработок гражданского назначения на 2011 г. запланировано выделить из федерального бюджета 227,8 млрд. руб.
Однако само лишь увеличение объемов финансирования науки без эффективного механизма организации научных исследований, внедрения полученных результатов в хозяйственную практику не позволяет повысить результативность научной, научно-технической и инновационной деятельности, эффективность выделяемых ассигнований.
Действующая ныне система финансирования НИОКР в рамках федеральных целевых программ и Программы фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2008–2012 гг., государственных фондов поддержки НИОКР, как правило, не предусматривает доведение научно-технической продукции до ее коммерческого использования. В настоящее время целый ряд целевых программ функционирует, по сути дела, автономно, а в некоторых случаях они дублируют друг друга.
Анализ показал, что проблемы реализации федеральных целевых научно-технических программ возникают в силу того, что Федеральный закон от 21 июля 2005 г. № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» [17] не учитывает в полной мере специфику НИОКР. Во-первых, при определении победителя конкурса на выполнение НИОКР ключевая роль отводится предлагаемой цене контракта. Во-вторых, для оценки заявок и определения победителя Закон выделяет очень короткий срок. На практике очень часто имеют место факты, когда государственные заказчики НИОКР устанавливают короткие сроки также и на их выполнение. В-третьих, отсутствует четкое законодательное урегулирование возможности и условий привлечения внебюджетного финансирования НИОКР для выполнения государственного заказа. Кроме того, процедура размещения заказов и определения победителя такова, что победитель конкурса на выполнение НИОКР, как правило, уже заранее предопределен в кулуарах.
Анализ материалов о ходе выполнения ряда федеральных целевых программ за 2008 г., в частности ФЦП «Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического комплекса России на 2007–2012 годы» [13], и реализации Федеральной адресной инвестиционной программы [12] свидетельствует о том, что средняя стоимость НИОКР по всей совокупности заключенных контрактов составляла 19,3 млн. руб. При этом в 12 программах средняя стоимость контракта – ниже 5 млн. руб. При таком уровне финансирования НИОКР невозможно получить научно-технические результаты мирового уровня. В рамках некоторых программ заключены контракты на выполнение НИОКР со сроком выполнения 1–3 месяца.
В структуре капитальных вложений доминируют расходы на приобретение импортного оборудования (около 60 %). В связи с падением курса рубля по отношению к доллару США цена такого оборудования существенно возрастает, что потребует дополнительных расходов федерального бюджета на выполнение программ. Данный факт свидетельствует о стратегических просчетах разработчиков программ, не предусмотревших мероприятия по проведению НИОКР, освоению полученных результатов и организации собственного производства дефицитных и импортозамещающих материалов и оборудования.
Несовершенство организационно-экономического механизма формирования и реализации научно-технической и инновационной политики, низкий уровень административной дисциплины государственных заказчиков-координаторов федеральных целевых программ и Программы фундаментальных научных исследований государственных академий наук снижают эффективность использования средств федерального бюджета, выделенных на решение ключевых проблем научно-инновационного развития страны.
Обращает на себя внимание тот факт, что для Российской Федерации в отличие от индустриально развитых стран характерной чертой является индифферентность предпринимательского сектора экономики в части финансирования НИОКР. Поэтому основным источником финансирования российской науки по-прежнему является федеральный бюджет. В 2009 г. доля бюджетного финансирования науки в целом составляла около 70 %. И это при том, что в частной собственности находится более 90 % предприятий. В развитых странах наблюдается совершенно иная картина – доля предпринимательского сектора экономики в финансировании НИОКР составляет порядка 65–80 %. Отечественные научные организации, независимо от организационно-правовой формы и формы собственности, в незначительной мере ориентируют свою деятельность на удовлетворение потребностей рынка инновационной продукции, а для получения средств на финансирование своей работы, в основном, рассчитывают на государственный бюджет. Однако, как показал опыт, выполняемые научно-исследовательские работы за счет средств федерального бюджета в своем большинстве не востребованы рынком и их дальнейшая судьба – лежать на полках в виде отчетов.
Анализ показывает, что из-за снижения количественных и качественных характеристик научно-технического потенциала многие научные организации фактически утратили свой «научный» статус. Они оказались не в состоянии осуществлять научную и научно-техническую деятельность, направленную на получение новых знаний. Во многом это вызвано и тем, что в условиях бюджетных ограничений не были своевременно приняты меры о прекращении финансирования менее значимых научных направлений и о перераспределении высвободившихся средств в пользу приоритетов более высокого уровня.
В особо трудном положении сейчас оказалась отраслевая наука. Дезинтеграция отраслей, приватизация научно-технической сферы, рейдерство, неумение руководителей НИИ перестроить работу институтов на потребности рынка инноваций привели к серьезным разрушениям научно-технического потенциала отраслевой науки. Некоторых отраслевых НИИ, известных прежде всему миру, уже нет. Другие только числятся в разряде научных организаций, но уже давно таковыми не являются. Если такая ситуация сохранится еще в течение нескольких лет, то запоздалое увеличение (в разы) финансовых вливаний в российскую науку не поможет возродить ее в полной мере.
Ориентация реформаторов от науки и образования на исследовательские университеты как центры научной мысли и инновационного прорыва не даст результатов в обозримом будущем. По экспертным оценкам, в настоящее время осуществляют научно-исследовательскую деятельность лишь около 20 % вузов страны. Основным видом деятельности высшего учебного заведения независимо от приставки «исследовательский» по-прежнему будет оставаться образовательная. Профессорско-преподавательский состав таких вузов будет и далее заниматься научной деятельностью по «остаточному принципу». Для того чтобы преподаватель смог больше времени посвящать науке, необходимо коренным образом изменить структуру его учебно-методической нагрузки.
Анализ матрицы «расходы на науку – результативность научной и научно-технической деятельности» свидетельствует о слабой увязке затрат и результатов. По данным Росстата в 2009 г. российскими заявителями подано всего лишь 25 598 патентных заявок на изобретения, а выдано 26 294 патента. Коэффициент изобретательской активности (число патентных заявок в расчете на 10 000 населения) составил 1,94, что значительно ниже, чем в развитых странах. В 2008 г. в Роспатенте было зарегистрировано 2744 лицензионных договора в отношении 4663 патентов на результаты интеллектуальной деятельности. Если эту цифру соотнести с количеством действующих патентов (206 610 на 31.12.08), то окажется, что в 2008 г. в экономический оборот было вовлечено всего лишь 2,3 % действующих патентов. Доля организаций государственного сектора науки в этих договорах составляет всего лишь 7,6 %. Вследствие низкой научно-технической результативности вклад российской науки в экономический рост в настоящее время составляет менее 1 % [11, c. 237].
Проведенные данные свидетельствуют о том, что по причине своей недостаточной востребованности и слабой ресурсной обеспеченности (финансовой, кадровой, материально-технической, информационной и др.) научно-технический потенциал страны из года в год стремительно деградирует, утрачивает способность создавать и осваивать научно-технические разработки, соответствующие мировому уровню.
